Открытое послание о том, как важно не забывать, скольким людям нужна наша поддержка, и о необходимости освободиться от предвзятости и опасений, связанных с психиатрической помощью.
Меня зовут Катя. Я занимаюсь профессиональной фотографией, а также играю на скрипке и 12 лет проработала в оркестре театра оперы и балета. Сейчас у меня своя школа фотографии, живу я в Новосибирске.
В начале весны 2024 года я оказалась перед областной психиатрической больницей № 3. По обе стороны от главного входа выстроились корпуса бывших военных «красных казарм», построенных ещё в 1902 году. Теперь здесь располагаются отделения для людей с особенностями психического здоровья. С 50-х годов прошлого века эти здания принадлежат психиатрической больнице. Для жителей Новосибирска название улицы, на которой находятся корпуса — Владимировская, стало почти нарицательным. Можно услышать фразы вроде «Что, на Владимировской заждались?» или «Иди, сходи, полежи на Владимировскую».
За этими переживаниями кроется ужас. Ужас потерять рассудок. Он почти так же силён, как страх перед кончиной. Мне тоже знакома эта боязнь. Моя творческая, чувствительная и беспокойная личность на протяжении долгого времени страдала от страха утратить разум, который часто возвращался в периоды сильного стресса. Я опасалась Владимирской улицы. Поэтому особенно поразительно, что в один из холодных весенних дней я сама переступила порог старого входа с табличкой, которая отозвалась тревогой где-то в глубине души.
Позади — 12 лет работы в оркестре оперного театра, параллельно я занималась фотографией и имела небольшой работающий бизнес — фотошколу «Каждый Важен» под моим руководством, Кати Лыжиной. Вероятно, именно название моей школы привело меня в стены больницы. За высоким бетонным забором также находятся люди, которым нелегко, но они важны.
Ранее редакция «Виджей» уже делилась с читателями глубокой социальной статьёй о деятельности организации «ЛизаАлерт».
Мы осветили важность их работы, направленной на спасение жизней и уменьшение количества пропавших людей.
Я без труда договорилась о встрече с главврачом больницы — Махначёвой Яной Валерьевной. С первого взгляда меня поразило отсутствие цинизма, равнодушия и устаревших подходов государственной больницы. Передо мной предстала красивая, энергичная женщина с активной жизненной позицией.
Я поделилась информацией о себе, продемонстрировала свою видеопрезентацию и задала ключевой вопрос: «Чем могу быть полезна?» Мне искренне хочется принести пользу.
Прежде чем мы встретились, я увлекалась психиатрией. В моей семье есть профессиональный психолог, так что я в целом разбираюсь в этой области. Я посмотрела много интервью с людьми, у которых диагностированы разные заболевания, и репортажи о работе психиатров. И у меня появилась стойкая мысль о сочувствии к тем, кто находится в уязвимом положении, на кого порой даже страшно взглянуть.
Упаси Господь очутиться в их положении! И вот, я здесь. С камерой наперевес.
Знакомство с отделениями и их пациентами стало отправной точкой. Несколько раз я приезжала в больницу, и специалисты по социальной работе проводили меня по корпусам. От более-менее «лёгкого» отделения неврозов до отделений, где находятся тяжёлые хроники или те, кто попал в больницу по решению суда за совершение преступлений. Таких пациентов немного. Согласно статистике, среди больных совершается не больше серьёзных правонарушений, чем среди обычных людей. Однако слова «шизофреник», «психбольной», «лежит в дурке» и т. д. всё ещё несут на себе тяжёлое клеймо.
Нельзя фотографировать пациентов. Это запрещено законом. Однако я постаралась запечатлеть общие сцены и некоторые детали. Мне искренне хотелось избежать создания образа чего-то зловещего. Да, это место не похоже на праздничное. Здесь пациенты носят больничную одежду, а окна забраны решётками. Но эти люди не выбирали свою болезнь...
Я разговаривала с пациентами, врачами и медсёстрами. Меня поразило, как много среди персонала молодых сотрудников. Я видела, как радуются больные специалистам по социальной работе: те проводят для них зарядки, упражнения, творческие занятия. К ним тянутся, словно к родным. Обнимают, льнут. Им так приятно это внимание.
Меня воспринимали с любопытством, но без враждебности. Появление нового человека «оттуда», из жизни за бетонным забором — это маленькое событие.
У меня сжалось сердце, когда я увидела календарь с перечёркнутыми датами. Сначала здесь отчаянно хотят вернуться домой. Но порой возникает такое чувство, что не желают уходить. Ведь жизнь в больнице размеренная и безопасная. А за её пределами снова нужно сражаться, пытаться найти своё место в обществе. Некоторые пациенты никогда не покинут этих стен. Они отрезаны от общества, а общество — от них. И всё же во мне нет злости.
С каждым моим визитом больница всё сильнее окутывает меня своей атмосферой, своими удивительными людьми, которые здесь работают. Я была глубоко поражена их самоотверженности и любви к своему делу.
Я обращалась почти к каждому сотруднику с вопросом: «Вы довольны своей работой?» И каждый раз слышала в ответ уверенное: «Да, очень!» Меня это искренне поражало, и я спрашивала: «Почему?!» В ответ мне говорили: «Здесь интересно работать, потому что общаешься с людьми, привязываешься к ним».
Проработав к тому моменту в больнице уже около пяти месяцев, я решила создать совместный фотопроект с главным врачом под названием «Настоящие герои носят белые халаты». После завершения работы мы организуем выставку. Как вы уже догадались, местом моей работы стала психиатрическая больница. Я провожу сеансы фототерапии как на Владимировской, так и на Светлой — в поликлинике с дневным стационаром.
У меня не так много клиентов: в основном это пациенты из отделения неврозов и те, кто проходит лечение в условиях дневного стационара. Именно эти люди могут пользоваться мобильными телефонами, и я могу давать им задания и учить их фотографии. Кроме того, я провожу фототерапевтические съёмки в студии.
Одна из моих клиенток — девушка с анорексией и булимией, которую ко мне направила психолог. Результат был замечательным. Благодаря моему опыту общения и принятия людей, а также совместным сеансам с психологом, болезнь перешла в стадию ремиссии.
Ещё одна моя клиентка потеряла супруга из-за тяжёлой болезни. На съёмку она принесла его портрет. Было много слёз и тяжёлых эмоций, но для неё это было важно.
Я не задаюсь вопросом: «Зачем?» Моя задача — создать атмосферу безопасности и принятия для человека, чтобы он мог поделиться даже самыми тяжёлыми переживаниями. Такова моя работа в качестве фототерапевта. Эта профессия появилась в России сравнительно недавно, но уже показывает отличные результаты.
Делясь знаниями и опытом, я сопровождаю своих гостей в мир, где они занимают центральное место. Я помогаю им понять, что каждый из них имеет значение.