Прежде всего хочу сказать, что в статье я не рассматриваю горечь или скорбь утрат, а также какой-либо ПТСР. В статье рассматривается глубинное переживание переходного момента, когда человек берёт ответственность за свою жизнь на себя.
Некоторые дети, воспитаны таким образом, что берут эту ответственность сызмальства. Это зависит от определённого воспитания, выдержки, своевременной сепарации и того, что родители не обременяют своих чад необходимостью жить определённым образом, предоставляя им свободу и возможности выбирать и так далее. Такое встречается всё реже, и поэтому у психологов всегда есть работа.
И эта работа очень непростая. Человек живёт в некотором смысловом питательном бульоне, в котором уже предопределены все его векторы движения деятельности и смысл жизни. К 25-30 годам часто случается так, что человек вдруг теряет почву под ногами. Разумеется, это образное выражение.
В какой-то момент человек осознает, что все, что он преследовал, — это ложные цели, навязанные ему. Поскольку этих целей больше нет, а новых ещё не появилось, ему становится страшно.
Чем сильнее и ярче этот переход, тем тревога и страх перерастают в состояние ужаса. Если в одном случае перед человеком маячит только какая-то нестабильность и неизвестность, то в другом его бессознательное захватывает его настолько, что он испытывает сильнейшую тревогу и ужас. По некоторым описательным категориям этот ужас сравним лишь с ощущением смерти.
Действительно, когда люди слишком долго, а порой из поколения в поколение, живут какими-то нарративами о жизни и отказываются осмыслять происходящее критически, с каждым поколением эта пружина всё сильнее натягивается.
Я замечаю, что в сегодняшнее время для многих проблема открыть глаза и осознанно посмотреть на свою жизнь.
Признаюсь, для меня самого это тоже было очень страшно. И ушло какое-то время на то, чтобы разобраться и найти свою внутреннюю опору.
В данной статье я ссылаюсь на работы Юнга, в частности приведу одну из его фраз:
[p]Некоторые религиозные рассуждения Юнга о судьбе его отца церковнослужителя
Отец до самой смерти переносил явленные и обещанные Христом страдания, не осознавая их как следствие imitatio Christi. Считая свои страдания своим личным делом, он мог обратиться к врачу, но не воспринимал их как нечто свойственное вообще христианину. Слова "я сораспят Христу и уже не живу, но живёт во мне Христос" он никогда не сумел осмыслить до конца, потому что всякое своё свободное размышление о религии приводило его в ужас. Ему хотелось жить в полном согласии со своей верой, и это сломило его. Такова зачастую награда за sacrificium intellectus, жертвование интеллектом. Не все вмещают слово сие, но кому дано: есть скопцы, которые сделали себя скопцами ради Царства Небесного; кто может вместить, да вместит.
Никогда слепое примирение ничего не решало, приводя в лучшем случае к застою. А расплачиваться за него придётся следующим поколениям.
Так моя коллега Анна Попова описала это в своей статье: Как отрицание проблемы в родительской семье, до сих пор влияет на вас.
Помните, что в прошлом отрицание проблемы - это была игра по навязываемым вам правилам. Признавая проблему сегодня, вы разрываете порочный круг семейной дисфункции.
Я, Александр Родин, практикующий психолог, работаю с тяжелыми кризисами. Кризис — это когда вдруг ваша жизнь оказывается не такой, какой вы её предполагали, считали, видели.
Автор: Александр Родин
Психолог, Супервизор, Кризис-психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru