За обедом, который с трудом можно было назвать семейным и дружеским, бабушка Игоря хорошенько прошлась по кулинарным способностям своей невестки, и обвинила её, что она, как мать семейства, совсем не заботится о здоровье мужа и детей.
— Но это не так, - тихонько возражала Тамара.
— Не спорь со старшими, я всё вижу, - говорила её свекровь. – Лучше мотай на ус и думай, как исправляться будешь.
Тамара Ивановна опустила голову и делала вид, что ест. Остальные молча продолжали трапезу.
— Юля, деточка, напомни мне, кем ты работаешь, кто твои родители? – спросила бабушка Игоря.
— Я бухгалтер на заводе, - ответила девушка. – Папа слесарь, мама повар.
— А скажи, милая, родители у тебя выбрали такие профессии потому, что ума не хватило учиться на кого-то другого? – спросила бабушка.
Юля уставилась на неё и молчала. Потом сжала кулаки и спокойно ответила:
— Мама мечтала стать поваром с детства. Она в ресторане работает. А папа слесарь от Бога – к нему тяжело попасть, очередь. Люди ценят его, руки золотые. Они у меня очень умные и хорошие.
Татьяна Фёдоровна кивнула головой.
— Надеюсь, твои дети пойдут не в твоих родителей, - сказала она.
Все молчали.
— Ну что, хватит есть! Покажите мне мою комнату, - сказала бабушка.
Тамара Ивановна проводила свекровь в гостевую комнату. А потом вышла оттуда такая мрачная, что Юля даже испугалась.
— Что случилось? – спросила она у свекрови.
— Ей не нравится диван, - сказала Тамара Ивановна. – Игорь, Олег, идите сюда.
Мужчины принесли в гостевую комнату диван из другой комнаты. Он бабушке понравился, но теперь её не устраивали шторы: слишком тёмные, создают в комнате мрачную атмосферу. Юля и её свекровь быстро их поменяли на более светлые.
— Могли бы шторы нормально погладить, - сказала бабушка Игоря. – Ладно, идите все. Я отдохну часок.
Вся семья спустилась на первый этаж. Каждый занялся своим делом. Но настроение у домочадцев было какое-то подавленное. Даже воздух в доме стал каким-то тяжёлым.
С тех пор в доме начались бесконечные часы муштры и воспитания, которые организовала Татьяна Фёдоровна. Она воспитывала всех, постоянно. Придиралась по мелочам, давала тысячу разных советов, которые все обязаны были выслушать и принять к сведению.
Юлю, Игоря и Олега Юрьевича спасала работа. А вот Тамара Ивановна от своей вечно недовольной свекрови получала по полной.
Когда домой приходила Юля, ей тоже доставалось сначала от бабушки мужа, а потом от его матери – всё делаешь не так, медленно, не качественно. Юля злилась и на бабушку, и на свою свекровь. Но зачастую, честно говоря, радовалась, когда Татьяна Фёдоровна отчитывала Тамару Ивановну.
«Теперь побывала в моей шкуре, свекровушка, может быть, хоть что-то поймёшь» - злорадствовала девушка, глядя на то, как Тамара Ивановна расстраивается после слов своей свекрови.
Гостья учила жизни и сына, и внука. Им она читала лекции о вреде курения, заставляла навести порядок в гараже, починить крышу в бане, переделать в бане лавочки, так как те, что там стоят, вредны для ног.
— Как же я устал, - говорил Игорь.
— И я, - отвечала Юля. – Поехали к моим родителям.
— Маму жалко, - сказал муж. – Бабушка её проглотит заживо, как питон.
— Твоя бабушка вообще ничем не довольна, - с грустью сказала Юля.
— Я же говорил – у неё характер ещё хуже, чем у матери, - ответил Игорь.
Тамара Ивановна уже неделю жила на успокоительных. Она из кожи вон лезла, чтобы угодить свекрови. А ей не нравилось ничего.
Прошла неделя.
В субботний день Юля спустилась в столовую только в 11 утра. Вчера вечером ей пришлось делать срочный отчёт, и девушка легла спать очень поздно. Игорь запретил всем заходить в комнату и будить жену.
— Ого, ты встала? – съязвила свекровь, помешивая суп. - Уже, между прочим, 11 часов.
— Знаю, - ответила Юля со злобой в голосе. – Я работала до поздна.
— Ну-ну. Нужно правильно планировать рабочий день.
Юля промолчала. Свекровь увлеклась готовкой, а Юля пила кофе и читала новости в Интернете.
— Ну, как там наш супчик? – спросила Татьяна Фёдоровна, а потом обратилась к Юле. – Доброе утро, милочка! Вообще-то вставать так поздно – это дурной тон. Вы далеко не аристократических кровей.
— Вы правы, - ответила Юля. – Мы просто работяги – вкалываем до утра.
— Ну-ну, - сказала бабушка. – Дай, Тома, попробую суп.
