Двадцатилетней студенткой с горящими глазами и большим желанием работать я проходила практику в суде.
Ух! Яжюрист! Целый пятый курс! Почти готовый специалист, ГОСЫ на носу.
Дайте мне в процессе посидеть. Хоть одним глазком посмотреть.
В процесс нас пускали, а делать ничего не давали. Секретари скидывали на практикантов грязную работу. Например, дела шить. Белыми нитками. В 4 дырки. И корочки для дел особым образом загибать.
А я ж не на швею учусь, и не на сгибателя корочек. Яжюрист! Так хотелось настоящие документы поделать. Хоть протоколы заседаний. Понятно, что в работу эти документы не возьмут, но для учёбы вполне можно было попробовать готовить даже решения.
И вот с этой светлой идеей я пошла к председателю суда. Дайте, говорю, поработать.
И вот эта особь криво усмехаясь привела меня в архив и сказала разбирать дела. Мол, просила работы, работай. Совмещая время и пространство. От забора до обеда. И ведь видела коза, что я девочка в платюшке на каблучках. А в архиве вековая грязь и тяжелые тома.
Это сейчас я бы отказалась, а тогда, в 20 лет, я глотая слезы разбирала вонючий архив. Вышла я оттуда похожа на ведьму, вся в пылище, с сорваной спиной.
Урок был усвоен. Я не то что работы больше не просила, я даже одно дело в день еле готовила. А зачем напрягаться? Чтоб снова подкинули дерьма? Нее.
Жалко конечно. Сколько молодых специалистов такие вот твари от работы отвадили.
В суде я потом всё же поработала. Бежала оттуда дальше чем видела. Больше по специальности к сожалению не работала.