А и сильные, могучие богатыри на славной Руси! Но они ли одни? Нет ли и среди женского пола тех, чью силу воспевали бы наши сказания? Есть! Имя им – поленицы, великие воительницы. Рассказываем, кем они были и чем прославились.
Не скакать ли любви по нашей земле?
Степь былинных времен была местом встречи славянских, ираноязычных и тюркских народов. Чаще всего их столкновения друг с другом носили воинственный характер — одни племена нападали на другие, а те затем грабили третьи, и так вновь да снова.
Именно из этой степной воинственной среды и пришел в древнерусскую культуру образ поленицы — девы-воительницы, странствующей на просторе в поисках достойного противника. Собственно, от слова «поле», по которому они бродили, и происходит их название.
Некоторые исследователи полагают, что прообразом полениц являются сарматские женщины, прекрасно управлявшиеся с конями и луком. Об их инородном для Руси происхождении говорит также и то, что многие связанные с поленицами былины начинаются с их битвы против русских богатырей. Разумно предположить, что они считали друг друга врагами, раз первое, что делали при встречи в поле, — нападали и бились.
Так, например, обретают свою любовь Дунай Иванович и Добрыня Никитич. Первый — признав в поверженном противнике Настасью Королевичну, давнюю свою тайную подругу. Второй — потерпев позорное поражение от Настасьи Микулишны, на которую сам же в чистом поле и напал.
Печальный исток Дунай-реки
Пожалуй, наиболее примечательной из всех былин о поленицах и богатырях является трагическая история Настасьи Королевичны и Дуная Ивановича, в целом нехарактерная для сказаний этого рода.
А дело было так.
Послал как-то князь Владимир богатырей своих в Литву, чтоб они невесту ему сосватали — Апраксу, дочь короля литовского. А богатырями, что отправились в дорогу, как раз Добрыня Никитич да Дунай Иванович были. Оба богатыри знатные, да Дунай Иванович поважнее — служил он доселе королю литовскому, а потому знал о том народе больше прочих.
Долго ли, коротко ли — дошли богатыри до земель литовских да без всякого утруждения сосватали князю Апраксу. Как сосватали, так и взяли с собою в обратную, до Киева то есть, дорогу.
А была у Апраксы сестра — Настасья. И был Дунай Иванович, служивши у отца ее, короля литовского, друг ей сердечный и тайный.
А теперь, пришедши за невестой князю киевскому, Дунай Иванович совсем свою подругу давнюю не примечал и ушел со двора королевского, не сказав ей слова ласкового.
Обидно стало Настасье, и погналась она за богатырями русскими, чтоб Дунаю неповадно было. И встретились они в поле, и не узнал Дунай Иванович ее, и бились они, пока Настасья не упала наземь, и хотел уж Дунай-богатырь вонзить в нее свой нож, да узнал Настасью, любовь свою, и снова воспылал к ней.
Так они вчетвером в Киев и прибыли. Так свадьбу двойную — князя с Апраксой да Дуная с Настасьей — и сыграли.
Недолго только длилось счастье богатырское, гордостью подлой загубленное.
Не было равных Настасье в стрельбе — и в том на пиру хвалилась она, кольца серебряные с головы Дуная сбивая. Завидно стало ему, приказал он так же кольца на Настасье поместить. Да только хуже целился и хуже бил стрелой несчастный богатырь, без меры хуже.
И вот — мертва Настасья, насмерть сбитая стрелой Дуная.
Не выдержал такого горя богатырь — и тут же бросился на меч свой.
А с места того, где погибла любовь их, доныне Дунай-река течет.
Великая и печальная.
Сильная и (не)зависимая
Есть в русских былинах и другие поленицы — уже упомянутая Настасья Микулишна, супруга Добрыни. Есть Василиса, сестра ее и жена Ставра Годиновича, иного русского богатыря. Есть и Златыгорка, отдавшаяся Илье Муромцу и родившая от него сына, а затем изнасиловавшая Добрыню Никитича — богатырь не выдержал такого позора (Илья Муромец насмехался над ним за случившееся) и покончил с собой.
Есть и Дарья Псковская, и Марья Моревна, и Марина Игнатьевна и многие, многие другие.
Все эти женщины обладали недюжинной силой, а порой и таким же умом. Однако ни одну из них нельзя представить без богатыря, в истории которого она сыграла свою роль. Иначе говоря, всякая история о поленицах является в первую очередь историей о богатырях. Даже такой унизительный рассказ, как повесть об изнасиловании Добрыни Златыгоркой и насмешках Ильи Муромца, все равно является рассказом не о Златыгорке, а об Илье и Добрыне. О времена, о нравы!
Настоящие поленицы
Но это все фольклор, нечто среднее между мифом и сказкой. А что же настоящие русские женщины? Были ли они воительницами?
Разумеется, во много раз реже мужчин, но да, были — и остаются.
Так, еще византийские историки отмечали, что среди грабивших их русов встречались женщины, сражавшиеся подле мужчин.
Не исключено, что воительницей была и княгиня Ольга, истребившая племя древлян и воспитавшая Святослава — одного из самых успешных военачальников Древней Руси, уничтожившего Хазарский каганат.
В Отечественную войну 1812 года несколько женщин, переодевшись мужчинами, принимали участие в боях с французами и даже командовали частями армии.
В Первую мировую войну, уже после революции, для поддержания боевого духа в разлагающейся армии были созданы целые женские батальоны.Наконец, в Великую Отечественную войну участие женщин в боях — в море, на суше и в воздухе — было столь велико, что это не идет ни в какое сравнение с предыдущими примерами. Только 150 тысяч из них были награждены медалями и орденами. Воевавших же вообще было куда больше.
Однако не меньше героизма женщины проявляют не на полях великих сражений, а в своих домах и в своих делах, ежедневно укрепляющих в мире любовь.
Дмитрий Канавин