Как часто вы садитесь за чтение книги и вдруг задумываетесь о том, кто и как перевел её с языка оригинала? Думаем, что не очень часто. И зря. Ведь в переводческий процесс вкладывается почти столько же сил, сколько в написание оригинальной книги. Если каждый человек, идеально знающий иностранный язык, возьмёт томик романа и переведёт его на русский, то конечную версию, как бы грустно это ни было, невозможно будет читать. Это будет просто набор букв и обособленных фраз, передающий значение каждого отдельного слова, а не произведения в целом.
Так происходит, потому что художественный перевод – это не дословная проверка вокабулярных знаний переводчика, а кропотливая работа над передачей смысла и посыла книги. Все языки, даже относящиеся к одной группе, по сути своей абсолютно разные. Их наполнение обусловлено историческими и культурными аспектами, которые формировались на протяжении тысячелетий и продолжают появляться до сих пор. Сложности в переводе возникают на каждом шагу. Например, авторские нововведения, когда нужно понимать не только язык, но и то, как писатель его преобразовал, какое значение вложил в свой неологизм и как переводчику донести смысл до российского читателя, или идиомы, пословицы и фразеологизмы, которые часто неизвестны и самим носителям языка, так как их смысл кроется в созвучии. Чтобы передать такие тонкости, сделать их понятными для другой культуры и при этом сохранить аутентичность оригинала, авторский стиль и подачу, нужно обладать недюжинными способностями. Становится понятно, что любой перевод – это тяжёлая работа, однако в литературе встречаются некоторые произведения, выводящие выражение «трудности перевода» на новый уровень. Мы рассмотрим два таких романа: «Дон Кихота» Сервантеса и «Властелина Колец» Толкина.
Перевод «Властелина Колец» Джона Толкина
Джон Рональд Руэл Толкин – это настоящий феномен в мире литературы. Его книги отличаются от миллионов других тем, что профессор-лингвист написал их, опираясь именно на свои познания в языках. Более того, Толкин придумал десяток вымышленных языков, например, эльфийские диалекты, языки энтов, орков и других существ. Представьте, что переводчикам приходилось разгадывать лингвистические загадки не только существующих языков, но и фэнтезийных, до этого нигде не употреблявшихся. Из-за этого работа над русской версией «Властелина Колец» затянулась аж до середины 1980-х годов, когда роман впервые опубликовали.
При этом на процесс перевода наибольшее влияние оказала повестка в стране. В СССР на тот момент сохранялась довольно жёсткая цензура, поэтому официальные переводы стали появляться только ближе к концу столетия. Впрочем, неофициальные переводы существовали и до этого, только они не получили одобрения начальства и не прошли издательские проверки.
Один из таких самиздатовских переводов был опубликован в 1990 году под заголовком «Повесть о Кольце», хотя был подготовлен задолго до этого Зинаидой Бобырь, известной переводчицей научной фантастики, которая работала над переводом книг Рэя Брэдбери и Станислава Лема.
Её перевод был сокращенным и в сравнении с оригинальным текстом напоминал скорее пересказ, а также не включал множество лирических произведений из оригинала, которые были важны для повествования. Но опять же, у Толкина сложно найти что-либо лишнее. Однажды рукопись перевода попала в руки Семёна Уманского, московского инженера и страстного чтеца. Уманский был очень впечатлен книгой, и, узнав, что в перевёденном тексте отсутствуют стихотворения, он предложил заняться их переводом. Кроме того, он дополнил исходный перевод Бобырь в тех местах, где она его сокращала, и вдобавок полностью перевёл повесть «Хоббит» (под названием «Туда и вновь обратно»). В получившемся переводе были объединены два произведения «Туда и вновь обратно» и «Повелителя колец», а сама дилогия получила название «Повесть о Кольце».
