Всё смешалось в фамильном доме Меладзе после начала известных событий.
Сопровождаемые законными спутницами жизни братья отправились в разные уголки земного шара. Композитор на определенный срок осел на итальянской земле, в собственном особняке.
В Южную же Европу, и на Североамериканский материк последовательно наведался испольнитель дивных композиций "Салют, Вера", "Сэра", "Текила-любовь" и "Самба белого мотылька" на пару с очаровательной Джанабаевой.
И в то время как в семейном размежевании заподозрили двух последних, в действительности о быт разбилась любовная лодка Константина Шотовича и Веры Викторовны.
Ходили слухи, что Брежнева лишилась всего--и мужниной фамилии, и творческого псевдонима, да и права на исполнение ряда композиций теперь ей не принадлежали.
А на излете прошлого года журналисты услышали и непосредственно от уроженки Отчего города генсека Брежнева Днепродзержинска (Каменское ныне) о том, что их с Константином пути разошлись.
Тем не менее, отзывалась артистка о последнем в довольно похвальных тонах. А, может, просто не хотела выносить сор из избы, ну или из хаты--как кому удобнее.
Увы и ах, через какое-то время работники СМИ докопались до нелицеприятной истины. Выяснив, что в свете состоявшегося разрыва даже имя певицы в хорошо известном в музыкальной среде доме стало находиться под запретом.
Мало того, "одногруппниц" Веры, с которыми она продолжала поддерживать отношения, в приказном порядке отлучили от общения с нею.
Между тем, у Джанабаевой поинтересовались в лоб, мол, видится ли она с Брежневой, говорит ли с ней по душам, делится ли с хорошей знакомой секретами?
Ну и что бы вы думали, ничтоже сумняшеся, Альбина поведала некому изданию, что встречалась бы, коли было для чего. Если наличествовали, так сказать, поводы. Вот ведь как.
Чего уж там кривить душой, во все времена наши соучастницы по легендарной украинской женской поп-группе находили общий язык с трудом.
Однако, как известно, жить в коллективе и быть свободным от коллектива нельзя. Посему Вере и Альбине приходилось поневоле мириться с недостатками друг друга и через не хочу придерживаться обнаруженных точек соприкосновения.
А в конце 2010-х, когда ни первой, ни второй в коллективе уже не было, заговорили о том, что будто бы в свое время Джанабаевой ох как не понравились беспардонные приставания Брежневой к семьянину с большой буквы.
Между тем, когда публике стало известно о том, что писавший прекрасные композиции продюсер неровно задышал к одной из своих подопечных, жизнь остальных вокалисток группы начали рассматривать чуть ли не под микроскопом.
Чего только не приписывали бедным Мейхер, Седоковой и Альбине, в связи с чем свидания последней с младшим братом Константина Меладзе проходили в условиях строжайшей конспирации.
Не добавляло спокойствия и то обстоятельство, что нормальное творческое соперничество солисток подчас принимало явно искаженные формы
Да и то сказать, каждая из них требовала от "руководства" особого благорасположения, жаждала первенства и претендовала на увеличенные выплаты. Дошло до того, что однажды донельзя уязвленная чем-то Джанабаева, чья душа не вынесла "позора мелочных обид", скрепя сердце распрощалась с коллективом.
В тот момент журналистам приходилось лишь гадать, что сподвигло уроженку Волгограда на такой решительный шаг.
Однако, позже выяснилось, что подтолькнула Альбину к уходу на вольные хлеба накаленная и нервная обстановка внутри ансамбля.
По всей видимости, Константин Шотович львиную долю времени уделял продвижению любовницы-протеже, тогда как другие участницы коллектива для него отошли на задний план.
Позвольте процитировать исполнительницу блестящей композиции "Один на один", в беседе с неким СМИ высказавшуюся следующим образом: «Произошел некий конфликт интересов. В какой-то момент я поняла, что Меладзе не в состоянии продюсировать меня в полной мере. Мне стало тесно что ли. Я чувствовала себя неуверенно и хотела идти своей дорогой».
