- А какой из мужчин вас интересует? - спросила Марина, - Ко мне двое приходили. Первый - интеллигентный такой, хорошо одетый, от него прямо пахло деньгами. А второй... - Марина замялась, - Он такой же, как я. Потерянный и ненужный. Отброс общества.
Женщина хмыкнула. Глаза её ещё сильнее потухли. В этот момент Анне стало её жаль. Кто виноват, что она оказалась на дне? Вероника? Нет, она лишь предвидела тот удар судьбы, который сломает Марину. Пыталась ли Вероника исправить будущее? Этого Анна наверняка не знала. Олег сказал, конечно, что Ника рисовала варианты будущего для сына Марины, но не успела, так сказать, активировать позитивный сценарий.
- А тот, первый, вы его знаете? - спросила Анна, чтобы разрядить обстановку. Хотелось уйти. Атмосфера угнетала и навевала щемящую тоску. Тяжело видеть сломленного человека.
Марина задумалась, а потом ответила:
- Вы знаете, я его видела где-то. По крайней мере, мне так кажется. Он был в тёмных очках, видимо, чтобы его не узнали...
Анна вздохнула. Да уж, не очень-то помогла ей эта информация. Но тем не менее, хоть что-то.
- Скажите, а вы запомнили его внешность? Сможем мы составить фоторобот?
Марина, немного подумав, кивнула...
***
Когда Анна привезла Марину в отделение, Костя уже ждал её.
- Ань, я закончил с камерами наблюдения!
- Отлично! - ответила Анна, заводя в кабинет Марину, - Нужно ещё составить фоторобот подозреваемого со слов вот этой женщины. Что по камерам?
Её далеко не презентабельный вид никого не смутил - в полиции привыкли к разным свидетелям и потерпевшим.
- Во время, когда могли похитить Веронику, во двор заезжали всего четыре чужие машины. Двое отпадают сразу - одна принадлежит соцработнику, вторая курьеру. Водителя третьей машины тоже допросили, вроде к родителям приезжал, они подтвердили. А вот одна... Очень интересно... Машина принадлежит некоему Виктору Синицыну, который работает... Ни за что не догадаешься, у кого. У кандидата в губернаторы Петра Ефимова. Я проверял, родственников, знакомых у Синицына в этих краях нет. Что он делал там, естественно, неизвестно, ведь камер в самом дворе нет, но машина выехала обратно примерно через двадцать минут. Самого Синицына, конечно, ещё не допрашивали...
- И не надо пока, - отрезала Анна, - Лучше составьте фоторобот. Я ненадолго отлучусь...
***
Анна оставила Марину на Костю, а сама поспешила в уборную. В голове уже фактически сложился пазл - и самой основной частью этого пазла была картина, которую её рукой нарисовала ночью Ника. А то, что Анной каким-то образом руководила пропавшая глухая девушка, она не сомневалась. Машина помощница во дворе.
Анна зашла в туалет и остановилась перед зеркалом. Осталось дождаться фоторобот. Но она почти не сомневалась, что они узнают в мужчине, который приходил к Марине, либо самого Ефимова, либо кого-то из его окружения.
Внезапно голова закружилась, в глазах потемнело, и Анна отключилась. Она оказалась в тёмном помещении, похожем на подвал. Перед ней сидела в углу измождённая, избитая до полусмерти Ника. Девушка подняла руки и начала готовить языком жестов, и, что удивительно, Анна прекрасно понимала её.
- Я могу не дожить до своего освобождения. У меня всё отбито. Но вы должны найти моё тело и то, что я нарисовала. Уничтожьте картину, иначе, даже если вы арестуете его, он снова выйдет сухим из воды и займёт высокий пост. Наша область утонет в крови, этот человек - нелюдь. Он не остановится ни перед чем. Я - опасное орудие в плохих руках...
- Почему я слышу тебя?
- Мы с тобой близки по духу. Я могу связаться только с такой же художницей, как и я. Больше я не могу ни до кого достучаться...
И всё исчезло.
Анна обнаружила себя сидящей на полу возле раковины. Очухавшись, она пулей вылетела из туалета и помчалась в кабинет.
Фоторобот был готов.
Жуков с открытым ртом смотрел на то, что получилось:
- Это ж Ефимов собственной персоной! Потапова, ты понимаешь, что это? Это... Это... Я даже не знаю, а вдруг это ошибка, нас же всех попрут из полиции!
- Не попрут, - ответила Анна, - Нужно действовать. Срочно. Ника может умереть. Мы должны успеть.
Жуков прерывисто вздохнул:
- Костя, вызывай "тяжёлых".
- Да, без них не справимся, - кивнул Костя...
***
Жуков не хотел брать Анну на задержание, мотивируя это тем, что свою работу она сделала, и сделала великолепно, и что звёздочка на погоны ей обеспечена, в случае, если нет ошибки. Но Анна настояла. У неё была своя миссия в этом задержании. Даже если она не успеет спасти Нику, то должна хотя бы выполнить её просьбу. Обязана.
Но она успела.
Когда Анна забежала в подвал вслед за сотрудниками СОБРа, она обнаружила Нику без сознания. Девушка была не просто избита и измучена - на ней буквально не было живого места. Сломанная нога висела плетью и распухла, глаз затек, лицо раздулось от синяков, из уха текла струйкой кровь...
- Милая, я знаю, что ты меня не слышишь, но держись, пожалуйста... Павел Владимирович, где там эти чёртовы врачи??? - заорала Анна.
- Тут мы, - послышался позади мужской бас.
В подвале появилась бригада скорой помощи.
- Миш, давай носилки, здесь похоже, внутреннее кровотечение...
Врачи начали свою работу.
А Анна подошла к мольберту. На холсте красовалась картина, на которой был изображён просторный кабинет с длинным столом, за которым вальяжно восседал Пётр Ефимов. Ещё в девяностые он сколотил банду, которая промышляла рэкетом, грабежами и убийствами. А потом, как водится, он стал уважаемым бизнесменом... Но суть никуда не делась. Грабежи и рэкет сменились на мошенничество, а убийства стали заказными, оседающими висяками в архивах МВД. И этот человек хотел прийти к власти...
Анна со злостью сорвала холст, скрутила его и вышла из подвала. Нику увезли. Она была ещё жива.
***
- Аня, что будем писать в отчёте? - спросил Жуков. То ли хотел проверить её, то ли действительно не знал, что писать.
- Так и будем писать, что Ефимов был уверен, что потерпевшая Мальцева обладает некоторыми способностями, которые помогут ему выиграть выборы. А что ещё?
Жуков кивнул.
- Только пиши аккуратнее, а то его адвокаты могут придраться.
Анна усмехнулась.
Не придерутся. Уж она это знала наверняка. Вчера ночью, сразу после того, как Анна уничтожила холст, её снова отключили. Кто-то или что-то водили её рукой, и в итоге вышла замечательная картина: Ефимов, сидящий за решёткой в одиночной камере. В красках, с подробностями.
- Всё будет хорошо, Павел Владимирович, я точно знаю.
- Как Ника, ты узнавала?
- Жить будет, врачи молодцы. С ней брат, он буквально не отходит от неё. Так что и здесь всё будет хорошо.
Желающим выразить автору материальное спасибо:
Карта Сбербанк:
5469 6100 1290 1160
Карта Тинькофф:
5536 9141 3110 9575
Почитать ещё: