Ответ современного будетлянина на пару статей новосибирского кандидата филологических наук, исследователя-толкиноведа Евгения Викторовича Соснина "Толкин против футуристов": Часть 1, Часть 2 (сайт "Эленарда.рф", в разделе "Критика").
Оглавление
- Сигнальная риторика
- Заумь и капча
- Взгляды Хлебникова против его же текстов
- Чей русский язык?
- Кто против?
- Заумная капча от светлого будущего
Сигнальная риторика
Разбираясь в смысле публичного высказывания, неплохо бы установить, кто (субъект с какими свойствами) это говорит, с какой целью и в каких обстоятельствах это говорится?
Например, существует такое применение публичной речи как сигнализирование другим людям о принадлежности человека к какому-то общественному движению, возможно, тайному или не скрывающемуся, но не желающему привлекать лишнее внимание к факту своей организованности. Какие высказывания отвечают такой цели? С одной стороны это должны быть правильно построенные, обычные фразы языка, несущие понятную информацию и неотличимые от тех разговоров, которые ведут все люди. С другой стороны эти фразы должны быть такими, которые не может нечаянно составить человек, который не имеет цели привлечь к себе внимание людей именно этого общественного движения.
Так российские либералы регулярно произносят ложные с исторической точки зрения, а то и с точки зрения здравого смысла антисоветские утверждения. Просоветские граждане удивляются их лживости и глупости, учёные-историки и публицисты выпускают целые книги и передачи с разоблачением "либеральных мифов о советской истории", а либералы-антисоветчики как ни в чём ни бывало продолжают говорить эти утверждения, их подхватывает молодёжь. Так происходит, поскольку этими бредовыми фразами либералы опознают своих людей, с которыми можно сотрудничать, в частности оказывать им помощь в карьере по знакомству: хотя бы приглашать в свои заведения с лекциями, нанимать к себе на работу помощниками и т.п. И самое главное, что антисоветский бред тем лучше выполняет среди либералов свою опознавательную функцию, чем громче разоблачители объясняют населению историческую правду. Потому что сигнальные рассуждения "свой-чужой" должны быть такими, которые случайный человек в какой-то беседе не составит. Результатом "либеральной клеветы на СССР" являются эффективные сети влияния из дружных, доверяющих людей, помогающих друг другу в карьере, пронизывающие различные учреждения и сообщества в России. А добросовестные "разоблачители антисоветской лжи" выступают "полезными дураками", помогающими либералам формировать свои надёжные агентурные сети, сами подчас оставаясь без выгодного трудоустройства и влиятельных друзей.
Дурость этих разоблачителей состоит в потрясающей коммуникативной неграмотности и слепоте. Фразы типа "при Сталине половина страны сидела, половина охраняла" благодаря своей содержательной нелепости не являются высказываниями на историческую тему и не нуждаются в тщательном научном разоблачении. На практике мы и видим, что выпуск таких разоблачений не приводит ни к тому, что эти фразы меньше произносят, ни к тому, что произносящие их как-то теряют свои сильные общественные позиции, обеспеченные их крепкими дружескими связями. Если они позиции и теряют, то по другим причинам. И теряют их не в пользу "правдорубов", а в пользу других хорошо организованных сетей, у которых другие опознавательные сигналы, столь же бредовые (например, не антисоветские, а вульгарно промонархические). В то время как высказывания более достоверные и здравые плохо выполняют опознавательную функцию, поскольку могут быть высказаны случайным человеком с другими целями.
Я привёл этот пример, потому что он давно и широко наблюдаем в России, и в нём именно люди, применяющие научный подход к критике высказываний, выглядят глупо, не понимают сути происходящего и вообще приносят своей суетой даже материальную пользу тем, кого критикуют и откровенно не любят. Что, по-моему, лишний раз показывает, что специалисты и "отличники" умны только в узкой области, тогда как жизнь состоит почти полностью из всего остального, кроме этой узкой области, и они оказываются житейски едва ли не глупее человека, не добившегося глубоких успехов ни в какой специальности, типичного "троечника". И самим специалистам неплохо бы осознавать эту уязвимость своей подготовки, чтобы их жизнь складывалась ещё благополучнее.
