— Так, это что такое — некрасивое и старое? — показал Александр нервно трясущимся пальцем в сторону показавшейся ему неряшливо слепленной конструкции. Да, именно неряшливо, криво и вообще неправильно! Ведь будучи монтажником на вагоностроительном заводе, Александр понимал, что даже он, с его девятью классами образования и обучением в профессиональном техническом училище, мог бы сделать это куда лучше.
— Это Пизанская башня, — услужливо и с раболепием ответил молодой человек с сальными волосами в мерзко зализанном «причесе».
— Правильно, в истории ты разбираешься. Слушай, давай-ка поедем уже куда потеплее. Вызывай Бориса Сергеевича, — вяло, лениво, с наигранной усталостью и царским жестом скомандовал своему помощнику Александр.
Нужно сказать, что Александр, несмотря на чванные манеры, довольно неплохой парень. Ребята на заводе его уважают, бригадир дважды выдвигал его кандидатуру на доску почета. Но нашему Саше не нужна всеобщая слава и жалкие пять миллионов премии за попадание на эту пресловутую доску. Нашему герою куда важнее переплюнуть своего сменщика Егора, а Егор, знаете ли, тот еще тусовщик. Его поездка в Куршевель до сих пор переходит из уст в уста в каждой смене, каждой бригаде Уралвагонзавода. Вот Александр и решил посетить частичку Италии и окунуться голышом в Эгейское море с красивой мулаткой. Италию он, как мы поняли, уже посетил, и теперь ему нужно преодолеть эти скучные воздушные мили, дабы ощутить прохладу прибрежных волн и жар горячей Франчески (или как их там зовут). Саша, будучи человеком простым, не запоминал эти сложные, никому не нужные имена.
— Борис Сергеевич уже на месте.
— Прекрасно, — ответил Александр, и они вместе преодолели этот недолгий путь. Ведь такой уважаемый человек, как Александр, может припарковать свой самолёт хоть рядом с Пизанской башней.
— Здравствуйте, Борис Сергеевич! Ну как, погода лётная? — Властность Александра пропала вовсе, сменившись милой и дружеской улыбкой.
— Всё в порядке, на небе ни облачка, можем лететь.
— На Крит! — коротко, но всё так же мило прозвучало из роскошно обставленного салона самолёта.
Почему так мило? Александр помнил случай из стажёрства: ему на голову прилетел гаечный ключ на 12. Счастье, что на светлой голове была строительная каска. А всё потому, что надо было отзываться, когда сверху зовёт наставник. Теперь у Саши стойкое правило: тот, кто выше, кто платит зарплату или от кого зависит твоя жизнь, — твой друг, брат, сестра. Стой и улыбайся. А Борис Сергеевич подходил аж под два пункта этого странного правила: он выше (ведь он в небе летает) и от него зависит жизнь. Поэтому Александр был милее котёнка.
И вот компания совершает посадку прямо на воду. Самолёт, помимо вертикального взлёта, имел приспособления и для этого. С максимальным пафосом он остановился у самого берега, где на шезлонге Сашу уже ожидала загорелая бестия.
Александр, не растеряв уверенности, с бутылкой «Кристалла» медленно спускался по трапу, ожидая радушный приём. Франческа (пусть будет Франческа) без капли удивления наблюдала за действом. Всего три дня назад маляр Анатолий из Нижневартовска сделал почти такой же выход, но с атомной подводной лодки, взятой в аренду у одного адмирала Северного флота. Вишенкой на торте стал салют баллистической ракетой «Булава». Было, конечно, очень эффектно и красиво, но вот в Калифорнию теперь никто не полетит отдыхать ближайшие лет сто, наверное. Ну вернёмся к Саше. Он уже рядом со своей, пусть и ненадолго, спутницей.
Предложив шампанского, Саша лёг рядом.
— Вы так прекрасны, — сказал Александр. Лицо «шоколадки» зарделось. Саша воспринял это как призыв к действию. Достав из каждого кармана по пачке пятитысячных купюр (Саша патриот!), он без колебаний отдал их прекрасной незнакомке. Та в ответ засмущалась ещё больше. Тогда наш герой не сдался и приказал помощнику принести ещё чемодан. Гулять так гулять! Поцелуй такой девушки стоит больше. Но и Франческа не отступала — много денег не бывает. Тем более как заработать через три года, когда ей стукнет двадцать семь? Но русские не сдаются! Александр осыпал Франческу деньгами так, что ей пришлось сдаться: поднять одной триста килограммов не так-то просто, да и килограммов шестьдесят уже смыло волной. Торговаться бессмысленно.
Момент настал. Наш герой — Герой! Франческа смотрела ему в глаза, медленно тянулась... Саша потянулся в ответ и закрыл глаза. Она приблизилась к его уху и нежно прошептала:
— Саша...
Не открывая глаз, Александр, полный предвкушения, томно ответил:
— Что?
— Саша!
— Что?
— Саааашаа! Тррррр... Саша, вставай! Будильник сейчас разорвётся, на работу пора! — прозвучало от женщины, жующей морковку в халате и бигуди на голове. — Вставай давай, проспал уже. Чтобы сегодня всю зарплату принёс! Нам за ипотеку платить. И дочери платье надо в школу покупать. Только попробуй пропить хоть копейку!
Александр медленно открыл глаза, тяжело вздохнул, уже и вовсе забыв Франческу. Почесал голову, вспомнив гаечный ключ, и пошёл на работу — снова достигать высот ради фотографии на доске почёта и крепкого рукопожатия начальства.
...
Жить в России сейчас благодать!
А особенно нашим рабочим!
У них все уже есть, что им дать?
Обнаглели они между прочим!
Есть у них и машина и дом,
Пять квартир и в Майами и в Каннах,
Есть у них самолет, даже слон!
Щеголять на турецких базарах.
Но никто не стремится туда,
Где трудяги с деньгами купаются,
Ведь все исчезает тогда,
Когда утром они просыпаются!