Поверхностное знакомство с Дэном Симмонсом у меня произошло в четырнадцать лет, когда, находясь в гостях у своего дяди и осматривая книжные полки со скучной (как мне тогда казалось) классикой, моё внимание привлекло название "Падение Гипериона". После одобрительного краткого отзыва своего родственника я погрузился в чтение. Давалось оно мне с трудом по двум причинам: масштабность описываемого мира и событий и потому, что читал я тетралогию не с самого начала. До этого я не касался научной фантастики и мой книжный опыт ограничивался школьной программой, естественно, далеко не всегда прочитанной и если прочитанной, то лишь для галочки. Потом я уехал, так и оставив книгу, а через какое-то время в моей жизни появились другие авторы и жанры. Но Дэн Симмонс не исчез из поля моего внимания, потому что если вы даже поверхностно интересуетесь фантастикой и хоррором (как я), то имя автора будет вам попадаться достаточно часто. И вот, спустя много лет, у меня в руках оказывается его "террор" , забирающий с собой не в эпическое путешествие в космосе, а в арктические просторы.
"Террор" повествует об экспедиции сэра Джона Франклина по открытию северо-западного морского пути, предпринятой в середине 19 века. Экспедиция успехом не увенчалась, а жажда славы, денег и приключений обернулась медленной смертью среди льдов от голода, болезней и холода. Симмонс взял за сюжетную основу реальное событие, изучив достаточно много материала в виде книг, дневников и документов и добавил к нему мистическо-мифологический элемент. Но, честно сказать, роман бы читался с интересом и без мистики. Я не говорю, что она тут лишняя, наоборот - она мастерски вшита в общее повествовательное полотно и не кажется неуместной. Просто самым занимательным для меня было наблюдать за взаимодействиями персонажей. Особенно выделялась для меня сюжетные линии Корнелиуса Хикки и доктора Гудсира. Хикки - скользкий и хитрый ублюдок, второй же - образец выдержки, смелости и жертвенности. Вообще все первостепенные герои, как "положительные", так и "отрицательные", получились очень запоминающимися. В память врезаются и проповеди Фицджеймса, дающие произведению апокалиптическую безысходность, и изнуряющая внутренняя борьба Фрэнсиса Крозье, стойкость Томаса Блэнки, что несколько раз оказывался в смертельно опасных ситуациях, да и попытки Джона Ирвинга наладить контакт с Леди Безмолвной вызывали в некотором роде умиление. О последней стоит сказать чуть больше, так как она является героиней, стоящей на границе потустороннего и посюстороннего мира в произведении. Как я уже говорил, автор искусно совмещает доскональное описание тяжёлого быта экипажей двух, застрявших в ледяном аду и постепенно разрушающихся кораблей, с вездесущей угрозой от мифического чудовища, пожирающего и без того измученных людей. Леди Безмолвная - эскимоска, вызывающая у подавляющего большинства суеверный страх и агрессию. Они не понимают, как она смогла выжить в таких страшных условиях, почему её до сих пор не убило то инфернальное существо, что рвёт на части взрослых вооружённых мужчин, словно они - тряпичные куклы, да и её способность бесследно исчезать с корабля только укрепляет всеобщее мнение о том, что она "ведьма", "колдунья" и "виновата во всём, что с нами происходит". Вообще негативное и боязливое отношение к таинственной женщине, тем более к "дикарке", вполне резонно, учитывая физическое и ментальное состояние экипажа. В таком положении, когда стоит вопрос о выживании и вера в спасение истощается с каждым днём, человеческая психика, как мне кажется, всегда будет пытаться найти "козла отпущения", чтобы хоть как-то объяснить для себя происходящее вокруг. Дэн Симмонс замечательно передаёт чувство отчаяния и потери надежды на то, что люди смогут наконец-то найти выход из сложившегося положения. Несмотря на это, некоторые персонажи в "Терроре" изо всех сил цепляются за жизнь, даже понимая, что ничего у них не получится.
