С лёгкой руки Александра Дюма мы привыкли считать этого монарха пассивной марионеткой в руках хитрого и коварного кардинала Ришелье, который вертел слабовольным и недалеким королем, как хотел. Но так ли бездарен был король, который выглядывает из-за плеча всесильного министра на страницах знаменитого романа «Три мушкетёра»?
Этому королю не повезло дважды: сначала он затерялся в тени своего блестящего сына Людовика XIV, известного под именем «Король-солнце», который полностью затмил своего отца, а потом – попал под бойкое перо Дюма, превратившего его в бездарное посмешище. Причем, среди исторических личностей, «пострадавших» от Дюма, первым стоит именно Людовик XIII.
А между тем, это был бесстрашный полководец, реформатор, композитор, кулинар, кузнец, парфюмер — немногие власть имущие могли похвастаться такой широтой интересов. Его правление было сплошной чередой войн, мятежей и заговоров, а жизнь — большой драмой, в которой его неоднократно предавали самые близкие люди: мать, брат, жена, и которая проходила на фоне сражений, дворцовых интриг, шпионских скандалов и бурных страстей.
Постараемся вернуть доброе имя так несправедливо забытому Людовику XIII и восстановить историческую справедливость, тем более, что этот король вошёл в историю именно под именем Справедливый.
Странное воспитание странного принца
Людовик родился 27 сентября 1601 года и был сыном Генриха IV Наваррского и его второй жены - Марии Медичи. Среди кучи бастардов короля его законный старший сын был, похоже, самым задёрганным и измученным ребенком.
Людовик не повезло жить во времена, когда детей воспитывали розгами. И никаких мальчиков для битья ему не давали. Если пятилетний принц слишком резво вёл себя за столом, королю-отцу достаточно было упомянуть розги или показать их, чтобы малыш притих. На характере слишком впечатлительного мальчика воспитание побоями сказалось самым отрицательным образом.
К странным методам воспитания относилось и то, что его отец, Генрих XIV, желая развить в сыне мужество, специально натравливал на него собак. Результатом этого «воспитания» стало то, что мальчик начал заикаться.
Мать, Мария Медичи, тоже внесла в воспитание сына свою суровую лепту. Она появлялась в его покоях только для того, чтобы как следует его высечь. Если же она была занята, то посылала к Луи кого-нибудь из своих придворных дам, чтобы те надавали принцу пощечин.
В результате всех этих педагогических опытов в Луи копилась обида и раздражение, он рос угрюмым и агрессивным ребёнком, который срывал свою злость на найденных в саду птицах, жестоко убивая беспомощных птенцов.
К счастью, наставник семилетнего принца, Воклен де Ивето, во́время заметил эти «плоды» воспитания августейших родителей, и постарался их сгладить, беседуя с Людовиком и задавая ему вопросы, которые заставляли бы его задуматься.
Как-то он спросил Луи: «В чем состоит долг государя?» На что тот ответил: «Бояться Бога». «И любить справедливость», - добавил наставник. «Нет, вершить справедливость!» - тут же поправил его юный принц. Судя по тому, что Людовика потом назвали Справедливым, воспитатель преуспел в своем замысле.
Бесправный мальчик-король
Луи было 9 лет, когда в 1610 году его отец, Генрих IV, был неожиданно убит безумным фанатиком Ревальяком, и мальчик был провозглашен королем. Но поскольку сам он править ещё не мог, его регентшей стала его мать, Мария Медичи.
В 1614 году Людовику исполнилось 13 лет – по тем временам, возраст совершеннолетия, который, фактически, отменял регентство матери. Но не тут-то было. Властная Мария не собиралась выпускать из рук власть, решив превратить Людовика в послушную марионетку.
Венценосного мальчика провозили по улицам Парижа в парадных одеждах как декоративное украшение, а во дворце ему предлагалось говорить с послами по бумажке, заранее заготовленной регентшей. Однажды Луи отказался это делать и потребовал показать ему договоры, которые он должен подписать, за что был снова жестоко выпорот. Увы, маленького короля никто не воспринимал всерьез.
Особенно презирал Людовика наглый фаворит матери, итальянец Кончино Кончини, произведенный ею в маршалы Франции. Он даже не считал нужным снимать в присутствии юного короля шляпу, что было для монарха крайней степенью оскорбления.
