Допустим, нашего героя зовут Сережа. И о себе он говорит так:
- Я швея.
Осознали?
Как докатился до ниток с иголками, выкроек, строчек, примерок? Что предшествовало?
Читайте и узнаете.
Жена ушла, когда Сергей по пьяной лавочке сломал руку и обе ноги. Свалился с балкона собутыльника. Чудом целой остались шея и спина. Ссадины на глупой башке и разодранная щека не в счет.
Зла и обиды на бросившую супругу не держит. Удивляется, что не в первые же два года запоя развелась, а сколько-то продержалась. Ибо бухал по-черному. Поэтому и с работы выпнули. Где брал деньги на спиртное – хмурится, отмалчивается. Стыдно вспоминать? Подозреваю, что и попрошайничал, и воровством не брезговал.
Как вы догадались, судьба остановила Сергея довольно радикально. Очнулся услышал, что гипс не наложить. Выставить сразу эту вонючую пьянь из отделения не выйдет. Придется резать и вкручивать шурупы…
Один из врачей в травматологии оказался одноклассником. Вот и держал, лечил. Может, помнил добро? В прошлом хулиганистый Серега никому не давал в обиду тщедушного отличника Витьку.
Теперь его звали Виктор Петрович, хирург держался покровительственно и выглядел намного моложе пропитого помятого мужика, в которого превратился наш герой - бывший спортсмен.
Что касается руководства отделением, заведующий славился не только профессионализмом, но и строгостью нрава. Персонал трепетал и слушался. Спиртное пронести в палаты не вариант. Невольно трезвеющий алконавт страдал и злился, ждал, когда сможет напиться….
Конечно, факт вынужденной детоксикации сам по себе ничего не решал. Ну отмылся организм от алкоголя? И что? Вышел пациент из больнички, снова забухал.
Верно?
Однако, в развитие жизни Сергея вмешался дополнительный фактор.
Человеческий.
За пару первых недель пребывания в клинике в поневоле трезвом виде в башке немного посветлело. Хотя надраться тянуло каждый день, часть отеков с красно-синей морды сошла…
Персонал он раздражал как следует. Тем, что поначалу сколько-то дней орал, обзывался и требовал бухло. Тем, что вонял и рыгал. Не выгнали сразу только из-за операции, которую пришлось дважды повторять.
А там часть алкоголя успела вывестись, поведение примерным не стало, но что-то нормальное начало мелькать.
К сожалению для медиков, почти всех, кроме школьного приятеля, он стал кем-то вроде местной головной боли. Мерзкий тип. Точка.
Тут из отпуска вышла всеобщая любимица травмы. Девушка с золотыми руками и солнечным характером. Сольные выступления Сергея в первые дни пребывания в отделении она благополучно пропустила… В ее глазах пациент с рваной помятой рожей был не уродом, а человеком.
Сергей втрескался по уши. Словно ему снова стукнуло шестнадцать лет. Не из-за доброго отношения. Хотя и оно роль сыграло. А просто… Захотел стать таким, каким ОНА его видит. Нормальным. Хорошим.
Медсестра, которой не он один любовался, работала в манипуляционной. Была стремительной в движении, чуть пухленькой, со славными ямочками на щеках. Белозубая, веселая, черноволосая, с пушистым хвостом, летала шустро, ловко, некоторые больные звали девушку ласточкой…
Голос у предмета грез нашего героя был теплым и душевным. Сергей говорит:
- Как мед.
Верочка склонялась над рукой любого пациента с доброй улыбкой. Плохих вен для нее не существовала, ловко попадала в любые. Хорошее слово – попадала…
Сергей в каком-то смысле тоже попал… его подхватило и потащило за собой чувство. Синяк с распухшей рожей встретил ангела… Так ему показалось.
Ласточку обожал, но понимал, что вместе не быть. Не из тех она милашек, которые изменяют мужьям. Имени своему на сто процентов соответствовала.
Вера. Верная.
Никогда не умел писать стихи, а за женой в своей время не ухаживал, это Наташка, высунув язык за ним бегала с любовными признаниями и дурным огнем в глазах ах ах…
Так что, к чувству был ни разу не готов ни с какой стороны. Ни физически, ни морально, ни материально.
Но…
Случилось.
Молчал, похабные шутки в палате пресекал, почему-то его побаивались… Вроде не убийца, зоны не топтал, но вызывал некоторую оторопь, когда сквозь зубы советовал «завалить пасть» и «грабки к девушке не тянуть».
Месяцы, проведенные в травме, оказались судьбоносными. Серега принял решение завязать. Где-то внутри передвинул рычаг в положение: СТОП.
Перед самой выпиской, когда уже потихоньку хромал по отделению, услышал, как Верочка сетует санитарке, что замоталась ездить к бабуле на другой конец города…
Зачем?
