Как-то писатель Юрий Бондарев на съезде народных депутатов про нашу страну сказал "... это лайнер, который взлетел и не знает, куда взять курс.". Так и у Сассекских. Взлетели на волне кошмарного ажиотажа, раздутого журналистами, а курс загодя не выработали. Я не буду предсказывать им крах. Во мне нет на них ни усталости, ни раздражения, ни злопыхательства. Так, от свободного времени есть возможность устроить "разбор полётов" без травли этих двоих. Трагедия принца буквально ложится на страницы сценария для сериала. Сага - обобщающее во времени повествования жизни королевского двора. Это же так интересно!
Сегодня оба герцога свободны и независимы от королевских протоколов, но локоть не достать, чтобы укусить от досады. Возвращаться нельзя, и это прекрасно понимают Сассекские. Их примут только на уровне приживалов. Унылая реальность от содеянного потихоньку разрушает фундамент, на котором Сассекские построили подобие семьи, непохожей ни на традиционную основательность британского союза мужчины и женщины, ни на энергичную, заточенную на материальный, процветающий доход американской семьи. Скажем, как говорят детсадовские ребятишки. Обожаю их ответы на вопрос:как дела или как живёшь? "С серединки на половинку, но половинки больше." Вот вам и ответ на среднюю, без яркости и интереса жизнь. Эпоха перемен заключена в этом детском ответе, и это её черты. Устами младенца глаголет истина. Евангелие от Мт. 21:16.
Сассекские теперь видят, насколько неравноценный обмен они сотворили: Мегзит - Голливуд. Меган страстно желала вернуться в Голливуд. Она была уверена, что только там полноценная жизнь. Она была уверенна, что только там она начнёт настоящую жизнь среди голливудских селебрити, и эта жизнь ей по плечу. Меган всегда считала, что актёр - это человек публичной профессии, и отметала напрочь обратную сторону, что актёр - это очень зависимый человек от многого. Многое должно сложиться в выигрышный пасьянс, помимо обладания талантом, которого у Маркл нет. Сегодня Сассекские тянут лямку своей ни хорошей, ни плохой, но по сравнению с селебрити, унылой жизни. Блистать на приёмах и вечерах королевского дома Виндзор бывшая актриса просто боялась. Не преодолев этот страх, она воздвигла стену отчуждения. Через шесть лет супружеской жизни эта стена превратилась в устойчивый Мантельмауэр (стена-мантия) и ни у кого нет желания её разрушить.
