Если сесть в Нижнем Новгороде на электричку и пару часов проехать в сторону Кирова, то вам на пути обязательно попадется неприметный полустанок под названием «Сухобезводное», названный так в честь находящегося рядом крошечного поселка. Название с издёвкой: найти тут сухое место - задача не из простых. Вокруг болота и топи. А еще вокруг зоны. Так сложилось исторически. 86 лет назад отсюда начиналась территория УнжЛага, или как горько шутили местные, страны Унжлагии, «население» которой достигало до 60 тыс. человек. Раскинувшаяся в междуречье Унжи и Ветлуги она занимала значительную территорию, сплошь покрытую лесом, который, советское правительство активно продавало. Лес кто-то должен был рубить и вывозить, советы использовали для этого самый дешёвый труд - заключённых. Унженские лагеря в лесах стали расти как грибы. К ним вел путь по одноколейной железной дороге. Путь в никуда. Так продолжалось до 1961 года, когда Советский человек впервые полетел в космос. За прошедшие с того момента 63 года, от лагерей не осталось ничего. Большую часть в лихие 90-ые растащили на металл, а то, что не прибрал к рукам человек, начала стирать с лица земли природа. P.S. 30 октября в России отмечается день памяти жертв политических репрессий.
Если сесть в Нижнем Новгороде на электричку и пару часов проехать в сторону Кирова, то вам на пути обязательно попадется неприметный полустанок под названием «Сухобезводное», названный так в честь находящегося рядом крошечного поселка. Название с издёвкой: найти тут сухое место - задача не из простых. Вокруг болота и топи. А еще вокруг зоны. Так сложилось исторически. 86 лет назад отсюда начиналась территория УнжЛага, или как горько шутили местные, страны Унжлагии, «население» которой достигало до 60 тыс. человек. Раскинувшаяся в междуречье Унжи и Ветлуги она занимала значительную территорию, сплошь покрытую лесом, который, советское правительство активно продавало. Лес кто-то должен был рубить и вывозить, советы использовали для этого самый дешёвый труд - заключённых. Унженские лагеря в лесах стали расти как грибы. К ним вел путь по одноколейной железной дороге. Путь в никуда. Так продолжалось до 1961 года, когда Советский человек впервые полетел в космос. За прошедшие с того момента 63 года, от лагерей не осталось ничего. Большую часть в лихие 90-ые растащили на металл, а то, что не прибрал к рукам человек, начала стирать с лица земли природа. P.S. 30 октября в России отмечается день памяти жертв политических репрессий.
В центре поселка стоит памятник паровозу. Власти хотели было воздвигнуть камень, но инициативная группа граждан выступила против: таких камней по всей России пруд пруди (кстати, рядом поселок Пруды, в котором расположены зоны). А вот паровоз некий символ страны Унжлагия, билеты в которую были, в основном, в один конец. Обратно по рельсам, которые также клали заключенные, вывозили лес. Тела тех, кто не выжил, прикапывали, о чем составляли акт надзиратель и два конвоира. Тем, кто пытался писать своим родственникам выводили на конверте П/Я 242. Дальше шла еще одна цифра, по которой модно было понять, где находится барак заключенного: здесь, в Сухобезводном, или дальше в Лапшанге, а то и вовсе, в глуши Костромской области.
В центре поселка стоит памятник паровозу. Власти хотели было воздвигнуть камень, но инициативная группа граждан выступила против: таких камней по всей России пруд пруди (кстати, рядом поселок Пруды, в котором расположены зоны). А вот паровоз некий символ страны Унжлагия, билеты в которую были, в основном, в один конец. Обратно по рельсам, которые также клали заключенные, вывозили лес. Тела тех, кто не выжил, прикапывали, о чем составляли акт надзиратель и два конвоира. Тем, кто пытался писать своим родственникам выводили на конверте П/Я 242. Дальше шла еще одна цифра, по которой модно было понять, где находится барак заключенного: здесь, в Сухобезводном, или дальше в Лапшанге, а то и вовсе, в глуши Костромской области.
Сегодня в отремонтированном Доме культуры есть небольшой закуток, в котором находится музей Унжлага. Его бессмертный хранитель – Борис Иванович Бавин. Он по крупицам собирает материалы о тех, кто находился в лагерях. Часто ему приходят письма со всей России от тех, кто хочет узнать хоть что-то от тех, кто сгинул в этих краях
Сегодня в отремонтированном Доме культуры есть небольшой закуток, в котором находится музей Унжлага. Его бессмертный хранитель – Борис Иванович Бавин. Он по крупицам собирает материалы о тех, кто находился в лагерях. Часто ему приходят письма со всей России от тех, кто хочет узнать хоть что-то от тех, кто сгинул в этих краях
В самом поселке немноголюдно, редкие прохожие с удивлением взирают на приехавшую сюда группу туристов. Места здесь совсем не туристические. Сейчас на месте административных сооружений Унжлага находятся вполне мирные объекты. Вот, например, почта
В самом поселке немноголюдно, редкие прохожие с удивлением взирают на приехавшую сюда группу туристов. Места здесь совсем не туристические. Сейчас на месте административных сооружений Унжлага находятся вполне мирные объекты. Вот, например, почта
Как и во многих малых городах здесь много брошенных оъектов, которые уже проще снести чем восстанавливать. Хотя жизнь здесь еще теплится. Помимо вышеназванных ДК и Почты есть пункты доставки, несколько сетевых магазинов. А самое главное газ.
