Фигура Петра Первого для российской истории совершенно особенная, и поэтому нет ничего удивительного, что в год 350-летнего юбилея со дня его рождения на суд публики были представлены разные спектакли и прочие художественные эксперименты, посвященные первому российскому императору. Санкт-Петербургский театр музыкальной комедии решил отметить знаменательное событие новым оригинальным мюзиклом, посвященным столь значимому историческому деятелю. Примечательным в этом решении было то, что музыку к постановке написал небезызвестный американский композитор Фрэнк Уайлдхорн, что для российских мюзиклов весьма необычно. Безусловно, особенно интересно увидеть на сцене взгляд иностранца на столь значимую фигуру, однако, мюзикл – не только музыка, и качество спектакля чуть ли не в более значительной степени определяет работа режиссера, с чем у петербургского творения все очень сложно.
Конечно, от мюзикла не стоит ожидать глубины драматических спектаклей ведущих российских театров, однако, надеяться на некую логичность и последовательность все-таки допустимо. Судя по увиденному на сцене, создатели «Петра Первого» не смогли определиться со своим отношением к заглавному герою, вследствие чего центральная мысль спектакля также не была сформирована. Какой он – Петр? Хороший или плохой? Создатель или разрушитель? Постановка не дает ответа. Первый акт мюзикла построен на противостоянии Петра как очевидного будущего России и архаики, этакой посконной Руси, воплощением которой являются Досифей и царевна Софья. Образ и поведение последних, вероятно, вдохновлены «Грозой» Андрея Могучего в БДТ, как и режиссерское к ним отношение. В такой концепции, сражение Петра с этими двумя и сопутствующей мрачной массовкой – это очевидная борьба со злом, и тогда царь – положительный герой, поступающий верно. Вместе с тем, Петр вовсе не выглядит рыцарем в сияющих доспехах, он и сам жесток, несправедлив и безразличен, непорядочен по отношению к своему окружению, и, если так, то чем он лучше своих врагов?.. Если в его образе главное – хорошее, если он тот, кто «прорубил окно в Европу», то почему европейцы выглядят карикатурно?.. Петр же поступил правильно, поехав туда, или нет?.. Для выстраивания положительного образа, очевидно, акценты должны быть расставлены иначе. Петербург в концепции перевеса хорошего над плохим был бы свидетельством торжества героя, а не утешением, как поставлено сейчас, доказательством победы – настоящий европейский город на века на месте непроходимых болот. Финал можно было бы реализовать переносом в настоящее – на 300 с лишним лет вперед, переодев актеров в современное, тем самым подтвердив значимость вклада Петра в развитие России. Можно было бы, но не сделано.
Возможен, и, наверное, более интересен другой подход, близкий к взгляду Ридли Скотта на Наполеона в недавнем одноименном фильме, а именно – Петр-разрушитель. В этой концепции важно не столько то, что делал Петр, а КАК. Борьба за европеизацию России могла быть показана как уничтожение русской «самости», индивидуальности, лица народа – так безоглядно и жестоко поступать нельзя. Противостояние с Досифеем и Софьей также не выбилось бы из общей череды – просто сражение вариаций тьмы, из которых победителем вышел император. Интереснее можно было бы сделать взгляд на Евдокию: поначалу она страдала от мужа, по сути, предавшего ее, а потом – от Досифея и прочих, сломавших ее. Евдокия как воплощение русской души – вышло бы символично, и стоило бы уделить чуть больше внимания ей как жертве: эта роль подразумевается и сейчас, однако, полезно ее личные переживания в этот момент подчеркнуть. Показывать путешествия Петра было бы не обязательно, важно лишь влияние этих поездок на изменение жизни в стране, разрушительное изменение. Также не нужны сцены в стиле муси-пуси со второй женой: по сути, она могла остаться эпизодическим персонажем или воплощением отречения от русского. В линию прекрасно укладывается история со смертью царевича Алексея – главный герой уничтожает все, к чему прикасается, и апогей – его собственная семья. В таком случае понятно и сумасшествие. Сейчас «Петр Первый» ближе к этому взгляду на вещи, но все безжалостно портит дурацкий финал-агитка, из которого следует, что Петербург – главная заслуга, утешение и оправдание. Однако, в случае с царем-разрушителем построенный им город не может быть показан в положительном свете. Петр появляется в наводнение, которое символизирует не очищение и не смену эпох, а катастрофу, чьим порождением он является. Созданный им насилием и жестокостью город в финале также должно затопить, и затапливать дальше: невинные люди отвечают за грехи главного его строителя. Начал с катастрофы, закончил ею же. Такое решение было бы последовательным и не противоречивым. Даже название намекает: Петр ПЕРВЫЙ, а не Петр ВЕЛИКИЙ – критическое отношение к фигуре. Сейчас же герой просто неуравновешенный и странный персонаж, совершающий непоследовательные поступки, а спектакль и вовсе не дает ему адекватной и хоть сколько-нибудь понятной оценки. Думаю, можно было бы пойти по пути реализации противоречивости фигуры, пытающейся поступать правильно, но ошибающейся, но это еще сложнее, и это у спектакля также не получилось.