Заумь и капча
В статье в двух частях "Толкин против футуристов" толкиновед Евгений Викторович Соснин в пафосном академичном стиле с определениями и внушительным списком ссылок на авторитетных учёных доказывает, что заумный язык русских футуристов является разрушением языка как такового (и не может считаться ни языком, ни творчеством), а их собственные статьи и высказывания с пояснениями к своей зауми являются внутренне противоречивой глупостью. При этом он почти ничего не знает и, кажется, не хочет знать (или знает, но не хочет использовать в своей статье) о том, в каких обстоятельствах заумь создавалась и какие цели могли ставить перед собой авторы этих звукобуквосочетаний. Согласитесь, если футуристы ставили какие-то свои цели, неизвестные и непонятные Евгению Соснину и тем литературоведам, статьи которых он цитирует, и если футуристы ещё и достигли этих целей успешно, и если эти цели вполне конструктивны и пошли на благо русской культуре, то подозрение в их неграмотности, плохой социализированности и психологической незрелости окажутся ошибочным (и отчасти вернутся уже их обвинителям, ничего не поделаешь).
Приведу ещё один известный пользователям интернета пример: капча [captcha]. Некоторые сайты перед входом или сменой определённой страницы показывают пользователю картинку с загадкой, которую может уверенно решить человеческий мозг, но трудно решить компьютерной программе, чтобы проверить, что запрос на сайт исходит от пользователя-человека, а не генерируется автоматически, чтобы гонять сервер с сайтом вхолостую и тем самым перегружать его, причиняя вред. Поскольку программы, которым сложно найти правильный ответ для капчи, пишут люди, то существует и такой стиль человеческого мышления (уподобляющийся программам, а не живым людям), который может быть отсеян с помощью капче-подобных загадок. Таким образом можно опубликовать текст в открытом доступе и одновременно защитить его от полного прочтения или даже от понимания при полном прочтении людьми определённого склада ума, разместив в начале текста набор букв, собьющий их с толку (или рассыпав их по всему тексту). Читатель с более развитыми "собственно человеческими" чертами мышления спокойно или с напряжением, но прочтёт и поймёт текст, тогда как читатель с "компьютеризированными" чертами мышления, споткнётся и ничего не поймёт. Опять-таки говорит ли применение авторами в своих текстах загадок, работающих подобно капче, о том, что они невежественные или плохо социализированные? Моё мнение, что всё наоборот: гораздо лучше социализирован и владеет речью тот автор, который может просчитать несколько моделей восприятия своих читателей, рассортировать их на тех, которым он хочет донести свои мысли, и тех, которых он хочет оттолкнуть, даже если они станут читать его текст, и придумать загадку-капчу, которая отделит одних от других в жизни.
Обратите внимание, что первый пример с антисоветским бредом либералов сортирует читателей/слушателей всего лишь по идеологии, и для этого применяются понятные, грамотные фразы с недостоверным и даже вздорно нереалистичным смыслом; тогда как второй пример с капчей претендует на то, чтобы сортировать читателей любых взглядов по самому стилю их мышления -- по развитости распознавания при восприятии, и для этого применяются, например, картинки с нечёткими, зашумлёнными буквами.
Взгляды Хлебникова против его же текстов
Филолог-толкиновед Евгений Соснин критикует звукобуквосочетания русских футуристов, не желая выяснять, что это за люди, и в каких обстоятельствах они такое публиковали, чтобы предположить их цели, и разобраться в смысле происходящего. Хотя, уверен, что о Толкине он владеет подобным материалом системно. Но мне думается, что сравнивать русских футуристов (например, Хлебникова) и Толкина сколько-нибудь честно может человек (или научный коллектив), который одинаково системно и подробно (в том числе биографически) понимает и одну, и другую сторону.
Приведу пример, что может дать знание биографии автора по мемуарам его знакомых для понимания текстов на примере Хлебникова. Среди прочего Хлебников известен стихами и прозой, в которых вселенная представляется состоящей из числовых выражений и геометрических фигур. Разумеется, литературоведы сразу провели параллели между взглядами Хлебникова и популярным представлением об учении Пифагора. Но вот что пишет в своих мемуарах о беседах с Хлебниковым его друг Андриевский:
Выслушав его, я воскликнул: «Но ведь это же пифагорейство!»
