Прогресс человечества идёт очень медленно, а регресс - мгновенно. Стоит утратить гуманность - и ты снова дикарь.
Лао Шэ
Мне нелегко погружаться в прошлое, связанное с тяжёлым периодом жизни с приёмными детьми в пору их подросткового возраста. Решила сделать небольшой перерыв.
У нашей семьи долго не было приличного жилья. Мы много переезжали. Жили в общежитиях, съемных квартирах, в деревянном доме без удобств, в совершенно убитой поначалу квартире с печью-плитой на кухне и без ванной комнаты... Ее мы преобразили до неузнаваемости: печь разобрали, поставили душевую кабину на кухне, отремонтировали каждый сантиметр площади. Получилось очень хорошо и комфортно! Но... дом признали аварийным. Мы прожили там не более двух лет и вынуждены были выехать в предоставленное городом жилье. Наши друзья приехали к нам перед отъездом из этой квартиры и произнесли слова: "В Петербурге и области еще много жилья, которое надо преображать!" Все знали, что любой переезд для нас - это неизбежный ремонт. За 33 года - более десяти переездов.
Сейчас мы "осели". "Цыганский", как говорила моя мама, образ жизни завершился. Последние почти 12 лет мы живем на одном месте.
С соседями на этаже и в подъезде у нас славные отношения. Все в нашем многоквартирном доме здороваются друг с другом, общаются по мелочам. С некоторыми соседями установились приятельские отношения. Мы дарим друг другу небольшие подарки на праздники, угощаем выпечкой и садовыми яблоками, поливаем цветы во время отъезда, покупаем лекарства при необходимости, делимся какими-нибудь переживаниями за чаем.
Но у нас с Андрюшей как-то само собой появились еще и "подшефные".
Андрюше 14 лет. Это приёмный сын моей старшей дочери Анюты.
Это несколько человек очень серебряного возраста, которые по разным причинам живут одни. У одной милой женщины нет детей, а муж умер. У других дети живут заграницей, внуки-правнуки тоже. Мы с Андрюшей с ними на связи и помогаем, чем можем, по их просьбе: выносим мусор, покупаем продукты, записываем через Интернет к врачу, заказываем и выкупаем лекарства, помогаем настроить мобильные телефоны, с которыми все они на "Вы" и пр. Но, главное, общаемся с ними. Когда люди живут вне семьи, накатывает на них страшное одиночество.
Несколько дней назад Анюта вечером пошла встречать Андрюшу с хора. Занятия заканчиваются около 22 часов, пока доедет до нашего Парка Победы - время подходит к 23 часам. Кто-нибудь из нас его встречает у метро, но чаще всего Анюта.
И вот на первом этаже дома Анюта встречает одну нашу подопечную, Р.А. Она просит срочно вызвать меня. Я мчусь, думая, что надо вызвать скорую Р.А. У нее больное сердце.
Оказывается, дело в другом. Р.А. сообщает, что у нее из дома пропадают вещи, к ней приходят воры, хотят ограбить и убить ее, конечно. Она страшно боится идти домой. Никакие доводы разума недоступны...
Консьерж сказала, что никто никакой мебели не вывозил, грузовой лифт не вызывал. Р.А. это не успокоило. Часа полтора я ее уговаривала пойти домой и уговорила. Обещала, что буду стоять и ждать, пока Р.А. проверит квартиру, и вызову полицию, если там грабители. Так и сделали.
Дома у нее я раньше не была. Р.А. никого из жильцов к себе никогда не пускала. Что там творится! Коробки какие-то, явно мебельные, оставляют лишь узкий проход, одежда развешена на гвоздиках в стене... Р. А. утверждает, что все это воры упаковали. Словом, страшно...
Вчера соседи попросили меня спуститься к Р.А. Двери в ее квартиру были нараспашку. Р.А. была в совершенной прострации и твердила всякий бред. К версии о грабителях прибавился страх перед телевизором - якобы через него за ней следят... А вот прямо в этой коробке сидит вор. "Вы что, не видите его?" Спутанность сознания была чудовищная. Однако, уговорили ее попить чай, съесть бутерброды, печенье и конфеты.
