Приехав домой по окончании контракта, житель Светлоярского района Волгоградской области Антон Ионин стал активно участвовать в общей работе по сбору грузов со снаряжением и оборудованием, которую ведут в регионе жители, предприятия, власти. Всего несколько месяцев назад он сам был на передовой и понимает, как важна поддержка тыла для тех, кто воюет в зоне СВО. Причем поддержка и словом, и делом, говорит волгоградец, вспоминая сражения на линии боевого соприкосновения (ЛБС).
Разведчик «в ударе»
Антон Ионин служил в разведке, хотя, глядя на него, невольно удивляешься, как может быть незаметным такой высокий и крепкий парень. Он в ответ улыбается и объясняет: добывать информацию на войне можно по-разному.
«Да, люди представляют себе разведчика часто так: невысокий, юркий, работает буквально под носом у врага, добывает информацию, передает координаты, наводит артиллерию, – рассказывает Ионин. – Да, такая разведка тоже есть. Но это самая рискованная и самая, скажем так, эксклюзивная работа. У нас в подразделении, например, на 300 бойцов было всего 4 таких разведчика».
Но сегодня разведка ведется еще и с помощью БПЛА: «птички» позволяют отслеживать все перемещения техники и живой силы врага. Это дальняя разведка.
Есть разведка ближняя, там уже нет нужды в крупных дронах, там беспилотники следят за тем, что происходит непосредственно на ЛБС. И еще один вид – ударная, там «птички» не только проводят видеофиксацию, но и делают сбросы. Ионов служил именно в такой разведке.
«На гражданке опыта обращения с беспилотниками у меня не было, – признается Антон. – Но ничего, всему научился».
До того как отправиться в зону СВО, он работал руководителем торгового предприятия. В армии не служил, мобилизации не подлежал.
Но в стороне от общего дела не думал оставаться: с началом спецоперации в качестве волонтера активно помогал знакомым, которые собирали и возили гуманитарную помощь на фронт.
Лично в руки
В 2023-м принял окончательное решение – защищать интересы Родины он может и должен с оружием в руках. В конце года Антон Ионин заключил контракт и отправился «за ленточку», получив позывной «Черный».
«В декабре я уже был там, – вспоминает Антон. – Соледар, Богдановка, Часов Яр, Калиновка. У нас пункт временной дислокации на руднике был, с верхнего этажа Артемовск видно».
Большая ошибка – считать работу «дроноводов» легкой и относительно безопасной, говорит Антон Ионин. Постоянные прилеты, перемещения по «открытке», когда каждый шаг может стать последним – это обычные боевые будни.
«Например, привезли нас из Соледара, с пункта временной дислокации, выгрузили, до позиций еще 1,5 км, и их надо пройти в полной экипировке, с боекомплектом. А еще у тебя как минимум три пятилитровые баклажки воды, 40 литров бензина, комплект из 10 беспилотников, – перечисляет Ионов. – Слушаем, нет ли «птиц», хотя они могут быть на такой высоте, что и не слышно, не видно. Ты ее можешь не заметить, а она тебя не пропустит».
И вот так метров 800 надо пройти по совершенно открытой местности. А потом еще почти столько же в горку с перепадом в 60 м. Дойти и остаться в живых.
«Я там впервые начал молиться каждый день, – говорит Ионов. – Там все молятся…»
6 июня 2024 года контракт «Черного» закончился. Но жить, как прежде, на гражданке он уже не смог. С первых же дней стал собирать помощь бойцам. Тем более что сам теперь четко знал, что именно нужно. Говорит: иногда, пока формируют большие конвои, важнее отправить пусть даже один тепловизор, «птичку» или РЭБ.
«Недавно комбат прислал благодарность за то, что мы им отправили веревку, просто километр веревки, – рассказывает Антон. – Но там это вещь незаменимая – "трехсотого" вытащить, повесить маскировочную сеть…»
Сейчас в своем родном Кировском поселении у Антона целая группа единомышленников, создали телеграм-канал «Стань СВОим» – там объявляют сборы и отчитываются.