Коркино – город небольшой, но с недавних пор живёт, как под прессом. Говорят, что здесь то ли «погром», то ли «силовое предупреждение». Официальные лица выражаются дипломатично: «силовики проводят масштабные рейды», но народная молва уже окрестила это не иначе как началом «цыганской лихорадки».
После нашумевших погромов, где по улицам будто гулял ураган, а дворы местных жителей заполнили звуки топора и тревожного воя полицейских сирен, Коркино превратился в центр событий с обысками, уводом «таборян», наведением порядка на окраинах и прочими атрибутами административной чистки.
Силовая машина набирает обороты
Эти рейды кажутся олицетворением непреклонной силы государства, и чем больше силовики «вычистят», тем сильнее кажется их хватка. Железнодорожный вокзал и его пригороды стали первым рубежом. Зал ожидания с его давно обшарпанными креслами и прокуренными стенами теперь напоминает сцену для суровой постановки, где патрульные с каменными лицами читают указания. Здесь, у самой железной дороги, в «Слободке», собрался весь цвет местного «цыганского дворянства» – продавцы угля, тренеры бойцовых собак, гениальные кудесники торговли и поставщики разношёрстной продукции. Но их идиллия под вокзальной крышей оказалась слишком громкой и броской, чтобы остаться незамеченной.
Силовики, словно на охоте, один за другим вылавливают представителей табора. Внутренние дворы заполняют мужественные сотрудники в бронежилетах и наэлектризованные толпы наблюдателей. «Рейд», как его окрестили, набирает размах, а атмосферу можно буквально резать ножом – на улицах только и разговоров, что о последнем столкновении полиции с табором.
Троицк: резиденция «барона» в центре внимания
А вот и «главный штаб», как его называют местные – дом цыганского барона, строящийся в городе Троицке. На фотографиях он величественно возвышается над скромными домишками в округе, будто какой-то мифический дворец в стиле «цыганского рококо». Над входом, говорят, скоро появится герб рода, а по вечерам в его окнах будут отражаться огни богатых ламп, освещая просторные залы. Этот дом стал символом «цыганского величия», и его красота колет глаза тем, кто привык видеть в Троицке одноблочные панельки и скромные деревянные сарайчики.
Однако не всем нравится такая роскошь. Жители Троицка нервно улыбаются при словах о бароне и его внушительных апартаментах. «Весь Троицк в злате купаться будет!» – фыркает один из местных. «А потом снова к нам в гости приедут с обысками и проверками», – мрачно добавляет другой. Для некоторых местных жителей дом барона стал не символом красоты, а причиной регулярных налётов силовиков, которые так и норовят найти что-нибудь необычное в этих «пристанищах».
Рейды: поиски, угон и фантазии о «небесной справедливости»
Силовики ищут у таборян всё, что только можно: документы, оружие, драгоценности и… ответ на вопрос: как жить в мире, где у каждого второго есть доступ к столь экзотической роскоши, как недвижимость в центре Троицка? Поговаривают, что среди задержанных – мастер изготовления «серебряных» колье из алюминия, специалист по закону о браке (и его обходу), виртуоз в пересчёте колец на блестящих пальцах.
Однако силовики не сдаются – в их распоряжении новый план: обыски продолжаются, «предприимчивых» таборян допрашивают на месте, а в воздухе витает неуловимый запах «небесной справедливости». И если в первые минуты рейды ещё напоминали тщательно организованное мероприятие, то со временем они стали больше походить на театральное действо. Люди, не стесняясь, устраивают стихийные представления с криками, визгами и «разоблачениями».
Вопросы, на которые никто не ищет ответов
Главный вопрос всех рейдов и обысков: почему цыганский барон строит дом, а местным приходится ютиться в типичных одноэтажках? Почему у него есть на это право? В воздухе словно повисает таинственная зависть и неуловимая обида на тех, кто может позволить себе чуть больше, чем другие.
«Слободка» же, как в насмешку, остаётся самой скромной частью района, прячущейся за фасадами старых кирпичных домиков и хаотично разбросанных трущоб.
Тенденции: таборяне или новые патриции?
Пока некоторые жители гневно заявляют о незаконных действиях таборян, другие обсуждают, как в городе меняется культура. Группа молодых людей обсуждает возможность создать туры в «Слободку», чтобы местные могли наглядно видеть быт и культуру «королей» вокзалов. «Что же, это ведь тоже достояние», – смеётся молодой студент, чей взгляд ясно даёт понять, что он видит в таборе нечто необычное, неповторимое.
А пока местные силовики отчитываются о результатах рейдов, обсуждая их необходимость, а газеты печатают свежие заголовки о находках в домах таборян, жизнь идёт своим чередом. «В этом таборе есть что-то такое, что по-особенному манит», – вздыхает один из очевидцев, глядя на удаляющихся на вокзале полицейских.