В то же время, со слов Альбины, производственные трудности практически не наложили отпечатка на дела фамильные.
Мол, она по прежнему замечательно ладит с Меладзе-старшим, то и дело мило общаясь с ним, так сказать, при выходах в свет.
Тем не менее, ряд наблюдателей осмелился не согласиться с героиней нашего повествования в плане наличия прекрасной погоды в её доме.
Мало того, люди начали катить баллоны на Веру, видя в ней источник многих бед.
Заговорили даже о паре змеюк подколодных, втершихся в доверие к Валерию и Константину. И перекусавших друг друга.
Раздавались голоса о том, что Брежнева злостно отвлекла внимание Константина от ВИА Гры, и по ее настоянию Константин расторг сотрудничество с Гагариной, которую до того он раскручивал на протяжении трех лет.
Между тем, те времена остались пусть в недалеком, но всё-таки прошлом. Иных в девичьей группе не стало, а те далече.
Стяг ВИА из рук красавиц-ветеранок приняла не лишенная таланта молодежь. Но, увы и ах, с нею дело у продюсеров коллектива не заладилось. Несмотря на все их старания. Что касается Брежневой и Джанабаевой, они пошли каждая своим творческим путем. И мало-помалу их слава начала закатываться.
Из обладающих неплохими голосами певиц они стали превращаться просто во вторых половинок чудесных музыкальных грузинов.
А потом Вера и вовсе осталась на бобах с девичьей фамилией Галушка.
Между тем, в свое время её ох как гнобили за
вмешательство в семейную жизнь Меладзе-старшего.
Ведь многие были прекрасно осведомлены о том, что на протяжении не одного года уроженка Днепродзержинска методически расшатывала устои, на которых держался союз Константина и Яны Сумм.
Чье сосуществование скрашивала пара чудесных ребятишек, несмотря на проблемы со здоровьем у одного из них.
Дотоле прочный брак Вера превратила в какую-то профанацию, без зазрения совести зазывно и соблазнительно маяча на горизонте замечательного супруга и отца семейства.
Еще в 2007-м некоторые издания предполагали, что в жизни Меладзе есть еще одна женщина, кроме законной супруги. С которой он постоянно контактирует по рабочим вопросам.
Между тем, тогда Сумм почему-то не насторожилась.
С другой стороны, несмотря на то что представители сильного пола тогда Брежневой прохода не давали, казалось, что Константин не входил в круг её интересов.
Мало того, вскоре её повел под венец предприниматель с благословенной иудейской кровью в жилах по фамилии Киперман.
Позвольте процитировать имеющую диплом юриста Яну, поделившуюся с неким изданием брлью и разочарованием:
«Я догадывалась, но не знала наверняка. В 2005 году, будучи беременной младшим сыном, я списала кризис в наших отношениях на измену, инстинкт, временную слабость. Измену смогла простить. А подтверждение тому, что служу картинкой, за которой муж живет другой жизнью, я получила позднее.
Открыто могу сказать: я из тех женщин, которые, подозревая обман, могут посмотреть телефон мужа. И тогда я не выдержала, набрала ее номер. Сказала: «У меня нет ни упреков, ни претензий. Для меня звонить вам — это унижение.
Но я иду на это по одной причине: мне нужно понимать, что происходит в моей семье». Ответ был неискренним: «У нас рабочие и дружеские отношения, как у отца с дочерью… Он мой наставник. Ничего нет».
Представляете, лишь наставник.
Просто уму непостижимо, на голубом глазу выдавать черное за белое. Ну и ну.
А тем временем, в 2012-м приказало долго жить вполне себе официальное сосуществование Веры и гражданина Кипермана.
И представляете, некоторые утверждали, что инициатором этого явился бизнесмен, проведавший о похождениях женушки.
