Солнца не было, небо затянуто серыми облаками, но я чувствовала себя вдохновленной. Отведя сына в детский сад, я вернулась домой, осознавая, что впереди — долгожданные четыре часа свободы. Столько можно успеть за это время! Я погрузилась в работу, почувствовав ту редкую лёгкость и продуктивность, которую дарит краткий отдых от материнских забот. Удалось закончить скульпт персонажа, создать сетку и мысленно отметить: работа вышла на достойном уровне.
Но счастье этой тишины длилось недолго. Сообщение от воспитателя прервало мой рабочий ритм: сын травмировал лоб об угол шкафа. Сначала меня охватил гнев, а затем тревога. "Как так? — подумала я. — Всего третий день в детском саду, и уже вторая травма!" Порой кажется, что за детьми вообще никто не следит, что воспитатели закрывают глаза на их падения. Быстро собравшись я побежала забирать сына.
С пластырем на лбу, он выглядел немного усталым, вялым, словно потерявшим энергию от сильных эмоций. Дома, уложив его спать, я сама погрузилась в глубокий сон, словно тело просило передышки после эмоционального шторма. Но уже в три часа дня он разбудил меня. Моя тревога вспыхнула вновь, когда я увидела рану: порез в полтора сантиметра! Испугалась, тут же позвала супруга, и мы решили ехать в травмпункт, надеясь найти детское отделение. Но в первом медицинском центре его не оказалось. И тогда, по воле судьбы и заботливого дежурного врача, нас ждал путь ещё дальше — в Мытищи, куда вызвали скорую помощь.
Эта дорога оказалась настоящим испытанием. Пока ехали, поступил ещё один звонок — от инспектора ПДН (подразделения по делам несовершеннолетних), который настаивал на том, чтобы я пришла в участок и написала заявление. Сколько же сразу наваливается проблем! Оказывается, любое детское травмирование требует обязательного уведомления полиции. Казалось бы, забота о безопасности, но разве такие требования понимают реальные трудности и ритм жизни матери? Что такое перемещаться с ребёнком по больницам, да и просто успевать повсюду? В порыве бессильного возмущения мне подумалось: в этих бюрократических системах материнство рассматривается словно по инерции как нечто контролируемое, как дело, где можно всё предотвратить или предугадать.
После томительного ожидания и процедуры КТ, наконец, выяснилось, что у сына всё в порядке. Только шрам останется — как немое напоминание о пережитом. Но этот день оставил неприятный осадок: от моего утреннего энтузиазма и энергии не осталось и следа. Вся вдохновляющая продуктивность, что царила утром, растворилась в череде стрессов, требований и обязанностей. Мы вернулись домой только к девяти вечера — уставшие и вымотанные.
Этот день обнажил для меня суровую реальность: в современном мире материнство балансирует на грани изоляции и общественного осуждения. Система и общество словно заранее выносят свой вердикт: любой инцидент — будь то травма или эмоциональное волнение ребёнка — всё это в первую очередь вина матери. Как можно выжить в этом водовороте требований и обязательств? Как женщине находить силы, чтобы одновременно быть заботливой матерью, ответственной гражданкой, а также успешной в карьере и социальных делах? В такие моменты я искренне не понимаю, как справляются матери-одиночки.
Все, что с самого утра наполняло меня радостью и вдохновением, превратилось в едва уловимую тень былой энергии. Я понимаю, что по-настоящему нуждаюсь в работе, в этом творческом порыве, который наполняет смыслом, но как совместить это с постоянными неожиданностями, с вечными тревогами и заботами о сыне?
Каждый день становится неким компромиссом: между мной и моими желаниями, между временем на себя и временем на заботу. Как найти баланс? Иногда кажется, что этого баланса не существует вовсе, что он — миф, недостижимая цель. И порой я ловлю себя на том, что жизнь, состоящая из нескончаемых обязанностей и забот, вытягивает из меня все силы, оставляя лишь усталость и опустошение.
Может быть, однажды я найду этот баланс. А может быть, я просто научусь принимать эту бесконечную борьбу как часть своего пути.
