На эту тему можно также прочесть:
Во II – I веках до н.э. в иудейском синедрионе были выработаны особые правила судопроизводства, которые, вероятно, продолжали действовать и в первые десятилетия новой эры. Во всяком случае, у нас нет достаточных оснований для утверждения, что саддукеи в период своего доминирования в синедрионе отменили эти правила (процедуры) проведения судебных заседаний. Они были удобны для подавления врагов. А таковых было немало и у саддукеев.
Если вести речь о категориях дел, которые были подсудны Большому синедриону (суду 71-го), то они перечислены в Мишне трактата Санхедрин: «Колено Израиля (совращенное в идолопоклонство), лжепророка и первосвященника судят только судом семидесяти одного» (Мишна. Санхедрин I:5).
Из приведенной правовой нормы вытекает, что «суду 71-го» были подсудны, прежде всего, групповые дела, касавшиеся идолопоклонников, дела тех лиц, которые самозванно объявляли себя пророками и любые дела в отношении первосвященников. Последнее законоположение, вероятно, было сформулировано еще во времена Хасмонеев, когда в синедрионе преобладали фарисеи, а первосвященническую должность занимал представитель династии Хасмонеев[1]. Кроме того, из Мишны следовало, что этот суд учреждал малые синедрионы в провинциальных городах. А анализ раввинистической литературы позволяет прийти к выводу, что, помимо утверждения смертных приговоров, вынесенных малыми синедрионами, к компетенции Большого синедриона относилось разбирательство наиболее сложных дел, которые, как отмечал Й. Герц, «местные суды сочли необходимым передать на его рассмотрение». Например, когда «местный суд объявлял себя некомпетентным», а также в случаях, когда «между местными судами возникали разногласия»[2]. То есть «суд 71-го» выступал в последнем случае в качестве апелляционной инстанции.
Категории дел, подсудных Верховному синедриону, свидетельствуют о том, что именно в нем была сконцентрирована в те годы вся полнота судебной власти по делам исключительной подсудности. И в этом смысле у нас есть все основания назвать этот орган чрезвычайным судом или трибуналом. Ведь трибуналы во все времена руководствовались не общими правилами и принципами, а изъятиями из них. Между чрезвычайным судом и трибуналом можно ставить в этом случае знак равенства. Поэтому комментаторы Нового Завета дают весьма точное определение иерусалимского синедриона, именно как «трибунала»[3].
А были ли подсудны Высшему синедриону дела о богохульстве? И, в частности, дело Иисуса Христа.
Судя по всему, ни идолопоклонники, ни богохульники (одиночки) не подлежали суду 71-го. Иисуса же могли осудить по совокупности преступлений. Его не просто обвинили в идолопоклонстве (это подсудность малого синедриона – «суда 23-х»), а признали лжепророком-идолопоклонником, подстрекавшим (соблазнявшим) многих иудеев к чужому служению (иным богам). И в то же время – хулителем Бога. В этом случае становится объяснимым, почему дело Иисуса могли вынести на рассмотрение суда «71-го». Впрочем, новозаветные тексты не дают достаточных оснований для утверждения, что Иисусу Христу было предъявлено обвинение в лжепророчестве. Поэтому версия о том, что Иисуса мог осудить малый синедрион, состоявший из 23 судей, также имеет право на существование.
В любом случае из евангельских описаний этого суда следует, что в то время, помимо Пятикнижия, уже действовали законы, которые определяли не только признаки преступных деяний (таких как лжепророчество, богохульство, идолопоклонство), но и особенности судебной процедуры по таким делам.
Представляется, что в первой половине I века н.э., когда Иудеей правили римские наместники (6-41 гг. н.э.) власть синедриона (по сравнению с периодом правления Ирода Великого) вновь возросла, о чем свидетельствуют не только новозаветные тексты, но тот же И. Флавий – в последней главе своей книги «Иудейские древности». Но не до такой степени как при царице Саломее. Во времена иудейских законоучителей Гиллеля и Шаммая синедрион являлся уже совсем не тем органом, который сформировал Симон бен Шетах. И фарисейские мудрецы, которые вместе с ним разрабатывали чрезвычайный закон, уже не обладали в этом органе неограниченной властью. Часть из них продолжала трудиться в составе синедриона. А значит, сохранялись элементы коалиции. В то же время, центр законотворческой деятельности фарисеев, видимо, к тому времени переместился в иешиву[4] или духовную академию, основанную, возможно, еще Шемайей и Авталионом. Каким образом учителя Закона выделились из синедриона, уйдя в иешиву, и была ли она как-то организационно связана с синедрионом, – неизвестно. Раввины используют применительно к описанной ситуации термин «подполье»: «Санхедрин, остававшийся для народа высшим законодательным авторитетом, как бы ушел в подполье. Официально он был заменен советом под таким же названием, в который входили доверенные лица Ирода и члены его семьи»[5].
Неясно также как образовалась духовная академия. Скорее всего, когда синедрион сформировался как центр законодательной и судебной власти, появилась необходимость в подготовке квалифицированных специалистов, и мудрецы (члены синедриона) стали заниматься их обучением. Возможно, с увеличением численности учащихся поблизости от Храма было построено отдельное здание. А когда синедрион подвергся реформированию (сначала Габинием, а потом Иродом)[6], в этом здании могли поселиться отошедшие от власти мудрецы-фарисеи, которых евангелисты называют также книжниками и законниками. Так мог появиться параллельный синедрион – Бейт-мидраш, который М. Пантелят назвал «государством в государстве».
[1]Маймонид в кодексе «Мишне Тора», добавляя к компетенции Большого синедриона дела в отношении «старцев-ослушников» и женщин, сбившихся с пути (сота), внес уточнение, что в имущественных спорах первосвященника мог судить суд из трех человек, а не Большой синедрион (Законы о Санхедрине V:1).
[2]Тора. Пятикнижие и Гафтарот. С. 1193.
[3]Новый Завет и Псалтирь. Комментарии. М.: Лепта. 2002. С. 545.
[4]Иешива или ешива (сидение, заседание) - название учебного заведения, предназначенного для изучения Устного Закона. Не исключено, впрочем, что в определённые периоды времени иешива выполняла также законодательные и судебные функции. Во всяком случае, для обозначения этого института (наряду с термином «иешива») употреблялись названия бейт-мидраш (дом учения), и даже – бейт-дин (дом суда).
[5] Сборник «Еврейские мудрецы». Сост. А. Кац и Ц. Вассерман. Швут Амии. Иерусалим. 2008.
[6]Объем юрисдикции синедриона начал меняться в 57 г. до н. э., когда римский проконсул Авл Габиний провел в Иудее реформу, в ходе которой вместо одного столичного синедриона учредил в каждом из пяти образованных им округов свои синедрионы. Некоторые историки считают, что тогда же Габиний мог провести закон, отнявший у синедриона право приговаривать к смертной казни либо вообще упразднил иерусалимский синедрион и его место заняли мудрецы из центральной ешивы. Есть мнение, что полномочия синедриона были существенно урезаны Иродом Великим. Вместе с тем, ряд известных историкам фактов не дает оснований для утверждений о том, что утрата судебных функций в эти годы произошла на самом деле.