Вагонное окно расчерчено дождем. Старая электричка без кондиционера, народа – битком, все надышали, а потому – тепло и сонно. Рядом что-то бубнит по телефону очередная покорительница Москвы из Средней Азии, что вот квартиру ей сдали, а вещи свои не убрали и ей некуда теперь свои баулы заносить.
А я, совсем не к месту, думаю: «Интересно, а в какое время года Лев Толстой бросил Анну Каренину под поезд?». Там светило яркое вечернее солнце, ветер играл занавеской, грузчики стучали каблуками по деревянным платформам, горничные с шепотом восторга обсуждали кружева Анны: «Настоящие!», а значит было тепло…
ЛЕСНОЙ ГОП-СТОП
Думаю я так не от осенней хандры, а потому, что путь мой лежит на бывшую станцию Обираловку, описанную Львом Толстым, как место гибели Анны Карениной.
Смотрю на раскинувшуюся стройку за окном, которая нагло теснит оробевший лес – рабочие круглосуточно в любую погоду прокладывают дополнительные пути на Москву и пытаюсь представить те времена, из-за которых эти места и прозвали когда-то Обираловкой.
Леса тут стояли дремучие, дикие и были прибежищем всякого разбойничьего сброда, который нападал на мужиков, возвращавшихся с заработками домой, на купцов, которые везли в Москву на ярмарку тяжелые подводы с пушниной, дорогой посудой и грабил их подчистую. Так и пошла слава об этих дурных местах: «Обирают подчистую!»
- Это только легенда. Есть клиросные книги, там запись за 1807 год, где это место называется «Абираево», - рассказывает мне директор местного краеведческого музея Наталья Сотникова. - Как оно трансформировалось в «Обираловку» сказать сложно. Но только в 1939 году неблагозвучную Обираловку переименовали в Железнодорожный. Хотя, знаете, Обираловка была единственной на карте России, а населенных пунков с названием Железнодорожный - восемь! А теперь и вовсе все это поглотила Балашиха, мы стали одним из ее районов.
ТОЛСТОГО ПОТРЯСЛО ОПОЗНАНИЕ
Мало было этой дурной славы Обираловке, так еще и Лев Николаевич постарался, выбрав станцию для трагического конца своего романа.
- А вы знаете, что подобного случая за всю историю станции Обираловка тут никогда не было? Мы изучили все архивы. Никто никогда тут не сводил счеты с жизнью, - заверяет меня директор музея. - Но подобный случай был 4 января 1872 года на станции Ясенки Тульской области. 32-летняя Анна Степановна Пирогова попала под товарный поезд. Эта несчастная была знакомой семьи Толстых и писателя позвали для опознания. Лев Николаевич своими глазами видел ее разрезанное пополам тело, перенесенное в железнодорожные казармы. Его жена, Софья Андреевна, потом писала в воспоминаниях: «Анна Степановна, совершенно обнаженная, большая, полная, с высокой грудью, лежала на столе. С затылка ее была поднята кожа, и густые черные волосы падали на лицо». Впечатление на Толстого это произвело огромное и он засел за роман.
Там тоже была несчастная любовь – Анна служила экономкой у соседа Толстого, владельца имения Телятинки, Александра Бибикова, была его любовницей и лелеяла надежду на брак, когда помещик овдовел. А тот завел роман с гувернанткой-немкой и женился на ней. Он даже не утрудил себя прочитать последнее письмо от бывшей возлюбленной. А она, когда получила нераспечатанным свое послание, тут же пошла на станцию... Бибиков даже не приехал в Ясенки, узнав о случившемся. Должно быть, ценил свое душевное здоровье, а может был занят с молодой любимой.
И, если внешность Карениной Толстой списал с дочери Пушкина с ее «породистыми завитками на затылке» (кстати, тоже женщины с трагической судьбой – она умерла от голода на заре становления Советского Союза), то именем и финалом она обязана этой брошенной горемыке.
СЕЙЧАС БЫ ЗАПУТАЛАСЬ В ПЛАТФОРМАХ
- А вот деревянный вокзал, описанный Толстым в романе, простоял целых 100 лет! Его начали сносить только в 80-х годах прошлого века, и мы плакали, глядя на это зрелище. А бревна его были такими мощными, что пошли потом на дачи некоторых руководителей, - рассказывает Наталья Александровна.
После этого поставили новый, каменный, вокзал. Он простоял 30 лет и престал справляться с растущим пассажиропотоком. Теперь на его месте огромный вокзал из стекла и бетона, рядом торговые центры, кафешки, парковки для машин и самокатов. И под их колеса вероятность попасть сегодня куда выше, чем под поезд!