Хлебников ответил: «Вы улавливаете лишь чисто внешнее сходство. На самом деле я антипод Пифагора».
Дальше я излагаю только существо высказываний Хлебникова, так как конкретных выражений не помню... Схема его доводов сводилась к следующему: Пифагор верил в самостоятельное бывание числа. На самом деле существуют только два дерева, три камня и тому подобное, но не «два вообще» и не «три вообще». Числа суть абстракции, которые отражают только отношения между реальностями и вне этих реальностей не существуют.
...
Когда математики говорят о свойствах тех или иных чисел и выводят якобы присущие им законы, они не отдают себе отчета в том, что такие законы не могут быть чем-либо иным, как отражением в абстракции числа реально существующих отношений и связей в бывающем.
Заявив, что в мире остаются только числа, я тем самым «расправился» с числами, как Спиноза «расправился с богом». (Точное выражение Хлебникова.)
- (А. Н. АНДРИЕВСКИЙ, "Мои ночные беседы с Хлебниковым",
глава "Цикл предвосхищений новых открытий в физике двадцатого века"
И что же оказывается? Если принять это воспоминание Андриевского за достоверное (а по крайней мере тон аргументации вполне похож и мог принадлежать Хлебникову по моему ощущению), то оказывается, что Хлебников в своих произведениях не обязательно излагал напрямую свои взгляды, а мог решать художественную задачу. В данном примере он доводил пифагорейство до абсурда, чтобы его дискредитировать, поскольку считал его идеалистические пережитки вредной проблемой для научного сообщества! Тем самым он хотел не диктовать открыто свои взгляды, зная, что несогласные всё равно не послушают его, а подхватить их ложные взгляды и утрировать в художественной форме, чтобы помочь его противникам самим разочароваться в них.
Этот пример доказывает, что Хлебников при замысливании своих произведений был способен спланировать сложное социально-психологическое воздействие на читателей, а также не "вещать им свои истины" с позиции собственного превосходства, а опуститься до их ошибочных взглядов, сочинив художественный текст, который бы их заинтересовал и одновременно помог им задуматься, усомниться. Насколько результативны оказались эти воздействия, другой вопрос. Мне важно показать, что нельзя считать тексты Хлебникова характеризующими собственные взгляды и личность Хлебникова, но можно судить по ним о сознательных целях Хлебникова, поскольку он конструировал тексты с умыслом, в том числе и примитивизировал их, и делал ошибочными, чтобы решить поставленную задачу -- оказать именно такое воздействие, какое оказывают подобные тексты.
Чей русский язык?
И вот теперь я хочу ответить, о чём же заумь русских футуристов, какую задачу в русской культуре она решала, успешно решила и решать будет. Кто я такой, чтобы объяснять это? Я в прошлом (в начале 2000-х) российский старшеклассник, ученик класса с гуманитарным уклоном одной из петербургских гимназий, который наткнулся в поэтической хрестоматии на два стихотворения Велимира Хлебникова чуть раньше, чем о нём упомянули на уроках, что стало одним из самых важных событий всего моего школьного образования и изменило мою жизнь к лучшему.
(Что я потом выиграл городской конкурс школьных научных работ в секции культурологии по творчеству Хлебникова, почти сразу начав читать параллельно со стихами научные статьи и мемуары, и познакомился с выдающимся семиотиком Сергеем Чебановым, посетив его семинар по семиотопологии, рассказывать не буду, но упомяну вскользь, чтобы не говорили "мало ли, какой-то там школьник".)
Будучи уже взрослым человеком и оборачиваясь назад, я выделяю встречу с творчеством русских футуристов как одно из важнейших положительных событий во всём моём образовании, потому что именно русские футуристы дали мне ощутить себя действительным хозяином русского языка! Большинство же моих соотечественников прошли мимо этого шанса, не заострив на нём достаточного внимания, но тем не менее русский футуризм остаётся на слуху и предоставляет этот шанс ежедневно и помимо уроков литературы в школе.