Перепечатав рукопись на печатной машинке в трёх или четырёх экземплярах, Бобырь и Семенов закончили перевод. Но 3инаида с сомнением относилась к возможности публикации рукописи. Она понимала, что нужно иметь вескую причину для издания произведения малоизвестного английского автора в современном ей СССР. Кроме того, содержание романа вызывало некоторые вопросы. За исключением обвинений в мистическом содержании (а мистика всегда была чем-то запрещённым), цензура могла задаться следующими вопросами: в каком государстве происходят события? И есть ли в романе символическое значение? Если есть, то какое? Все переводчики того времени знали о необходимости думать о таких вопросах заранее, чтобы избежать возможных проблем. Кстати, многие западные критики тоже пытались убедить и себя, и публику, и даже Толкина в том, что под Востоком (Мордором), с которого в романе писателя на Средиземье надвигалось зло, подразумевался СССР. Джон Толкин над этим только смеялся, но вот для советской власти таких аргументов было достаточно. Именно поэтому переводов «Властелина Колец» сейчас не так уж и много.
Одно из интересных явлений, связанных с «Властелином Колец» Толкина, заключается в том, что главному герою Фродо Бэггинсу в русских переводах приписывали необычные фамилии: например, Торбинс или Сумкинс, произошедшие от перевода английского слова «bag» – сумка. А Зинаида Бобырь вообще решила лишний раз не спекулировать на эту тему и вовсе избавила хоббита от тягот непонятной фамилии. На эту тему до сих пор ведутся оживленные обсуждения, но самым привычным вариантом для русскоговорящих читателей все-таки остаётся Бэггинс.
Наглядным примером того, насколько сложной была работа переводчиков, могут стать следующие детали.
В повести «Хоббит» упоминаются три разных рода эльфов – ваньяры, нолдоры и тэлери. В оригинале они называются «Fair Elves» – «прекрасные эльфы» или «эльфы света», а в «Хоббите» еще упоминаются как «Light Elves», «Deep Elves» – «сосредоточенные эльфы» или «эльфы глубины», и «Sea Elves» – «морские эльфы». Ваньяры получили своё имя от английского слова «fair», то есть «красивый», что отражает их внешность и ясный рассудок. Название «deep» для нолдоров указывает на их устремлённость и погруженность в свои заботы. Тэлери, в свою очередь, отличались привязанностью к морю и жили возле побережья, занимаясь строительством корабли. Подумайте, как сложно во всём этом было разобраться, ведь названия были обусловлены целым рядом характеристик и значений, даже на оригинальном языке понятных не сразу, а только с течением повествования.
Ошибка в переводе профессора Н. Рахмановой, например, заключалась в использовании терминов «солнечные эльфы», «морские эльфы» и «подземные эльфы». Термин «light» она перевела как «солнечный», что не соответствовало ни лексическому значению, ни контекстуальному замыслу (ваньяры как вид в миропонимании Толкина «появились задолго до первого восхода Солнца»). Более точным переводом было бы использование термина «ясные» или «светлые эльфы», так как ваньяры действительно обладали светлой кожей и золотисто-белыми волосами, а также ясным рассудком. Слова «прекрасный» и «ясный, светлый» имеют общий корень в эльфийских языках, а в английском оба эти значения передаются через слово «fair». И это лишь один из тысячи примеров тех проблем и загвоздок, с которыми столкнулись специалисты при переводе Толкина. Его книги порой тяжело воспринимаются даже носителями языка из-за обилия сложной и оригинальной лексики. При всём этом «Властелин Колец» в СССР завоевал сердца фанатов уже после первой публикации, поэтому работу переводчиков можно считать успешной.
Перевод «Дон Кихота» Мигеля де Сервантеса
«Дон Кихот» – знаменитый роман, написанный испанским писателем Мигелем де Сервантесом в начале XVII века. Он считается первым современным европейским романом и одним из самых значимых произведений мировой литературы.
Язык «Дон Кихота» обладает несколькими особенностями. Во-первых, это многослойность и широкий диапазон литературных и речевых стилей. Сервантес использовал разнообразные формы речи, чтобы передать характеры персонажей и объяснить их социальное положение. В романе сочетаются высокий и низкий стили, архаичные и современные слова, вместе создающие максимальную экспрессию и комические эффекты, и при всём этом читателю нужно помнить, что роман был написан более 400 лет назад, когда языковые черты сильно отличались от современных. При переводе нужно было учитывать и то, что многие слова могли не только устареть, но с течением времени и приобрести новые значения.