Как и во многих малых городах здесь много брошенных оъектов, которые уже проще снести чем восстанавливать. Хотя жизнь здесь еще теплится. Помимо вышеназванных ДК и Почты есть пункты доставки, несколько сетевых магазинов. А самое главное газ.
Пару десятков лет Сухобезводное – место паломничества тех, кто приехал забрать отсюда горсть земли, чтобы положить на могилку к родственникам тех, кто пропал без вести в местных лесах. Среди них были и отбросы общества – воры, бандиты, убийцы, но были и те, кого сегодня принято называть репрессированными, раньше их называли «политическими». Для таких «паломников» и построили церквушку. Чтобы никого не обидно назвали в честь всех святых.
Пару десятков лет Сухобезводное – место паломничества тех, кто приехал забрать отсюда горсть земли, чтобы положить на могилку к родственникам тех, кто пропал без вести в местных лесах. Среди них были и отбросы общества – воры, бандиты, убийцы, но были и те, кого сегодня принято называть репрессированными, раньше их называли «политическими». Для таких «паломников» и построили церквушку. Чтобы никого не обидно назвали в честь всех святых.
Как и во многих малых поселениях общая беда баня. Эту перестраивали трижды, и видимо, больше уже не перестроят. У кого-то своя персональная банька, кто-то довольствуется душем или ванной
Как и во многих малых поселениях общая беда баня. Эту перестраивали трижды, и видимо, больше уже не перестроят. У кого-то своя персональная банька, кто-то довольствуется душем или ванной
Когда-то на местном пустыре находились бараки для администрации. А сам поселок состоял из тех, кто сидел, и кто охраняет тех, кто сидел
Когда-то на местном пустыре находились бараки для администрации. А сам поселок состоял из тех, кто сидел, и кто охраняет тех, кто сидел
Немногим дальше находятся останки как бы сейчас выразились «таунхаусов» старших офицеров лагеря. Строили настолько добротно, что остовы дожили до наших дней
Немногим дальше находятся останки как бы сейчас выразились «таунхаусов» старших офицеров лагеря. Строили настолько добротно, что остовы дожили до наших дней
Сохранился и планово-экономический отдел. Вернее, как сохранился? Стены, а внутри уже растет лес и даже грибы. Унжлаг был обособленным даже время в нем было свое, оно соответствовало Московскому. Горьковская область жила по своему времени плюс один час к Москве.
Сохранился и планово-экономический отдел. Вернее, как сохранился? Стены, а внутри уже растет лес и даже грибы. Унжлаг был обособленным даже время в нем было свое, оно соответствовало Московскому. Горьковская область жила по своему времени плюс один час к Москве.
Здесь же начинается путь в никуда. Исторически он шел в сторону Унжи, но пути давным-давно разобрали. А вот эти, в сторону лапшанги проложили сравнительно недавно. Двады в день старенький маневровый локомотив таскает за собой пассажирский вагон. Здесь его зовут теплушка. Чибирь, Пруды, Лапшанга. Для тех, кто сидел, или их родственников, это не пустые названия. Сегодня основные пассажиры это конвоиры
Здесь же начинается путь в никуда. Исторически он шел в сторону Унжи, но пути давным-давно разобрали. А вот эти, в сторону лапшанги проложили сравнительно недавно. Двады в день старенький маневровый локомотив таскает за собой пассажирский вагон. Здесь его зовут теплушка. Чибирь, Пруды, Лапшанга. Для тех, кто сидел, или их родственников, это не пустые названия. Сегодня основные пассажиры это конвоиры
В поселке между голубых елей расположился Владимир Ильич. Возле монумента все выметено, но отношение к вождю мирового пролетариата, как и во всей стране в поселке неоднозначное
В поселке между голубых елей расположился Владимир Ильич. Возле монумента все выметено, но отношение к вождю мирового пролетариата, как и во всей стране в поселке неоднозначное
Парк победы единственное место в поселке где есть лавочки. Ближе к вечеру их облюбует местная молодежь. Днем сюда приходят мамы с колясками или детьми
Парк победы единственное место в поселке где есть лавочки. Ближе к вечеру их облюбует местная молодежь. Днем сюда приходят мамы с колясками или детьми
На седьмой путь, как говорят здесь, как приезжает теплушка. В воскресный вечер ее пассажиры студенты, которые разъезжаются на учебу по более крупным поселениям и городам Нижегородской области. Какой этот путь на самом деле… неизвестно. Раньше на седьмой путь приезжали вновь прибывшие, и отсюда начинался их путь в никуда.
На седьмой путь, как говорят здесь, как приезжает теплушка. В воскресный вечер ее пассажиры студенты, которые разъезжаются на учебу по более крупным поселениям и городам Нижегородской области. Какой этот путь на самом деле… неизвестно. Раньше на седьмой путь приезжали вновь прибывшие, и отсюда начинался их путь в никуда.
Короткий гудок и короткий состав отправиться грузиться углем, который свален в кучу неподалеку. Через несколько часов он встанет под оборот, чтобы вернуться в Лапшангу и заночевать уже там. А ранним утром снова прибыть в Сухобезводное.
Короткий гудок и короткий состав отправиться грузиться углем, который свален в кучу неподалеку. Через несколько часов он встанет под оборот, чтобы вернуться в Лапшангу и заночевать уже там. А ранним утром снова прибыть в Сухобезводное.
А на основном ходу два состава с лесом. Символично для этих мест. Даже 64 года спустя.
А на основном ходу два состава с лесом. Символично для этих мест. Даже 64 года спустя.
