В 1934 году комендант дома Ипатьева Яков Юровский на секретном совещании в Свердловске рассказал, как была убита семья Николая II в Екатеринбурге (это случилось в ночь с 16 на 17 июля 1918 года. - Ред.). Расшифровка стенограммы того совещания долгие годы хранилась в архивах с пометкой «строго секретно». Но к настоящему моменту она уже рассекречена.
О ней рассказали сотрудники Центра документации общественных организаций Свердловской области. В стенограмме подробно описывается, как жили Романовы в последние дни перед гибелью и как их убийцы пытались скрыть следы преступления.
«СИГНАЛИЗАЦИЯ НЕ РАБОТАЕТ, ПУЛЕМЕТЫ НЕИСПРАВНЫ»
Яков Юровский прибыл в дом Ипатьева 4 июля 1918 года, то есть за 12 дней до гибели семьи Николая II. Он должен был сменить прежнего коменданта. Как объяснил сам Юровский, его назначение было связано с «разложением коменданта, ближайших помощников, что не могло не сказаться и сказалось на охране внешней и внутренней». Это якобы выражалось в пьянстве и краже вещей, принадлежавших Романовым.
- Вступив в исполнение обязанностей коменданта, я обнаружил следующее: кругом настроение полной распущенности и расхлябанности, - сообщает Юровский. – Насколько разложение дошло далеко, показывает следующий случай: Авдеев (бывший комендантом. - Ред.), обращаясь к Николаю, называет его Николай Александрович. Тот ему предлагает папиросу, Авдеев берет, оба закуривают.
Также Юровский посетовал на то, что «звоновая сигнализация-связь бездействовала, пулеметы неисправны, для действия непригодны». Поэтому новый комендант стал наводить в доме Ипатьева свои порядки.
- Набрав нужный штат внутренней охраны, мы приступили к действительной подготовке <...>, организовали нужную сигнализацию, связь с постами, комендатурой... Добыли пулеметы и другое оружие, организовали соответственным образом посты, дежурство, - сообщал Юровский.
«ПОСТОЯННО ШИЛИ И ШТОПАЛИ»
О жизни семьи Николая II новый комендант сообщал, например, что обед и ужин они получали из столовой Горсовета. Также продукты для них приносили служители женского монастыря.
- Пользовались они ежедневно прогулкой. А.Ф. (Александра Федоровна, жена Николая II. - Ред.) не всегда ею пользовалась, - вспоминал Юровский. – Гуляли они по 1,5 часа, сравнительно в большом саду, прилегавшем к дому. Однако все прогулки они ждали с нетерпением <…> если это почему-либо задерживалось, кто-либо из дочерей прибегали спросить «А что, скоро на прогулку?» и убегали с радостью и кричали в дверь, что скоро идем гулять.
Во время прогулки цесаревич Алексей, которого из-за болезни выносили на руках, играл с поваренком и с маленькой собачкой. Дочери, как пишет Юровский, иногда даже бегали. Если Александра Федоровна выходила гулять, то всегда старалась нарядиться и обязательно надевала шляпу.
Юровский удивлялся, почему при наличии большого количества платьев, обуви и белья Николай II ходил в чиненых сапогах, а их дети были очень просто одеты.
- Девицы постоянно что-нибудь чинили, штопали и т.д. И причем, порою это делали в коридоре, точнее в прихожей или приемной комнате, причем тут вели чинку, то одна, то другая из дочерей, - писал Юровский. - Надо думать, что все это делалось неспроста, все это, вероятно, имело своим назначением попытки расположить своей простотой людей охраны.
Среди охраны внутри дома Ипатьева, как оказалось, были и люди, которые ранее уже пересекались с Романовыми. Как пишет Юровский, во время одной из прогулок в саду великая княжна Ольга разговорилась с латышом из внутренней охраны и узнала, что раньше он служил в гренадерском полку и видел ее во время парада.