Родственники Р.А. живут в Германии: дочка и внук с семьями. Внук до 14 лет жил с ней в России. Муж у Р.А. из каких-то высоких военных чинов. Она часто рассказывала о прежней интересной жизни. Они с мужем и внуком много путешествовали, ходили на выставки, в Филармонию и Мариинский театр. Судя по ее рассказам, это была дружная и любящая пара, с заботой относящаяся к внуку.
Но мужа давно не стало, внук уехал к родителям. Думаю, это произошло более двадцати лет назад. Р. А. говорила, что раньше ездила в Германию на несколько месяцев, до пандемии.
Р.А. была всегда опрятно одета, волосы завиты и уложены. Она интересовалась событиями в мире и готова была их обсудить. Ее окном в мир был телевизор и общение с людьми. У Р.А. постоянно находились хорошие слова для наших мальчиков - Андрюши и Малыша.
Малышу 4 года 9 месяцев. Это младший приёмный ребёнок моей дочери Анюты.
Я часто готовила для нее угощения и небольшие подарочки. Р.А. всегда искренне благодарила. Она интересовалась, куда мы с мужем и детьми ходили, что видели, какие впечатления получили... Такой приветливый, доброжелательный человек.
Конечно, никому из нас, соседей, неизвестно, общалась ли она в последнее время с дочерью и внуком. Эту тему Р.А. не поддерживала не только со мной, но и с другими, как выяснилось.
Но сейчас она в том состоянии, когда надо принимать какие-то решения о лечении. И жить одна Р.А. уже явно не может. Сегодня утром я принесла ей чайник горячего чая, лимонный пирог. Соседки, которым Р.А. вчера доверила ключи от квартиры, тоже принесли немного еды. Нам было очень неловко, и Р.А. тоже... Но сама она уже не может ходить в магазин, готовить и следить за приемом пищи из-за нарушения мозговых функций. Исхудала ужасно за последнюю неделю!
Такая тонкая грань: помощь и вторжение в личный мир. Р.А. утром негодовала и рыдала, что ей не нужна еда. Нужно только обеспечить охрану её квартиры. Но как нам быть с таким требованием? Вот такие игры разума...
С трудом, но нашли телефон единственной дочери Р.А., которая живёт в Германии. Звонили, писали сообщения - без ответа... Удалось также разыскать телефон племянницы, живущей в Петербурге. Вчера она приехала, но через пару часов сообщила консьержу, что больше находиться с Р.А. не хочет и не может.
Но решать проблему как-то надо... Р.А. представляет опасность для себя самой, находясь в таком возбуждении и помутнении рассудка. Мы, соседи, вызвали вчера участкового терапевта. Надеялись, что та найдёт адекватное решение - проблема-то медицинская... Врач почему-то решила госпитализировать Р.А на отделение нефрологии. Может быть, в анамнезе есть какое-то заболевание? Племянницу это устроило, хотя непонятно, как Р.А. может находиться в стационаре соматического отделения с таким воспалённым сознанием...
Сейчас ждём скорую помощь для госпитализации на нефрологию, но не уверены, что Р.А. согласится на это. Ведь с её точки зрения слишком опасно оставлять квартиру без присмотра, воры все вынесут... А ведь так важно, чтобы была подобрана правильная терапия. Конечно, сейчас в приоритете не соматический профиль, а совсем другой.
Вот такая сложная ситуация, объединившая группу неравнодушных соседей.
Мне больно, что рядом с Р.А. нет близких людей, о которых она рассказывает с такой любовью. Воспоминания о прошлом - самое светлое в её жизни. И где теперь эти близкие? Мы, соседи, конечно, не можем заменить их...
Я молюсь и надеюсь, что в ближайшее время дочь всё же откликнется, приедет и проявит участие и заботу.
С надеждой на лучшее, желаю всем не болеть и получать поддержку от близких!