Что такое быть хозяином своего языка? Это внутренняя уверенность в своём абсолютном праве менять в русском языке, что угодно и как угодно, и делать это не наедине с самим собой, а публично, предлагая подхватить и ввести в обращение свои новшества другим русскоязычным людям. Язык полностью подконтролен уму своего носителя, и потому "хозяйское владение родным языком" -- самая легкодоступная форма для практикования свободы воли и хозяйского отношения к чему угодно ещё. А учитывая, что язык ещё и явление сугубо общественное, то в особенности он позволяет вырабатывать хозяйское отношение к чему угодно общественному. Для этого не нужно никаких материальных условий, кроме качеств собственной воли и духа. И при этом, присваивая родной язык, свободные волю и дух запросто можно упражнять.
И из исторической практики свободного владения чем-либо (например, у аристократии или вольного крестьянства) мы знаем, что важнейшей проверкой "на статус хозяина" является возможность человека по собственному решению уничтожить свою собственность. Предельной формой такой свободы воли является самоубийство загнанного в угол раба, которого лишили всех свобод, включая свободу распоряжения своим телом, полностью подавили его волю в жизни, и он желает ощутить остатки её, делая последний свободный выбор: длить такую ужасную жизнь дальше или прервать её. Ну, или пример про общественное: народ, реально владеющий своим государством, может пригрозить его уничтожить и даже уничтожить до конца, если кто-то пытается у народа его государство отобрать и преуспевает в этом.
Соответственно, Евгений Соснин в своей паре статей "Толкин против футуристов" вполне научно доказал, что заумь русских футуристов не имеет отношения к литературному творческому труду и при этом является разрушением языка как такового. Вот оно! Заумь футуристов действительно вовсе не про труд, а про владение, обладание родным языком, и в качестве убедительного доказательства абсолютного права на владение русским языком русские футуристы показали приёмы его уничтожения.
И эти приёмы просты и доступны любому носителю русского языка! Повторюсь, стать хозяином своего языка настолько технически просто, что единственная возможность не стать им -- это никогда не задумываться об этом и совсем не знать этих приёмов (даже стать хозяином своего тела намного-намного сложнее, чем присвоить язык, не говоря уже о всякой материальной собственности). Но русские футуристы с их заумью уже известны, так что наткнуться на них и освоить их приёмы может любой носитель русского языка, сделавшись его хозяином.
Кто против?
Но если вообще носителю русского языка нужно дополнительно становиться неким "хозяином русского языка", освоив приёмы его разрушения заумью, то кто же его этого лишил? Кто присваивает себе родной язык многих людей, лишая их свободы им обладать? Против кого русские футуристы протестовали?
А кому заумь не даёт покоя? Высокомерной классовой интеллигенции, служащей классовому обществу, которое предполагает стратификацию населения на имущих и неимущих, властвующих и подвластных, знаменитых и безвестных! И представьте себе, они считают, что даже ваша родная речь должна контролироваться какими-то словарями и кандидатами наук!
Причём, они это делают именем Пушкина, который язык создавал -- сам был очень даже хозяином русского языка, или вот именем Толкина, который тоже создавал языки как хозяин и -- целый эпос для своего острова и даже всего европейского субконтинента. Мне вспоминается одна неумная школьная учительница, которая с придыханием говорила: "сегодня у вас будет творческое задание! записывайте, творческое задание выполняется так: пункт первый..." Это отношение к языку могут сопровождать горы научных теорий, определений, цитат самых гениальных людей, есть знания и развивающие интеллект упражнения, но там нет одного -- тренировки свободного волеизъявления, там нет инициации того субъекта, который только и может нечто присвоить и потом отстаивать как своё или разрушить как своё.
Хотя осуществимая процедура разрушения своего нужна в норме для проверки статуса хозяина, а не для доведения разрушения до конца, конечно же. Ни в коем случае нельзя попадать в ситуации, когда хочется развалить своё демократическое республиканское государство, спалить собственный дом, сломать свои вещи, искалечить своё тело или покончить с собой, но при этом человек, в принципе неспособный подумать об уничтожении своих вещей или о самоубийстве, является в конец озверевшим рабом, не так ли?
Точно также и язык, не содержащий в своём культурном багаже "средств языкового самоубийства" (зауми), предназначен для странных людей, неспособных помыслить даже о присвоении родного языка и неспособных отстоять свою свободу использования этого языка, когда к ним придут поработители со словарями (некоторых из них удачно прозвали "граммар-наци", улавливая схожий с нацистскими диктатурами дух рабовладения в их асоциальном поведении).