Помимо старательно прописанных героев , автору прекрасно удаются пейзажи с описанием бесконечного и угнетающего ледяного пространства, в котором измученные люди из последних сил тащат за собой тяжелый груз, а стоны и хрипы раненных смешиваются с воем северного ветра, проникающего подо все слои одежды и оставляющего на коже страшные обморожения. Экстремальные погодные условия, читая книгу, ощущаешь словно на себе. Ещё "террор" может хорошо пугать. Темнота корабельных помещений, где бегают голодные крысы или лежат завёрнутые в парусину трупы, содержит в себе что-то ещё, – будто в самых дальних углах прячется злобный дух, проклятие корабля, обрекающего всё и всех на мучительную смерть. Этот злой дух воплощается потом в более явную и видимую форму в лице медведеподобного и неуловимого существа под именем "туунбаак". Чтение того, как его пытаются поймать и всё это оборачивается катастрофическими неудачами - отдельное удовольствие.
Вершиной его появления в романе для меня является сцена во время бала-маскарада, устраиваемого на корабле, чтобы хоть как-то отвлечь и развлечь экипаж. В ней саспенс переходит в гротеск, а потом превращается в кошмар. Наиболее запоминающимся моментом для меня была прогулка одного из героев через разноцветные, освещённые факелом, шатры, где в конце, уже во мраке самого последнего, он увидел медвежью голову с разинутой пастью, что оказалась лишь чучелом. Вторая, пробирающая до нутра и въевшаяся в сознание сцена - это наказание за последствия ужаса, произошедшего на маскараде. Не буду описывать подробности, но автор смог передать такой тугой узел телесной боли, холодной ненависти и выбивающего почву из под ног страха, который пока не был встречен ни в одной книге. Подобных, то есть крепко цепляющих и эмоционально встряхивающих моментов здесь достаточно, и от этого, несмотря на большой объём, книга прочитывается не то чтобы совсем легко и плавно, но и мысли "когда это всё наконец закончится" не возникает. Это хорошо, так как я согласен с теми, кто говорит, что читаемое должно вызывать хотя бы минимальное сопротивление - интеллектуальное, психологическое, не суть. Книга должна задевать, заставлять задавать вопросы, вступать в полемику с идеями автора или действиями персонажей. Развлекать она тоже может, и если писателю удалось соединить в себе качества "беллетриста" и "романиста", то это здорово, это делает написанное им живым и интересным.
"Террор" работает в области давно знакомого литературного конфликта "человек против дикой природы", но если во многих случаях такой конфликт создаётся для увековечивания силы плоти и духа, одолевающего все шторма, бури и лишения, то здесь мы видим более пессимистичный взгляд. Стоит внести маленькое пояснение: мир произведения не тотально пессимистичен, поэтому зло тут находится в противоборстве с добром, а один персонаж даже смог одолеть своих "внутренних чертей" и "родиться заново". Но это и не ода величию рода человеческого, просто люди здесь всегда стоят перед сложным выбором и большинство делают ошибочный. Само существо, пожирающее незадачливых путешественников, я бы тоже не назвал абсолютным злом, так как оно происходит от изначально нейтральных сил и его возможно "усмирить". Не хочется говорит избитую фразу про "человек - это главное зло". Нет, люди тут просто преследуют свои личные интересы и выживают. В таком состоянии возможно во многих из нас проснулась бы теневая сторона натуры. Зло тут не метафизично, оно, как я уже упоминал, есть последствия выбора. И более мразями для меня в "терроре" является даже не Корнелиус Хикки и примкнувшие к нему из страха и желания спастись, а те, кто решил сбагрить некачественно запаянные консервы двум кораблям, что привело в конце концов к голоду и отравлению. Да, вроде такой технический момент, а сколько вполне ощутимых страданий он принёс. Поэтому зло может находится во вполне бытовых вещах и знакомых человеку чувствах, вроде жадности и фразе "и так сойдёт".
В итоге книга завлекла меня на неделю и вместе с персонажами я боялся появления туунбака, прятал лицо от кусающего ветра, смотрел в тёмное звёздное арктическое небо, пытался уснуть под храп матросов и слышал хруст льда под ногами. На зимнюю сказку похоже это не было, а скорее напоминало холодную преисподнюю, наподобие буддийского "арбуда-нарака", но мне очень понравилось.