Автор Сергей Солодовник
Такой вопрос, как это ни удивительно, не присутствовал в сообщениях о конференции. По профильному направлению, что недавно прошла в Москве. С участием, в том числе, стран ЕАЭС.
Но Евразийская экономическая комиссия (ЕЭК) бодро отрапортовала о «дальнейшем сотрудничестве» на тему водородной энергетики на пространствах Евразии.
Вот цитата:
«Речь шла о решении первоочередных задач отрасли в сфере развития технологий, популяризации безопасности применения водорода в секторах промышленности, вопросах сертификации и подготовки квалифицированных кадров».
Ещё, что крайне важно в условиях угрозы вторичных санкций для стран Центральной Азии, обсуждались темы «использования нового механизма финансового содействия кооперационным».
Каковые призваны «способствовать развитию импортозамещающих технологий, кооперации в сфере водородной энергетике союза».
Всё это, конечно, выглядит гламурно и трендово. Поскольку из западного центра управления, в том числе и в области «зелёной энергетикой», неоднократно поступают заявки на ускорение производства водорода.
С последующим бизнес-планом экспорта в страны Золотого Миллиарда.
Вот только проблемка малая не даёт покоя.
Производство водорода – крайне энергоёмкий бизнес. Его экспорт – весьма капиталоёмкий процесс. А энергосистемы стран Цантральной Азии из зимы в зиму всё более напрягаются от дефицита генерирующих мощностей.
И чтобы удержать нынешний уровень урбанизации, наплевав на Парижские и Токийские протоколы по углеродному следу, местные власти и энергетики дают добро на сжигание – чего под рукой имеется.
Хоть уголь, хоть мазут, хоть верблюжий кизяк. Газ из России – за счастье, только его тоже не хватает. Как и собственного. Становится из году к году всё меньше.
Вот и вопрос. Исполняем ли мы для галочки западную повесточку? Или собираемся корёжить евразийский энергобаланс?
Автор в Телеграм