Заумная капча от светлого будущего
И разумеется, заумь не детский лепет! Заумь -- это что-то типа "водительских прав" или "аттестата зрелости", выдаваемых подготовленному носителю языка... самим этим языком, минуя всякие университеты! Заумь -- это "краснокожая паспортина" русскоязычных людей, от которых "как будто ожогом рот скривляет господину" (отсылка к стиху Маяковского о советском паспорте), потому что русскоязычные люди просто хорошим отношением к зауми, к русскому футуризму намекают заплутавшему классовому интеллигенту, что хозяева русского языка сами его носители, и с нами не забалуешь: "где сядешь, там и слезешь, дядя".
Да, пускай Ломоносов, Карамзин, Пушкин и прочие счастливчики из правильных семей с удачными генами создали литературный русский язык, но для кого они его создали и с какими целями? Они дали народу свободу его применения? Нет, ничуть. Они породили "табели о рангах" для всяких отборных талантливых филологов, сами лично при этом обращавшись с русским языком вполне по-хозяйски, а другим не разрешив -- и не научив их разрешать этого самим себе!
Способ присвоения русского языка самими его носителями дали русскоязычным людям только лишь Кручёных, Хлебников, Каменский сотоварищи -- русские футуристы, будетляне.
Что мне, русскоязычному, до такого русского языка, если в нём заправляет горстка некоммуникабельных чудаков со словарями, не могущих пройти капчу и не понимающих, что даже у ошибочного высказывания может быть рациональный умысел? Что я вообще за человек такой, если не смею сделать со своим, МОИМ языком, да, что угодно -- это ведь всего лишь язык, знаки! Никто от зауми не погибнет в бандитской разборке и не лишится мяса к обеду. А вот без почитания зауми -- в классовом обществе, где люди безвольны и отдали всё своё (и даже право составить звукобуквы так или сяк) меньшинству, очень даже кто-то погибает и лишается!
Ну, и проговорю напоследок скороговоркой.
- Очевидно, что русские футуристы созданием зауми подняли "вооружённое восстание" против языковой элитарности с целью присвоения русского языка самим его носителям аналогично тому как следом народы Российской Империи под руководством большевиков отвоевали себе имперские земли, основав Союз Республик (большевики в российской истории главным образом не социалисты, а республиканцы -- основатели современной российской государственности как республики). Процессы в 1910-е годы в разных областях жизни в России происходили схожие. Только язык присвоить очень просто -- как захотел, так сразу и разрешил себе, и присвоил. А заумь нужна уже, чтобы отбиваться от тех, кто не хочет, чтобы хозяевами языка были все его носители вместо кучки избранных, которые начнут загонять тебя обратно в словарное стойло, показывая им, что хозяин языка теперь ты сам, умея его в крайнем случае разрушить. Также заумь, конечно, рекламирует саму идею стать хозяином родного языка тем, кто ещё не догадался.
- Между Пушкиным и Хлебниковым особого конфликта нет, как, например, его нет между Петром Великим и Лениным: один собирал земли в единое государство, другой превратил государство в республиканское, чтобы собранные земли стали принадлежать народам, которые на них живут. Также и Пушкин и классики сформировали русский литературный язык, а Хлебников и будетляне показали, как русским языком могут овладеть его носители и чувствовать себя в русском языке как дома, а не как в сенях у барина. Конфликт есть между носителями русского языка (включая в них и покойных русских футуристов) и классовой интеллигентской "элитой", пытающейся присвоить именем Пушкина или классиков свободу хозяйничать в русском языке только своей группировке.
- Очевидно, что Рунет по факту (в письмах, личных сообщениях соцсетей, блогах, комментариях) пишет на русском языке не по заветам дипломированных граммар-наци, а по заветам русских футуристов, т.е. складывая свои родные звукобуквы (и неродные латинские тоже, и пиктограммы) по своим потребностям самостоятельно -- люди комбинируют клавиатурные значки, вводят в обращение словосочетания, слова, междометия, как угодно им, всё меньше соотносясь с какими-либо словарями.
