Святитель Феофан Затворник, в миру Георгий Говоров, родился 10 января 1815 г. в многодетной семье священника села Чернавска, Василия Тимофеевича. Сочетая природную силу ума и строгое благочестие, отец Василий лично занимался образованием сына. В то же время матушка священника своей необыкновенной мягкостью, чистотой и отзывчивостью сердца воспитывала в душе ребенка соответствующие христианские добродетели. Как справедливо отметил современник и биограф преосвященного Феофана, профессор П. А. Смирнов: «Пора детства святителя с этой стороны очень напоминает подобный же период в жизни вселенских учителей – Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста, когда древние матери-христианки в добром семейном воспитании полагали начало будущей славы своих великих детей».
Как говорится в жизнеописании (житии) святого: в 8-летнем возрасте родители отдают Георгия в Ливенское духовное училище, где благодаря основательной домашней подготовке отрок с легкостью осваивает программу начальной школы. В 1829 году в числе лучших выпускников он переходит в Орловскую семинарию, по окончании которой, будучи уже молодым человеком, вступает в ряды студентов Киевской духовной академии. В процессе обучения у юноши складывается особое расположение к гуманитарным наукам: богословию, философии и психологии, а также открывается удивительный дар слова, проявившийся в литературном таланте. «Никто лучше его не писал, - говорил впоследствии о преосвященном Феофане его товарищ по академии Макарий, митрополит Московский, - только по скромности своей он не мог читать громко своего сочинения».
На последнем курсе Георгий Говоров обращается к академическому начальству с просьбой следующего содержания: «Имея постоянное усердие к занятию богословскими предметами и к уединённой жизни, я, чтобы соединить и то и другое на предлежащем мне служении Церкви, положил обет посвятить жизнь свою монашескому званию». Спустя год он принимает постриг с именем Феофан, а через несколько месяцев удостаивается священного сана.
Окончив академию со степенью магистра, иеромонах Феофан вступает на поприще учебно-воспитательной работы, занимая должности смотрителя Киево-Софийского духовного училища, ректора Новгородской семинарии и, наконец, профессора Санкт-Петербургской духовной академии. В 1847 году, как образованнейший пастырь своего времени он направляется в составе духовного посольства на Восток, где в течение 6 лет осваивает греческий, занимается французским, еврейским и арабским языками, посещает Иерусалим, Вифлеем, Назарет, Иордан и Египет, учится иконописи, исследует памятники аскетической письменности прошлых веков.
С началом Крымской войны (1853-1856 гг.) миссия прерывается, и отец Феофан возвращается в Россию через Европу. По мнению профессора Шацкого духовного училища, П. А. Смирнова: «это обстоятельство имело важное значение для духовного развития инока. В классической стране искусства – Италии он, как большой ценитель и знаток живописи, всюду интересовался образцовыми художественными произведениями; во Флоренции, например, подробно осмотрел картины величайшего художника Европы Рафаэля и приобрёл для себя много отлично исполненных снимков с них... В Германии видел центры немецкой учёности и познакомился с сокровищами её в библиотеках и музеях».
По окончании войны, Феофан (Говоров), будучи в звании архимандрита, принимает ответственный пост настоятеля посольской церкви в Константинополе, а вернувшись на Родину восходит на кафедру епископского служения. В продолжение 8 лет святитель окормляет Тамбовскую и Владимирскую паству: открывает церковно-приходские училища, воскресные и частные школы грамотности, руководит выпуском епархиальных ведомостей, организует миссионерские поездки к раскольникам, занимается строительством и реставрацией храмов.
