Мне 6. Я сижу за столом, а напротив тарелка с наипротивнейшим супом. (Может он был вкусным, но я воспринимаю его именно так). Он уже остыл и, кажется, стал чуть пересоленным из-за моих слез. Черпаю ложкой: вермишель, мясо, морковь, картошка и ЛУК. Вареный лук. Я больше не хочу! Пока не съешь, из-за стола не выйдешь. Мой папа строгий. И я знаю, что он не шутит. Амнистии можно не ждать. Я уверена, что со всем усердием он делал для меня все самое лучшее. Папа не мыслил обеда без первого блюда, без теплого нектара, который нежно опускается в желудок и заставляет весь организм работать. Да и сложно было создать разнообразие блюд в 90-е годы в семье тракториста и учительницы. Он хотел, чтобы я была сыта и здорова, А я просто не хотела лук. С едой у меня всегда было «все сложно». Я помню борщ, вылитый наспех деревенский туалет, пока родители вышли на огород. Прямо вместе с ложкой. И как потом объяснить, откуда она там взялась. Тарелку, которая «нечаянно» перевернулась на пятнадцатой минуте н