Уже несколько дней в нашей 31 ОИИЧ (Отдельная инженерно-испытательная часть) шли спецработы, часть готовилась к очередному пуску спутника. Многие офицеры и солдатский состав находились на своих рабочих местах практически круглосуточно, я так же находился в своей секретной библиотеке безвылазно несколько дней. Моя секретная библиотека находилась в основном ЛК (лабораторном корпус) площадки 92-2. Этот корпус представлял из себя огромное здание высотой, наверное, больше девятиэтажного здания и протяжённостью метров двести. Там находился основной сборочно-испытательный зал с тельферами и разным оборудованием для сборки головной части ракеты и стендами для сборки и тестирования спутников.
Чтобы добраться до расположения секретных библиотек нужно было пройти несколько коридоров и выйти на ту единственную лестницу, которая вела к «секреткам». Поднявшись на самый верх ЛК, ты оказывался перед входом в коридор, который был тупиковым. Перед входом в этот коридор располагалось «ЗАС», не знаю, точно, как это расшифровывалось, но они обеспечивали связь с внешним миром, между площадками и внутри самой площадки, я даже, как-то домой в Томск смог позвонить, что тогда на Байконуре для простого солдата было на уровне фантастики.
Сам коридор в длину был метров 60, там было три входа в разные «секретки». Первая самая большая «секретка» была «секретка» управления дивизии, следующая «секретка» была моя, далее находилась гражданская «секретка». Все «секретки» находились с одной стороны - справа, слева была глухая стена. Как я говорил выше коридор был тупиковым, то есть выйти назад можно было только тем же путём каким и пришёл. Сам коридор в ширину был метра 2-2,5. Освещение коридора осуществлялось люминесцентными лампами.
Для того что бы понять, что произошло, мне придётся ещё описать немного и свою секретную библиотеку. Это была комната размерами около 4 метра в ширину и 6 метров в длину с двумя окнами естественно с решётками и входной, двустворчатой дверью, обшитой железом с «английским» замком. По всей длине комнаты с обеих сторон располагались металлические сейфы высотой около двух метров, в середине комнаты находилось также несколько сейфов, стоящих задней стороной друг к другу, на этих сейфах находилось моё спальное место. По сути, для солдата это был номер в пятизвёздочном отеле и жить я мог там месяцами. Но для такого автономного проживания нужен был провиант и т.п., да и всё-таки надо было забирать секретную документацию в штабе и вести другие «секретные» дела. Рядом со входом в «секретку» находилось окно выдачи документов, размером 50 на 50 сантиметров и на высоте около полутора метров, перед окном выдачи документов находился массивный письменный стол, и когда я сидел за этим столом я через окно выдачи документов видел противоположенную стену коридора, мимо пройти не замеченным в полный рост никто не мог.
По умолчанию, когда шли спецработы в части, «секретка» должна работать, так сказать круглосуточно. В тот день я уже безвылазно находился в своей «секретке» уже дня три. Гражданская «секретка» работала редко, порой там никого не бывало по несколько месяцев, да и приезжали туда работать прикомандированные «секретчики», в основном это были женщины 45-50 лет, и в этот день как уже почти месяц никого не было. «Секретчик» управления дивизии отработал до обеда и ушёл к себе в часть, у него не было спецработ.
Было уже около 10 вечера, в этом отдалённом месте ЛК я был один. Заварил чай, используя устройство из двух лезвий для бритья, устройство, я скажу - зверь, стакан с водой вскипал за несколько секунд. Пока чай заваривался я решил перекурить, но вот чёрт – кончились спички. Я начал искать какие-нибудь завалявшиеся спички в столе, поиск не увенчался успехом. Ничего другого не оставалось, надо было идти к «ЗАСовцам», там служил земляк с Омска. Интересно то, что все сибиряки считали друг друга земляками, а москвичи не считали земляком человека с Москвы, если он не из его района. Дошёл я до земляка, постучал в дверь. На месте его не оказалось, наверное, пошёл куда-то по делам, я вернулся к себе в «секретку», открыл окно выдачи документов, на случай если придёт земляк, я услышу стук двери, так как коридор заканчивался тупиком слышимость была хорошей.
Я сидел за столом, пил уже заварившийся чай, прошло минут 15, как я услышал шаги в начале коридора. Шаги кирзовых сапог с подковами (часто подковами служили дюбеля забитыми в каблук сапога – это был такой солдатский шик) были размеренными. Звук от подков по бетонному полу хорошо раздавался по коридору и приближался к моей «секретке». Я подумал – «Ну вот земляк идёт кстати», я встал со стула и стал ждать его появления в окне выдачи документов. Шаги приближались, уже совсем близко… Звук шагов поравнялся с окном, но … у меня буквально шерсть встала дыбом … в окне … никого не было видно. Я замер, время как будто остановилось, я не понимал, что происходит. Шаги подошли к двери … буквально вся жизнь пролетела перед глазами, мозг искал ответ – «что делать?». В дверь «секретки» раздались три стука, как будто стучали ногой. Воздух словно сгустился, я не мог выйти из оцепенения, но рука машинально потянулась за ножом.
Эти несколько секунд мне показались вечностью. Вдруг я услышал быстрые шаги мичмана Нигматуллина, его характерные шаги ни с кем не спутаешь. Он быстро приближался к моей «секретке» и наконец подошёл к окну выдачи документов, сунул в окно несколько документов, выданных мною ему ещё утром. «Ну всё, принимай побыстрей, а то машина ждёт» - сказал он. Я вышел из оцепенения, не знаю зачем, но я всё-таки спросил: «Мимо вас сейчас по коридору никто не проходил?». «Нет» - ответил мичман. «А, что случилось?» - спросил он. «Ничего, товарищ мичман. Можете меня до 95-й подбросить?» - спросил я. «Ладно давай, только быстро» - ответил он и стал ждать, когда я закрою «секретку». Я не стал раскладывать документы по местам, выскочил из «секретки», опечатал её и мы вместе с мичманом Нигматуллиным направились к машине.