Сейчас бы Каренину окружили зазывалы, и она, в своем смятении, непременно зашла бы в какой-нибудь торговый центр за парой новых перчаток, а там и в бутик, купила бы себе помаду, приободренная, выпила бы лавандовый раф прямо на вокзале, поймала бы «Вах! Вах! Вах!» и взгляд восхищенного мигранта с метлой в руках, а после этого запуталась бы в электронных табло, путях и платформах – на некоторые сейчас нужно подниматься на эскалаторах, но есть еще старые платформы – к ним только через огромный мост. С него открываются виды – на осенний лес и копошащихся железнодорожных строителей. Ну не стала бы она портить такую мирную картину.
Зато музей бережно сохранил фотографии тех лет и того первого вокзала, который описан в романе. А я так и вижу стремительно идущую по нему в смятении Анну Каренину в образе актрисы Татьяны Самойловой.
«Быстрым, легким шагом спустившись по ступенькам, которые шли от водокачки к рельсам, она остановилась подле вплоть мимо ее проходящего поезда».
Вот на фото и водокачка, где раньше заправлялись паровозы и был разворотный круг, ведь дорога была однопутная.
- Многие спрашивают, почему именно Обираловку писатель выбрал для трагедии? Я всегда отвечаю, а что хорошего можно было сделать на станции с таким-то названием? – смеется моя собеседница. - Но Толстой восемь раз проезжал по нашей Нижегородской дороге, когда ездил лечиться в Самару на кумыс и хорошо знал нашу станцию. А вы же помните, что Анна приехала в Обираловку, надеясь тут застать Вронского? Но тот уехал в имение матери. Получается, оно было где-то рядом. Возможно, это Кучино, которое принадлежало Рюмину, знаменитому рязанскому помещику. А жены Рюмина и Толстого были в родстве.
ОТВЕРГНУТАЯ ЧИНОВНИКАМИ
Но мытарства Карениной продолжаются и спустя полтора века. Прежнее руководство города Железнодорожный и сотрудники краеведческого музея решили увековечить образ Анны и поставить ей небольшой памятник рядом с вокзалом.
За дело взялся местный талантливый скульптор Сергей Ялоза. Работал несколько месяцев.
- Это не памятник, а уличная скульптура - одинокая трогательная женская фигурка, сидящая на лавочке в раздумьях. За ее спиной панорамный барельеф со старым названием станции «Обираловка», где угадываются фигуры и других людей. Все из бронзы, только лавочка - кованая, - рассказывает мне Сергей.
Наталья Александровна показывает фото памятника, который 8 лет уже ждет установки.
- Абсолютно необъяснимо, почему до сих пор это не сделано. Это история города, его изюминка. Сколько я не бьюсь, куда только не обращаюсь, - с горечью говорит директор музея. - Уже с представителями власти и руководством РЖД выбрали место для установки – как раз рядом с вокзалом есть небольшой такой уголок. Были подписаны все документы, но вопрос тормознулся на уровне городской власти. Нам заявили, что «народ против»! А кто его спрашивал? Народ даже поднимал бучу в соцсетях – «когда решат вопрос Карениной?»
ОБСКАКАЛА МУШКЕТЕРОВ
- Как можно было обыграть это для гостей города! Например, если потереть Анне локон или руку, это исцелит от неразделенной любви. Хотя, думаю, все будут натирать ей грудь, уж очень выразительной она удалась, - фантазирую я, разглядывая фото бронзовой фигурки на скамье. - В любом случае, такие фишки нельзя упускать, сюда столько поклонников творчества Толстого будут съезжаться.
- Когда-то, накануне юбилея писателя, приехали к нам из BBC – снимали фильм по местам Толстого. Им, иностранцам, интересно! А нашим – нет. Я спросила, зачем им это? «Вы что!? Ведь этот роман самый читаемый в мире!» - изумились они моему вопросу. А вы знаете, что только экранизаций «Анны Карениной» - 41! Даже бразильцы сняли сериал. Я всегда задаю вопрос, какой роман на втором месте после нее по экранизации? Три мушкетера! Даже они нашу Анну не смогли обскакать! Просто тема любви, семьи, детей – она вечная, – не успокаивается директор музея и я ее понимаю.
Сгущающиеся сумерки и холодный дождь не могут остановить меня. Я уже и сама непременно хочу увидеть скульптуру. Анну, как и шикарный барельеф с именем «Обираловка», я нахожу в одном из городских двориков.
Но скульптура укутана слоями брезента, который придавлен для надежности кирпичами. Стою, разглядывая этот кокон и представляя, что зимой это накроет снег, а весной снова будет поливать дождь, как поливает уже 8 лет. Мимо спешат автомобили, поднимая тучи брызг. И никому нет дела до несчастной бронзовой Анны, будто над ней и впрямь довлеет какое-то проклятие. Только сначала ее отвергло лицемерное буржуазное общество, а теперь - современное общество потребителей.
Автор: Юлия АНДРИЕНКО