Между тем, жуткое ДТП, приведшее к гибели человека, на время отложило окончательное размежевание композитора и женщины со вполне возможно, эстонской или еврейской кровью в жилах.
Дело в том, что в год кошмарного зноя на европейской территории России, то есть, 2012-й под колесами Меладзе-старшего оказалась некая дама, пересекавшая проезжую часть улицы по "зебре".
Естественно, случившееся потрясло водителя донельзя.
Благо, в ту пору еще исполнявшая свои обязанности супруга подействовала на него самым успокаивающим образом.
Трагедия сблизила их вновь, и вроде бы, Сумм опять заколебалась.
Но когда Брежнева сообразила заявиться в их квартиру среди бела дня как ни в чем не бывало, все сомнения Яны по поводу верности предпринятого ею шага были отброшены раз и навсегда.
Вера пыталась убедить Сумм, что пришла, дабы просто выразить моральную поддержку мэтру, а на самом деле явно обняла его отнюдь не так, как пристало благодарной ученице.
Вновь передаю слово Яне, возмущению которой, кажется, не было предела, и ведь вполне основательно: «Эта женщина пришла ко мне в дом. Зачем? Сказала, хочет помочь. А я думаю, она пришла, чтобы выйти «из подполья». У меня был один вопрос: «Во имя чего понадобилось столько поломанных судеб? Я же звонила тебе. Посчитай, сколько лет жизни вы у меня отняли. Почти 10 лет!».
В ответ — широко открытые глаза: «Просто тогда я посчитала, что так будет лучше». Комментарии излишни. Я поняла, что больше у меня нет времени, ни одного лишнего дня на всю эту «духовность» под названием «ВИА Гра».
Вот ведь как метко сказано--духовность под названием "ВИА Гра".
Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно. Для Яны в первую очередь, естественно.
И знаете что, тогда создавалось впечатление, что несмотря на изобличение с потрохами, Константин и в мыслях не держал официально покидать женушку с кровинушками.
И понятное дело, что твердость и непримиримость Яны и её отказ идти на мировую были восприняты им как удар обухом по голове.
Однако, вырвавшуюся из пут неприкрытой лжи Сумм это уже не волновало.
И вот как позже она описывала данную ситуацию: «Он думал, что от таких мужчин, как он, женщины сами не уходят. И развода он не хотел. Но я попросила раздельного проживания. Сказала, что он должен собрать вещи.
К детям может приходить столько, сколько считает нужным. Если он не уходит, уйду с детьми я. Благодарна ему за то, что отпустил меня из этого эмоционального ада. Спасибо, что ушел быстро и по-хорошему. <...> Сначала у меня наступил покой. Потом я стала понимать, что наконец-то живу, дышу, прихожу в сознание. После развода я стала сильнее».
В данный момент Галушко, чьи источники дохода, стали ощутимо иссякать, поди, уже не до бывшего благоверного.
В то время как тот, чувствуется, то и дело возвращается к Вере в мыслях и воспоминаниях.
А как еще оценить последнюю композицию Меладзе-старшего, в которой некоторые видят явное желание композитора задеть весьма чувствительные струны души бывшей спутницы жизни.
Новая трогательная вещь Константина, который написал текст, и Валерия Меладзе была представлена неделю назад.
И в песне обращают на себя внимание следующие слова, вероятно, обращенные к Брежневой, которые вполне можно трактовать как невозможность возвращения к старому, ибо нельзя войти в одну реку дважды, как бы не прекрасно в ней было купаться.
Цитирую: "Ты можешь не верить, ты можешь не знать, ты можешь от безысходности сама себе врать, что все еще будет, еще не конец. Есть следующая жизнь, а что, если нет? Если тоненькая нить прервется на мне?"
Что касается Веры, то она доныне хранит зловещее молчание. Но думается, если рассердится, мало Константину не покажется.
Благодарю за внимание.