Начало истории тут
Семён Исаевич захандрил. С ним это случалось редко, и Галя всегда находила способ не дать ему нырнуть в пучину тоски. Рядом с ней вообще сложно было на чем-то сосредоточиться, тем более на печали и жалости к себе. Но Гали не было и ничто не мешало заниматься самокопаниями. Он третий день ходил на работу в одной и той же рубашке, благо заставить переодеть ее тоже было некому.
Зиночка робко пыталась расшевелить шефа, но он лишь поправлял очки на носу и уходил к себе в кабинет. Он слишком устал от всех историй с женщинами. Видимо, все таки возраст дает о себе знать. Пора готовиться становится среднестатистическим стариком в панаме и с креслом-качалкой, невнятно бормочущем всякие нелепицы, от которых окружающие стыдливо отворачиваются, чтоб не делать вид, что слушают.
Был бы он молод и силен, разве бы позволила себе Милочка завести другого, да еще приводить его в квартиру за которую платит Семен? Да еще пригласить его не свидание и не прийти? Да у нее бы даже мыслей таких не было. Ух, как он был хорош в двадцать лет. Просто ураган. Порой встречался с тремя дамочками сразу и на всех сил хватало. Мог и ночь не спать. И две. А сейчас что? Развалина.
Был бы он молод, разве бы Галочка оставила его одного на две недели так запросто? Конечно, нет. А сейчас переживает только о том, что он пить будет. Даже она в него не верит.
Зиночка.. вот она не вписывалась в общую парадигму хандры. Даже вроде как опровергала часть его мыслей. Но, наверняка, на это есть причина. Скорее всего просто хочет подбодрить старика, видя как его жизнь стремительно идет к закату. Да сколько той жизни еще осталось? А у него дочки не пристроены в хорошие руки, внуки не нянчены. Эх..
Поскольку с работы теперь управляющий ехал прямиком домой, то часть внимания и свободного времени стала доставаться дочкам. Он внимательно присматривался к старшей, даже пытался подслушивать под ее дверью. Однако Камилла вела вполне обычную жизнь, встречалась с подругами, болтала о всяких глупостях, большей частью о внешности и нарядах, даже иногда училась. Младшая сидела в интернете, иногда громко фальшиво пела, видимо воображая себя звездой эстрады.
Глава 9
Семен Исаевич честно пытался облагодетельствовать дочерей своим внимание, тем более, что других занятий не осталось. Но взрослые дети уже в нем не нуждаются. У них свои дела, свои интересы. Единственное, в чем они нуждаются - твой счет в банке.
Подозрения о беременности Камиллы не подтвердились. Значит и внуков ему не видать как своих ушей.
Хандра усиливалась с каждым днем. Он ощущал себя старым и ненужным. Даже Галя по телефону что-то заподозрила и тихо спросила, не стоит ли ей вернуться раньше времени. Семён отказался.
Несколько раз ему звонила Милочка. Мужчина трубку не брал. Не хотел усугублять свое разочарование. Тем более, что ее звонки вызваны не тоской по любимому, а потерей привычного образа жизни: на этой неделе он не перевёл ей ни рубля, к тому же Зиночка наверняка уже расторгла договор аренды. Мысль о том, что его просто использовали, была отвратительна и требовала сатисфакции.
Утром Семён Исаевич традиционно пил кофе и раскладывал пасьянс на компьютере. До первой встречи было еще полчаса. Зиночка копошилась в приемной. Ему показалось, что она выглядит какой-то слишком грустной, но он не предал этому значения.
Он погрузился в свое занятие, и не сразу услышав жалобные всхлипывания, доносящееся из приемной. Встрепенулся, прислушался. Кто-то сдавленно плакал, ошибки быть не могло. Такого в его кабинете еще не случалось. Нехотя отставив чашку, управляющий подошёл к двери и высунул голову. Зиночка сидела за своей стойкой, положив голову на руки и хлюпала носом.