Вторая особенность языка «Дон Кихота» – это ирония и сатира. Сервантес с юмором и критическим отношением описывает то время и общество, в котором живут его персонажи. Он высмеивает рыцарские идеалы, фальшивые моральные установки и социальные нормы, преувеличивая их до абсурда. Ведь юмор сам по себе сложен и не всем понятен, а перевод чужой шутки с другого языка кажется практически невыполнимым заданием, если стоит цель рассмешить всех.
Самые известные переводы «Дон Кихота» принадлежат Марии Ватсон, Владимиру Карелину и Николаю Любимову.
Первый перевод «Дон Кихота» на русский язык был сделан с французского. Василий Жуковский использовал французский перевод Жан-Пьера де Флориана, так как сам не владел испанским. Даже несмотря на свой талант, сделать перевод читабельным и интересным Жуковскому не удалось. Но это и неудивительно, так как при первичном переводе уже теряется большая часть выразительных средств, а при переводе с другого перевода вообще мало что остаётся.
Версия Владимира Карелина была завершена в 1866 году, а перевод Константина Массальского, доработанный Карелиным, стал первым российским переводом «Дон Кихота» с испанского. Известный литературный критик Белинский отмечал и хвалил именно эту версию.
Перевод Марии Ватсон в 1907 году был первым единоличным переводом произведения с испанского языка. Многие критики не одобряли вариант Ватсон, поскольку считали его чрезмерно дословным и недостаточно выразительным. Однако тут же встал вопрос о том, как можно художественно перевести глубоко символический текст, если подтексты тогда оказались бы непонятны для бОльшей части аудитории. Споры на этот счет ведутся до сих пор, но всё же признанной считается работа не Ватсон, а Любимова, который подготовил перевод, опираясь именно на исторические представления об Испании времён жизни главного героя. Версия получилась немного упрощённой и обрезанной, зато понравилась читателям своим юмором, простотой и доступностью. Сейчас почти все «Дон Кихоты» в книжных магазинах продаются именно в переводе Николая Любимова.
Когда переводчики работали с испанским языком в романе Сервантеса, некоторые слова представляли особую сложность. Вот несколько примеров таких слов и выбранных вариантов перевода:
1. «Querencia» – слово, которое означает место, где человек чувствует себя в безопасности или в комфорте. В русском языке ему нет прямого эквивалента, поэтому переводчики просто использовали фразу «любимое место» или «излюбленное пристанище». Для русскоговорящих читателей эта вполне простая фраза, тогда как в Испании значение слова глубоко лирично и душевно.
2. «Sobremesa» – это слово обозначает время, которое люди проводят за столом после еды за разговорами и отдыхом. В русском языке нет точного эквивалента, поэтому переводчики могут использовать обороты вроде «послеобеденные разговоры» или «продолжительные беседы за столом». На этом примере особенно видна разница в культуре и менталитете, ведь у нас нет, например, никакой сиесты, а для испанцев это неотъемлемая часть жизни.
3. «Empalagar» – глагол, который используется для описания чувства избытка или пересыщения. В русском языке переводчики использовали слова вроде «переедать» или «переедание», чтобы донести именно идею избыточности, но для нас вся красота испанского слова при этом исчезла.
4. «Desvelado» – прилагательное, описывающее человека, который не спал или провёл всю ночь в беспокойстве. В русском языке можно использовать фразы вроде «бессонный» или «проводящий без сна», но аспект чувственности и эмоциональности тоже не передаётся.
Переводчики всегда, не только в работе на «Дон Кихотом», стараются найти наилучший вариант, который наиболее понятно передаст смысл и нюансы оригинала. Однако в некоторых случаях точный перевод слова или фразы бывает невозможным, и тогда решение принимается на основе контекста и смысла в целом, по принципу наименьших потерь для оригинала.
На тех примерах, которые мы привели выше, уже можно понять всю сложность и важность красивого и качественного перевода. Ведь он позволяет нам прикоснуться к частичке совершенно другой культуры, научиться у неё новому и интересному и открыть для себя миры, которые иначе нам бы никогда не удалось посетить. Представители этой профессии, о чьей работе мы не так уж часто задумываемся, на самом деле имеют очень большое значение для развития мировых цивилизаций и их культуры.
Мы рады, что статья оказалась для вас интересной!Больше интересных фактов из мира литературы вы можете найти в нашем телеграм-канале "Книгоед".