Между тем сердце владыки всё чаще обращается к мысли о монастырском уединении, поскольку архиерейские заботы не позволяют сосредоточиться на литературно-богословской работе и собственно монашеской жизни. Именно по этим причинам в возрасте 51 года преосвященный Феофан подаёт прошение об увольнении на покой в Вышенскую обитель. Объясняя свой поступок председателю Священного Синода, митрополиту Исидору, святитель пишет: «Я ищу покоя, чтобы покойнее предаться занятиям желаемым (духовному писательству), но не дилетантства ради, а с тем непременным намерением, чтобы был и плод трудов – не бесполезный и не ненужный для Церкви Божьей. Имею в мысли служить Церкви Божьей, только иным образом служить».
Ознакомившись с данным ответом, священноначалие одобряет просьбу епископа и назначает его настоятелем Вышенской пустыни. Однако по прибытии в монастырь, владыка отказывается от руководящей должности, предпочитая звание обычного инока. Первые 6 лет пребывания на Выше он вместе с братией посещает все уставные службы, поучений не произносит, а в праздничные дни участвует в соборных богослужениях. Через некоторое время монашеское общежитие подвижника сменяется полным удалением от мира в отдельно стоящем монастырском корпусе. Здесь в продолжение 22-летнего затвора из-под пера святителя выходят замечательные книги о христианской жизни, толкование на Священное Писание, переводы святоотеческих творений и пастырские наставления частным лицам.
По замечанию П. А. Смирнова «Целая библиотека сочинений достаточно свидетельствует о его изумительном трудолюбии и выдержке. У него был заведён строгий порядок в занятиях, и ни одна минута не пропадала даром. С вечера келейник готовил вино, просфоры и облачения для богослужения. День начинался с принесения бескровной жертвы, а по окончании литургии лёгким стуком давалось знать о времени утреннего чая. В два часа обед, за которым в постные дни подавалась пища по уставу о посте, а в скоромные в последние годы святитель съедал только по одному яйцу и стакану молока. В четыре часа чай. Ужина не было».
Уединённая жизнь вышенского затворника не ограничивалась молитвой и богословскими трудами, о чём свидетельствует обилие книг и инструментов, найденных в покоях преосвященного Феофана. Современник пишет: «Вот рабочая комната с орудиями для физических трудов и упражнений – два ящика с инструментами – токарными, столярными, переплетными, верстак, станок для выпиливания из дерева. Тут же видны инструменты, необходимые при научных работах и занятиях живописью – телескоп, микроскоп, палитра с красками и кисти, фотографический прибор. Ярко заметная особенность комнат – всюду обилие больших и малых икон. Но над всем господствуют книги, которыми переполнены не только кабинет и библиотека, но и другие свободные помещения. Какое громадное собрание и какое разнообразие их! Книги по всем отраслям человеческого знания и на всех языках – еврейском, греческом, латинском, немецком, французском, английском. Насколько была обширна и разностороння библиотека святителя, можно судить по тому, что в ней имелось полное собрание творений святых отцов, богословская энциклопедия на французском языке в 150 томах, истории – Соловьёва, Шлоссера; сочинения философов – Гегеля, Фихте, Ульрицы; естествоведов – Гумбольда, Дарвина, Фогта и др.». В описании недостаёт музыкального инструмента – фисгармонии, на которой владыка играл в свободное время. Однако после поломки инструмент был продан и заменён скрипкой.
Интересовали святителя и события общественной жизни. Будучи патриотом Отечества, он искренно переживал за свой народ в ходе русско-турецкой войны, сочувствовал кончине Императора Александра II и трагической гибели парохода «Русалка». Но, несмотря на разносторонние интересы и творческие способности, главным деланием вышенского затворника оставалась молитва, неизменно освящавшая его литературные произведения и письма к многочисленным духовным чадам.
6 января 1894 г. владыка мирно отошёл ко Господу, отслужив последнюю Литургию в своём домовом храме. Через несколько лет он был прославлен Поместным Собором Русской Православной Церкви, «как подвижник веры и благочестия, оказавший глубокое влияние на духовное возрождение современного ему общества».
Скачать эту книгу на Литрес >>
Дорогие читатели, благодарю за внимание и обратную связь!