Часть 2. Право на счастье
Лена долго сидела одна на кухне. В пустоте комнаты и холодной тишине квартиры её мысли словно замкнулись на одном слове: счастье. Куда оно исчезло? С тех пор, как они с Василием поженились, её дом был её миром — с маленькими радостями, безупречно устроенным.
Как Лидия Николаевна, её свекровь, стала главным судьёй в собственном доме?
«Дом — это не просто стены, это отражение твоего мира и твоего права на покой», — подумала Лена. Её внутренняя уверенность росла, она чувствовала, что не просто может — должна защитить это.
В этот момент на кухню вошла свекровь, как всегда величественная и уверенная в своей правоте. Она встала напротив Лены, скрестив руки на груди.
– Лена, что за детский сад? Почему такая реакция? Семья должна жить мирно, – сухо бросила Лидия Николаевна, наклонив голову, словно изучая её.
– Семья? – Лена подняла на неё глаза, в которых застыла боль и усталость. – Это не семья, когда каждый день я слышу только упрёки и наставления. Семья – это когда доверяют и поддерживают.
Лидия Николаевна вскинула брови, её взгляд стал холодным. Но Лена не остановилась. Внутренний голос словно подталкивал её вперёд.
– Я всегда старалась уважать тебя, Лидия Николаевна, – сказала она медленно, но твёрдо. – Но уважение – это не подчинение. Ты вторгаешься в нашу жизнь, в наши отношения.
На мгновение лицо Лидии Николаевны смягчилось, но тут же снова застыло.
– Да как ты смеешь? – её голос прозвучал с вызовом. – Ты думаешь, без меня вас бы вообще тут не было? Я-то знаю, как всё устроить и наладить.
Лена уже не боялась. Страх перед свекровью, перед тем, что скажет муж, исчез. Она просто поняла: либо она сейчас возьмёт жизнь в свои руки, либо этот бесконечный кошмар никогда не закончится.
– Да, ты всё знаешь лучше всех, – сказала она с лёгкой усмешкой, – но это наш дом, и только мы должны решать, как в нём жить.
Свекровь нахмурилась. Наступила тишина — такая глубокая, что, казалось, в ней можно было услышать биение каждого сердца. И вдруг Лена почувствовала, как её переполняет спокойная уверенность.
В эту тишину, как гром среди ясного неба.
– Мама, – его голос был тихим, но уверенным. – Лена права. Мы ценим твою помощь, но мы должны сами строить свою семью. Если мы совершим ошибки – это будут наши ошибки.
Лидия Николаевна ошеломлённо смотрела на сына, как будто он был ей чужим. Её гордость оказалась сильнее понимания. Она молча развернулась.
Когда дверь за ней закрылась, Лена, всё ещё держа мужа за руку, тихо вздохнула. Она чувствовала, что он останиться только с нею.