После второго урока Мария Сергеевна дежурила на четвёртом этаже. Там было более-менее спокойно, дежурство проходило без происшествий. После того, как прозвенел звонок на третий урок, она спустилась на третий этаж, прохаживалась туда-сюда, заглядывала в кабинеты. Раньше, когда случались между уроками свободные окна, можно было оставить школу, сейчас из-за дежурства на этажах, отлучиться было нельзя.
Неожиданно Мария Сергеевна заметила в конце коридора небольшую группу людей, она приближалась, вёл её сюда, кажется, директор. Рядом с ним фигура в ярко-красном платье, это, несомненно, завуч. За ними двигались какие-то мужчины в строгих серых костюмах. Когда свита приблизилась, учительница узнала заведующего отдела образования райисполкома. Во время ремонта он несколько раз приезжал в школу и лично делал ей замечание, показывал, где некачественно вычищен пол. Почувствовав холодок страха и неприязнь, она остановилась. Группа приостановилась, все смотрели на стенд. Там, на стенде, под заголовком «Ими гордится школа» уже дано каждый год вывешивали фотографии отличников.
Какой-то неудержимый интерес заставил учительницу преодолеть момент страха к начальству, пойти посмотреть, что на стенде. Сначала заметила перекошенное поникшее лицо директора, взгляд у завуча был не лучше. В глазах заведующего и его неизвестных спутниках застыл немой вопрос: «Как могло произойти такое?» Мария Сергеевна наконец бросила взгляд на стенд. На фотографиях кто-то дорисовал кошачьи усы, а на носу поросячьи пятачки. Часть фотографий пропала, остались белые пятна. Заглавие перечёркнуто, написано: «Они позорят школу». Услышав шаги учителя, завуч обернулась к Марии Сергеевне.
— Мария Сергеевна, почему плохо дежурите?! Что творится в школе? Плохо следите за порядком.
— Черт знает, что у вас творится, — с гневом говорил заведующий. Его лицо стало пунцовым. — Вам отремонтировали школу, создали условия, и вот в ответ что? Я вынужден принять самые строгие меры. И вам советую не либеральничать.
— Татьяна Казимировна, вы здесь, пожалуйста, разберитесь, — пришёл в себя и директор, — А мы сами посмотрим, что там произошло, — свита направилась в конец коридора.
Туалет для девочек оказал приятное впечатление. Открывая дверь в туалет для мальчиков, директор понял, что что-то здесь не так. В нос ударил едкий запах гари, дым стоял в щелях закупоренных дверей из пластика. На подоконнике лежали остатки пепла, не до конца сгоревшие фотографии. Директор бросился к окну, пытаясь его открыть, чтобы проверить помещение. Однако не смог повернуть ручку. Он собрался с силами, нажал снова, но окна были установлены на немалой высоте, и, не иначе, строители тут схалтурили. Пена, замазанная тонким слоем раствора, треснула, окно, наклонившись, начало падать на пол. На помощь бросились мужчины из комиссии. Штукатурка, куски краски посыпались на людей.
— Вы, Александр Андреевич, вижу, своей должностью никак не дорожите — резким недовольным тоном произнёс заведующий отдела, бросив испепеляющий взгляд на руководителя школы, повернулся и вышел в коридор. Директору удалось впихнуть окно в коробку, после этого он в изнеможении отошёл от стены; вид у него был уставший, такой, словно в мыслях прощался со своей должностью, с неплохим заработком. Снова в мыслях всплыли философские рассуждения, похожие на те, что возникли во время происшествия с умывальником и отцом пятиклассника Шушлякова.
Все же он решил посмотреть на обгоревшие фотографии на подоконнике, удалось прочитать фамилии дочери завуча, детей некоторых педагогов. То, что учителя пытаются использовать своё служебное положение в личных целях, помогая своим детям во время экзаменов, чтобы завысить оценки, ни для кого не было секретом: ни для руководства школы, ни для педагогов, ни для учеников. В результате, в конце концов, кто-то сильно обиделся на несправедливость, был не готов смириться с такой ситуацией, решил отомстить.
А где же снимки его дочери? Она звёзд с неба не хватала, однако все учителя ставили ей явно завышенные оценки. Конечно, ему также в мечтах виделись те летние деньки, когда на площади в числе золотых медалистов назовут и фамилию дочери, и они семьёй пройдут по красной дорожке, чтобы получить медаль и благодарственное письмо родителям.
Он рассмотрел в одной из кабинок в новеньком унитазе фотографию дочери. На глаза навернулись слёзы.
Через оконный проём видно было в вышине голубое небо. Воздушное пространство пронизывали вёрткие ласточки. Он вспомнил, что его ждут в коридоре, направился к выходу и по дороге почувствовал, как в боку резко кольнуло. «Опять бумеранг? Неужели там, на небе, видят грехи наши?»
Начало https://dzen.ru/a/Zxo3WohiDWSdBFJn
Если вам понравилась история, ставьте лайк и не забудьте подписаться:)