- Рунет предоставляет прекрасную языковую среду для самообучения навыку извлечения смысла из нестандартной, неграмотной, экзальтированной, небрежной речи собеседника. По-просту говоря, люди учатся слушать, слышать, понимать друг друга независимо ни от чего и во всей своей личностной сложности. В этих условиях неизбежно встанет вопрос, с какой стати "грамотным" считается некоммуникабельный балбес, выдрессированный писать по каким-то правилам (и читать только по ним же!), но при этом не умеющий понимать живую речь произвольного собеседника, не считывающий контекста высказывания, не вникающий в личность собеседника через интерес к биографии, чтобы точнее догадаться о подтекстах и целях его речи? Опять-таки очевидно, что достоин называться "грамотным" тот, кто умеет извлекать смысл из произвольной речи на этом языке, помогая себе моделированием личности собеседника. В частности общество, состоящее из таких людей, будет более мирным, уважительным и договороспособным, поскольку люди в норме будут уметь понимать друг друга психологически, а не уметь записывать что-то по правилам (а потом спотыкаться о "капчу" как компьютеры).
- Также проговорю открыто: не сомневаюсь, что Велимир Хлебников понимал разницу между звуком и буквой (никаким недоучкой он не был, хотя и не видел смысла в получении формального диплома после получения знаний -- а кто-то видит? о, да!), но его сознательной целью было выбесить именно классовую интеллигенцию, которая размахивает словарями и орёт: "противоречие! у него противоречие! он не знает элементарных вещей! а я отличник! я знаю как в учебнике!" Именно такие люди не должны были проходить "капчу" в статьях о заумном языке, они и не проходят. Ведь заумь предназначена именно у этих зазнаек отбирать и возвращать родной язык всем его носителям! Прислужник рабовладельцев не должен спокойно входить в военный лагерь восставшего народа, всё правильно и сугубо рационально: языковое средство русских футуристов соответствует их целям и достигает их и через 100 лет. Русский язык как явление живое, общенародное и у народа неотчуждаемое -- успешно защищается от попыток заковать его в словари.
- Русские футуристы никогда последователями итальянского футуризма и Маринетти не были, специально сами назывались "будетлянами", чтобы их не путали с врагом, устраивали публичные акции против приезда Маринетти в Россию (тот же Хлебников разбрасывал листовки, а не только писал их). Приравнивать Хлебникова к Маринетти, чтобы хотя бы косвенно запятнать погибшего в 1922-м году будетлянина в фашизме -- заведомо невежественный приём типа приравнивания Сталина к Гитлеру (или и того глупее). И типа приравнивания всякого толкиноведа к "британскому шпиону". Повторюсь, сравнивать Хлебникова и Толкина следует человеку или научной группе, которая сопоставимо подробно знает того и другого, в том числе биографически, иначе можно опозориться и угробить в глазах аудитории, которую не забанили в Яндексе, весь свой узко-специальный авторитет и чисто внешнюю приверженность научной методологии, Евгений Викторович (Непригожин).
- Надуманное противопоставление Толкина и Хлебникова как словотворцев -- это курьёз, поскольку Толкин не является русскоязычным писателем. Соответственно, мы в русском языке сами разберёмся, как нам складывать русские звукобуквы, уж точно без Толкина (хотя его тексты можно улучшать при переводе на русский язык, и улучшают). Русские футуристы -- в русском языке и решали проблемы русского языка, Толкин -- в английском и прочих языках, на которых он писал. Это лишний пример того, что Евгений Соснин не следит за контекстом рассуждений, "не понимает, где находится", не отслеживает даже, что ведёт речь про литературу на разных языках. Как он же не понимает, что Хлебников мог умышленно вызывающе не различать и именно в "поясняющих" статьях звуки и буквы, чтобы выбесить именно интеллектуалов того типа, к которому относится Евгений Викторович. Учит ли погружение в эпосы Толкина такому отчуждению от простого человеческого интернет-общения по переписке, чтобы перестать понимать, и когда над тобой издеваются, и когда это издеваются прицельно и именно над тобой, а не "вообще"? ну, а выяснять и понять мотивацию, с какой целью созрел замысел над тобой так издеваться (что такие как ты у народа чувство хозяина даже своего родного языка отобрали, элитарии
поганые) -- это уже космос... Многого я хочу по-русски от кандидатов наук, тем более грезящих о сказочных оксфордах на языках ангельских.