- Тогда Ольга обратилась к Николаю и крикнула – «Папа, вот это наш гренадер». На этом разговор оборвался, - пишет Юровский.
Отдельно Юровский отмечает, что у Романовых при себе было много ценностей.
- Увидев это, я внес предложение вышестоящим товарищам, сделать общий обыск их вещей, но почему-то с этим не согласились, тогда я собрал только то, что было на руках, - говорил Юровский. – Все отобранное я сложил в их же шкатулку, опечатал, и оставил Николаю на хранение. Ежедневно на утренней проверке он был обязан шкатулку предъявлять.
ОДНА ИЗ ПУЛЬ ЕДВА НЕ УБИЛА ЮРОВСКОГО
Яков Юровский довольно подробно рассказывает, как происходила подготовка к расстрелу. Приготовления начались еще 15 июля. А само убийство произошло в ночь с 16 на 17 июля после того, как в половине второго ночи к дому прибыл грузовик, на котором впоследствии вывезут тела.
- Боткин (доктор. - Ред.) спал в ближайшей от входа комнате, он вышел, спросил, в чем дело, я ему сказал, что нужно сейчас же разбудить всех, т.к. в городе тревожно и им оставаться здесь вверху опасно и что я их переведу в другое место, - пишет Юровский. - Сборы заняли много времени, примерно минут 40.
Когда вся семья спустилась в подвальную комнату, к ним вошли и отобранные Юровским вооруженные люди (он и сам был непосредственным участником расстрела. - Ред.).
Юровский объявил Романовым о том, что сейчас произойдет, после чего началась стрельба. К удивлению убийц, пули не могли пробить одежду на дочерях и супруге Николая II - отскакивали от них и от каменных стен и попадали в самих стрелявших.
- Пуля кого-то из стрелявших сзади прожужжала мимо моей головы, а одному <...> палец задела и прострелила, - вспоминал Юровский.
Как выяснилось впоследствии, в женскую одежду были вшиты драгоценности. Они и сыграли роль бронежилетов.
- Дочери и сама А.Ф. были в панцирях из бриллиантовых вещей, - писал Юровский.
Женщин от гибели это в итоге все равно не уберегло.
ДРАГОЦЕННОСТИ СПРЯТАЛИ В ДОМЕ РАБОЧЕГО
Убийцы долго не знали, как спрятать тела Романовых. Согласно расшифровке стенограммы, сначала их опустили в шахту за городом у «знаменитого урочища». Но вода в ней лишь слегка покрывала тела. Убийцы попытались завалить шахту при помощи бомб. Но из этого ничего не вышло. Тогда было решено сокрыть тела в другом месте. Сам Юровский, пока ездил назад в Екатеринбург, чтобы организовать это, снова едва не погиб.
- Уже часов в 12-ть ночи, я верхом, не помню с каким товарищем, отправился к месту нахождения трупов, - писал Юровский. – Лошадь запнулась, встала на колени и как-то неловко припала на бок и отдавила мне ногу. Я с час или больше пролежал, пока снова смог сесть на лошадь. Приехали мы поздно ночью, шли работы по извлечению.
Останки Романовых нашли лишь в 90-х, во время раскопок, которые прошли под Екатеринбургом в месте, известном как Поросенков лог. Стенограмма с воспоминаниями Юровского завершается рассказом о судьбе драгоценностей, которые были найдены при Романовых после расстрела.
- Ценности я передал, тогда члену Ревсовета III Армии Трифонову, их кажется Белобородов, Новоселов и еще кто-то, схоронили в подвале в земле какого-то домика рабочего в Лысьве, - писал Юровский.
Он также отметил, что в 1919 году, когда он снова приехал на Урал, ценности были извлечены из земли и увезены в Москву.
- Когда в 21-23 году я работал в Гохране Республики, приводя в порядок ценности, я помню, что одна из жемчужных ниток Александры Федоровны, была оценена в 600 тысяч золотых рублей, - подытожил Юровский.
Автор: Данил Свечков – «КП-Екатеринбург»