Как можно понять из описанного выше, со сценарием в спектакле все сложно. В программке сказано, что изначально автор либретто хотел сосредоточиться на отдельном отрезке жизненного пути героя, и так было бы лучше. Сейчас «Петр Первый» - масса отдельных эпизодов неоднозначной ценности, словно иллюстрация единого учебника истории. Куча лишнего, что можно выбросить, а сцены не объединены идеей, подобраны хаотично. С режиссурой проблемы: скажем, Екатерина поет солдату (по имени Петр), а тот умирает – напрашивается дурацкий вывод, что ее любовь ядовита. Куда смотрел режиссер?! Это же элементарно. Или абсолютно бессмысленный эпизод войны, клюква развесистая: кажется, во время этой сцены смеялись несколько рядов. Можно выбросить без ущерба для спектакля, поскольку важна не война, а последствия. Костюм Екатерины в финале – царица, еще и с этой короной (или как эта шапка называется) на голове – явный намек, что проходимка дорвалась до власти, однако, актриса этого не играет, и это не поставлено. Оформление «дерется» с содержанием. Совершенно необъясним столь жалкий образ Алексея – даже смотреть неприятно. Все как-то недоделано, непоследовательно, словно спектакль переделывали на ходу, отказавшись от реализации изначально выбранной идеи.
Поскольку «Петр Первый» - все-таки мюзикл, то скажу пару слов об этой составляющей. Наиболее запоминающимся и с музыкальной, и с эмоциональной точки зрения является эпизод противостояния Софьи и Петра в первом акте. Остальные же музыкальные номера – не хиты. Музыка интересная, но фоновая, по крайней мере, такое впечатление складывается с первого просмотра. Художественное оформление – дорого-богато, но бессмысленно. Лаконичность – не тот стиль, что выбирают мюзиклы, но этому не помешало бы убрать лишнее со сцены, хотя, в целом, не критично. Свет стандартный, не плохой и не хороший: не выдающийся.
Перейдем, наконец, к актерской игре. Отметить хотелось бы троих актеров, в первую очередь, Ивана Ожогина. Конечно, фактурно он – идеальный Петр, но этому герою не очень подходит тенор, напрашивается образ «колосс на глиняных ногах», и это от актера не зависит. Что же до актера, то он играл хорошо и очень добросовестно, заметно, что «снял» образ Петра с каких-то известных произведений, и пел Иван чуть ли не наиболее разборчиво относительно всех своих коллег по сцене. В этой роли, скорее, понравился, чем наоборот, но было бы любопытно увидеть Кирилла Гордеева. Что-то подсказывает, что его герой совсем другой. Также стоит сказать, что от игры Ивана осталось впечатление не поставленной режиссером задачи, что мешает созданию необходимого образа. Актриса, которой я хотела бы сказать миллион комплиментов – Агата Вавилова в роли Софьи. Для меня, безусловно, она здесь лучшая, самая выразительная и самая убедительная. Да, по рисунку ее роли и, видимо, поставленной перед ней задаче ее Софья немного карикатурна, однако, актриса оживляет образ. Царевна отвратительная и отталкивающая, детали игры очень точные и интересные. Чуть меньше указанных двоих, но тоже понравился Александр Суханов как Досифей – идеальное воплощение мрака, причем, лицемерного, подлого – всего худшего, что только существует в человеке. Со знаком «минус» я оцениваю Марию Плужникову как Евдокию. Ее роль очень важна, но сделана она довольно просто. Во втором трагическом акте получше, в первом же совсем примитивно. Про остальных сказать особенно нечего.
Нет, «Петр Первый» - не провал, и он определенно лучше многих спектакле Музкома, таких, как «Белый. Петербург», например, но и выдающегося в нем нет ничего. Меня он спровоцировал на дискуссию, на желание его проанализировать, понять, обсудить. Что-то в нем цепляет, может, его вопиющее несовершенство, не знаю. Думаю, ознакомиться с таким спектаклем полезно, но не более того. Пока что из всего музкомовского лучшее – «Граф Монте-Кристо». У этой премьеры уровень точно ниже.
«Петр Первый», композитор Фрэнк Уайлдхорн, автор либретто Константин Рубинский, режиссер-постановщик Юрий Александров, музыкальный руководитель и дирижер Алексей Нефедов, сценограф Вячеслав Окунев, художник по свету Денис Солнцев. Продолжительность 3 часа с антрактом. Премьера состоялась 2 декабря 2022 г.
Состав: Иван Ожогин (Петр Первый); Наталия Диевская (Наталья, мать Петра); Анастасия Вишневская (Екатерина, вторая жена Петра); Александр Леногов (Меншиков); Агата Вавилова (царевна Софья, сестра Петра); Мария Плужникова (Евдокия Лопухина, первая жена Петра); Виталий Головкин (Алексей, сын Петра); Александр Суханов (Досифей); Иван Корытов (Франц, учитель Петра); Борис Николаев (Петр в детстве).
P.S. Рецензия написана по итогам просмотра спектакля на гастролях в Москве в театре Новая Опера.