-Зиночка! Что это такое? - возмущению Семена Исаевича не было предела. Нашла место реветь!
-Простите, Семён Исаевич! Простите, я больше не буду. Это не повторится, - она торопливо выбирала глаза ладошкой. Вид у девушки был такой жалостливый и потерянный, что мужчина смягчился.
-Что у тебя случилось?
-Ничего страшного, не переживайте. Я нарушила правила поведения, я понимаю. Сейчас умоюсь и больше ничем Вас не побеспокою, - тараторила она, сверкая слезинками на ресничках.
-Я не сержусь. Давай, рассказывай. Попробуем твоему горю помочь. Не звери все таки. Ты ж мне как родная уже.
Румянец разлился по фарфоровым щекам:
-Это неудобно. Вы итак слишком добры ко мне. Я не заслуживаю… да и к чему Вам мои проблемы?
-Все, говори уже , что за беда. Шеф все решит, - рядом с этой малышкой Семён чувствовал себя сильным и всемогущим.
-Меня из комнаты выгоняет хозяйка. До конца недели срок дала. А найти жильё, особенно недорогое - это очень сложно. И получается, что мне придется к маме возвращаться. Не на вокзале же жить. А я так здесь привыкла, и работу свою полюбила, и Вас, и вообще, - из голубых глаз снова покатилась слезы, - простите, что подвела, теперь Вам придется искать новую помощницу.
Семен ощутил прилив нежности. Чудачка! Ее из дома выгоняют, а она за него переживает. Он обнял девушку одной рукой, покосившись, закрыта ли дверь.
-Эх, Зиночка, разве это проблема? Все, что можно решить с помощью денег - это просто расходы.
-Это когда денег много .
-Эта беда - не беда. Ты вот что скажи, - он вспомнил мысль, мелькнувшую как-то в голове, - ты договор на квартиру уже расторгла?
-Не успела! - слезы хлынули из глаз, - простите, я такая нерасторопная! Отложила на попозже и просто забыла. Боже! Простите!
-Да хватит тебе убиваться. Это наоборот хорошо. Счет на аренду мне на оплату приноси, а Милане сообщи, чтоб до пятницы съезжала. Устроит тебя такое решение ?
Зиночка в недоумении хлопала глазами:
-А если она съедет, то кто же там жить будет?
-Ты и будешь. А теперь вытирай слезы и приводи себя в порядок, - он погладил ее по худенькому плечику, уговаривая себя, что это просто дружеский жест поддержки.
-Вы шутите? Там же такой район дорогой... и ... не знаю... что люди подумают?
-Какие люди? О чем подумают?
-Ну что Вы мне квартиру оплачиваете? Или я не так поняла?
-Давай мы с людьми это обсуждать не будем. Считай, это бонус твой, квартальная премия. Да что я все тебя уговариваю? Бери вещи и переезжай, всех дел то. Вечно вы женщины из всего проблему делаете! - он с сожалением снял руку с плеча и пошел к себе в кабинет, - да, закажи мне обед, не хочу никуда ехать сегодня. Горячее и салат на твой вкус.
Закрывая за собой дверь, еще раз посмотрел на счастливое слегка оторопевшее лицо Зиночки. Сегодня она не убрала волосы, оставив их лежать на плечах и выглядела очень юной очаровательной, чем будила угасший было интерес к жизни.
Семен Исаевич подошел к большому зеркалу в углу кабинета, оценил себя со всех сторон. Подкрутил усы, поправил воротник рубашки, которую давно пора сменить. О еще ничего, раньше времени себя хоронит. И голова работает дай Бог молодым.
В дверь впорхнула Зиночка, замерла на пороге в нерешительности.
-Еще что-то случилось? - добродушно усмехнулся управляющий.
-Нет, ничего. Я хотела сказать спасибо! Вот.. - она помялась с ноги на ногу, потом шагнула вперед и порывисто обняла начальника. Тонкие пальчики приятно скользнули по спине. Она была такой нежной, так доверчиво к нему прижималась.