Кормить, убирать.
Старушка больше не справлялась с бытом, а покинуть родную квартиру и жить с родней отказывалась наотрез. Вот и приходится внучке туда-сюда кататься.
Удивился себе, но влез в разговор. Спросил.
- Где, говоришь, бабуля живет?
Ждал ответ и чувствовал, близко. Оказалось, и правда, через три дома по его улице.
Судьба?
Уговорил Верочку познакомить с пожилой родственницей, предложил помощь. Почти не наврал.
Мол, пил как тварь, жена ушла, мать из дома гонит… Куда деться не знает. Но хочет начать новую жизнь. Готов комнату снять. Недорого. За помощь по хозяйству и небольшие деньги.
- Договоримся?
- Надо бабулю спросить. И на твое поведение посмотреть.
- Дел то. Напьюсь – выкинете.
Старушка оказалась довольно вредной, но… из жалости к внучке согласилась попробовать пустить постояльца + помощника в одном лице, пардон, в одном рыле.
Ибо то, что осталось от прежде симпатичной физиономии бывшего спортсмена иначе назвать сложно.
Именно бабушка Верочки и посадила Сергея за швейную машинку. Научила пользоваться выкройками, наметывать, строчить. Строго вопрошала.
- Ты кажется, платить за жилье собрался. С каких доходов, прости? Работодатели в очередь выстроились?
Натаскивала и приговаривала, мол лучшие в мире портные - мужчины, что бы там бабы о себе не думали. Может, конечно, привирала слегка, чтобы подбодрить. Переживала, что ни внучка, ни дочери не тянулись перенять науку.
Слышали деревенское поверье, что ведьма умереть не может, пока не передаст свое черное ремесло другому человеку?
Вот-вот.
Некоторые мастера тоже не в состоянии уйти спокойно, если смену не воспитали…
Так Сергей шутил, когда получал по пальцам или по спине линейкой от вредной старухи. К которой, уррра – с доставкой на дом явился ученик.
Ничего, что мужику за тридцать, а выглядит и того старше, да и на рожу довольно страшен.
- Сидеть!
- Сколько можно?
- Сколько нужно. Пока строчка не будет ровной задницу от стула не отрывай.
Руки у нашего героя оказались не золотыми, но и не деревянными. Часть наиболее непритязательных заказчиц бабуля постепенно передала бывшему алкашу. А остальных сам набрал.
Перелицевать пальто? Легко. Укоротить брюки? Ушить джинсы? Заменить молнию? Расставить юбку? Превратить старую джинсовку в хозяйственную сумку? Срочно в полночь получить заказ и пошить на утро ребенку костюм для утренника?
Мало ли что требуется жителям большого города?
Продвинутая бабуля добавила постояльца, он же ученик, в чат их района… И понеслось.
Изредка Сергей выбирался к семье Верочки. Бабуля гоняла его туда как почтового голубя с подарками для правнука…
Жизнь действительно изменилась. Пусть прежний красавец спортсмен остался в потерянном прошлом. Но и алкаш ушел. Вместо этих теперь совершенно чужих личностей появился: Сергей наша местная швея.
Верочка, когда он ее видел, улыбалась, поила чаем. И благодарила за довольную бабусю, в доме у которой вымыты полы, сварен суп, куплены лекарства. Сергей держал слово – помогал много и активно.
Что было дальше?
Вскоре выяснилось, что Верочка уставала не только от недосыпа. К ней подкралась болезнь.
Ласточка сгорела от рака крови меньше чем за год. И это были самые черные месяцы в судьбе нашего героя. Он их плохо помнит. Словно в серой дымке какой-то.
С мужем Верочки стояли рядом над могилой как братья… Почти сразу похоронили и бабушку…
Старушка завещала ученику не только машинку с ножницами, но и рабочий стол, стеллаж с коробками, нитками, чего там только не накопилось.
Вдовец не спорил, честь по чести все передал. Еще и руку пожал, поблагодарил за поддержку. Из комнаты в квартире покойной бабули не гнал, предложил пожить несколько месяцев, чтобы спокойно найти новое жилье.
К тому времени наш герой окончательно помирился с мамой. Она то ли пустила, то ли зазвала блудного сына обратно. И не пожалела…
Сегодня он не только работает за деньги, но и пашет волонтером, хотя ему не очень нравится это иностранное слово. Шьет госпитальное белье для раненых, носилки.
Иногда снится Верочка, шепчет, что рада, что держит слово и по-прежнему не пьет. Тогда Сережа просыпается на мокрой от слез подушке.
#историяизжизни #шумак #наталяшумак #прозрение #рукапомощи
Автор: Наталя Шумак