Татьяна Фёдоровна взяла ложку, подошла к кастрюле, зачерпнула суп и стала пробовать. Внезапно она скривила лицо, потом молча подошла к плите, взяла кастрюлю в руки и направилась в туалет. Там она вылила суп в унитаз и нажала на кнопку сливного бачка. Потом вернулась в кухню, поставила кастрюлю в мойку и сказала своей невестке:
— Это отвратительно!
Юля была в шоке. Она замерла на месте и не шевелилась вообще. В таком же шоке пребывала и Тамара.
— Я не позволю тебе угробить всю семью! Откуда у тебя только руки растут, я не понимаю? Ты замужем за моим сыном уже 22 года. А готовишь так, будто только вчера замуж вышла.
И тут Татьяна Фёдоровна обернулась к Юле. У девушки по спине пробежал холодок.
— Юля, мне Олег говорил, что у тебя очень вкусный суп, - сказала бабушка. – Готовь нам обед. Утри нос своей свекрови!
Тамара Ивановна смотрела в пустоту. Скорее всего, она просто сосредоточилась на одной точке, стараясь сдержать слёзы.
— Я не хочу никому ничего утирать, - ответила Юля. – У Тамары Ивановны всегда получается вкусный суп.
— Юля, не спорь со старшими, не разочаровывай меня, готовь! – сказала бабушка.
Юля нехотя встала и подошла к плите. Бабушка вышла. Немного погодя из кухни ушла и Тамара Ивановна.
Юля готовила и думала о том, как это всё ужасно. Неужели нельзя было разговаривать по-человечески? Если и правда суп получился невкусным, неужели нельзя промолчать, или сделать замечание как-то сдержанно, культурно? Зачем так? Впервые Юля поймала себя на мысли, что ей жаль свою свекровь.
— Не хотела бы я оказаться на её месте, - подумала Юля.
А потом девушка вспомнила, какими словами и придирками её саму свекровушка «кормила», и жалость пропала.
За обедом Татьяна Фёдоровна попробовала суп, который приготовила Юля.
— Этот суп очень пресный, дорогуша! Как будто для язвенников. Но он хотя бы лучше, чем суп твоей свекрови. Гордись: ты превзошла свою свекровь.
Юля молчала.
— Мама готовит вкусно, мне нравится, - сказал Игорь.
— Ну-ну, не заступайся! – ответила бабушка.
— Томочка, твой суп всегда превосходный! – поддержал жену Олег Юрьевич.
— А ты просто привык, Олежа, - сказала мать. – Всё, едим молча, хватит заступаться!
Тамара Ивановна съела только две ложки супа, а потом только макала ложку в бульон. Кусок не лез в горло.
Юля чувствовала себя не в своей тарелке. Она прекрасно понимала, как Тамара Ивановна сейчас унижена… Всем присутствующим за столом было жаль Тамару. А она была раздавлена.
Весь день женщина не выходила из комнаты. Сказала, что поднялось давление. А на самом деле просто не хотела никого видеть.
Ужин приготовила Юля. Взяла удар на себя. Как ни странно, Татьяна Фёдоровна сделала всего одно замечание: слишком много чеснока. В остальном ужин ей понравился.
Остаток вечера Татьяна Фёдоровна, Олег Юрьевич, Юля и Игорь провели в гостиной у телевизора. А потом пошли спать.
Ночью Юля захотела пить. Она спустилась в столовую и услышала тихие всхлипывания. Девушка тихонько зашла на кухню и увидела за столом свекровь. Она тихо плакала. У Юли сердце защемило от жалости к свекрови. Бабушка Игоря довела её до истерики.
Юля молча налила два стакана воды, селя рядом со свекровью и подала ей воду. Та попила и поблагодарила.
— Да ладно вам, не расстраивайтесь, - сказала Юля. – Не обращайте внимания на слова Татьяны Фёдоровны. Она не права - вы хорошая хозяйка и отличная мама для своего сына. Ваша свекровь уедет – и вы снова возьмёте бразды правления домом в свои руки. Встанете на её место. Будете сами унижать и властвовать, как раньше. И меня гнобить так же, как она вас.
Свекровь подняла глаза на невестку и заплакала с новой силой.
— Тамара Ивановна, ну правда, что вы расплакались? – стала говорить Юля. – Вы же железная леди, я никогда не видела, чтобы вы плакали. А тут рыдаете. Хватит вам. Всё будет хорошо, слышите?
— Никогда уже хорошо не будет, - сказала Тамара сквозь слёзы. – Это я сама виновата, что она ко мне так относится. Теперь до конца жизни терпеть это буду. И ничего не исправить уже.
— Что вы такого сделали? – спросила Юля.
Тамара Ивановна вытерла слёзы, попила воды и сказала:
— Это ещё с юности тянется…
Интересно ваше мнение, а лучшее поощрение — лайк и подписка)))