Луи, которого не подпускали к управлению страной и даже не собирались учить это делать, не оставалось ничего другого, как учиться у своих слуг тому, что умели они.
Король на все руки
Людовик с детства не отличался крепким здоровьем, страдая целым букетом заболеваний: припадками, похожими на эпилепсию, зудом кожи, из-за которого он иногда расчесывался до язв, и самое тяжёлое – хроническим воспалением тонкой кишки. Не исключено, что все это было приобретено им на нервной почве, в результате своеобразного родительского воспитания.
Однако, несмотря на проблемы со здоровьем, Людовик вовсе не лежал постоянно в постели и не был изнеженным подростком.
Под руководством главного повара Жоржа юный Луи уже в 10 лет как-то приготовил молочный суп для герцогини де Гиз, а впоследствии запросто пёк оладьи, пироги с яблоками и даже варил варенье.
Вопреки расхожему мнению, что короли ничего не умеют и за них все делают слуги, Людовик всегда сам одевался и мыл свои длинные темные локоны. Иногда даже сам заправлял постель.
В это время он как раз привязался к некоему Альберу де Люиню, смотрителю королевских вольеров, и скоро его основной отрадой стала соколиная охота. Люинь научил мальчика управлять ловчими птицами-сорокопутами, чтобы они взлетали по его команде и возвращались обратно на его перчатку. Постепенно мягкий и любезный придворный занял в сердце одинокого маленького короля пустующее место отца.
Юный король незаметно взрослел и занятия его становились все более серьезными и мужскими. Его самой сильной страстью на всю жизнь станет охота, которой он посвящал все свое свободное время. Однажды, заплутав во время такой охоты, король набрёл на какой-то захудалый постоялый двор и, нисколько не смущаясь и весело болтая с хозяйкой, собственноручно приготовил себе и своим спутникам великолепный омлет.
Но самое удивительным было то, что Людовик с удовольствием работал руками, ещё раз разбивая миф о праздности и лени королей.
У него был технический склад ума, и он мог разобраться в любом, самом сложном механизме. Он уже умел плести корзины, работать на верстаке, вытачивать из слоновой кости шахматные фигурки, ковать железо в кузнице и даже делать маленькие пушечки.
Он не только сам брился, но и однажды как-то в шутку побрил своих придворных, сделав им миниатюрные и элегантные бородки, которые тут же вошли в моду – именно их мы и видим в фильмах про мушкетеров.
Он спокойно мог самостоятельно править каретой из шести лошадей. В 1635 году это, кстати, спасло ему жизнь, когда в карету, на козлах которой сидел король, ударила молния, так что вместо короля погиб кучер, который в это время находился внутри кареты.
При этом, Людовик мог не только управлять, но при необходимости и починить карету, если она ломалась: король запросто вооружался топором, рубил дерево, и менял то, что было нужно. Также он не гнушался ухаживать за лошадьми.
Не считая этого, он собственноручно изготовленными гвоздиками прибивал загибавшиеся концы ковров, а также устанавливал и стеклил оконные рамы в Лувре, а в свободное время выращивал зелёный горошек в своем Версале, шил костюмы для своей обезьянки, неплохо рисовал, а также составлял духи и саше из ароматных масел и цедры цитрусовых, чему он научился от матери.
Болезнь кожи приучила его к невероятной чистоплотности и сделала особо придирчивым к качеству тканей. Он предпочитал одежду темных цветов, хотя и сшитую из самых лучших материалов.
Неожиданно для своего времени, Людовик много занимался спортом, который помогал ему поддерживать неважное здоровье. Он любил игру в мяч (что-то вроде нашего тенниса), был превосходным фехтовальщиком, наездником и стрелком, а во время охоты долго бродил по лесам пешком, проходя в день до 28 км. Кроме этого, в 23 года он научился плавать и отлично это делал, хотя это умели тогда даже далеко не все моряки.
У него был превосходный музыкальный вкус, и он был страстным любителем музыки. Уже в три года он умел играть на лютне, считая его «королевским инструментом», владел игрой на клавесине и виртуозно владел охотничьих рожком. Он также с удовольствием пел партию первого баса в ансамбле, исполняя многоголосые куртуазные песни и псалмы.
В 1635 году в возрасте 34 лет он стал автором знаменитого «Мерлезонского балета» в 16-ти актах, дословное название которого означает «Балет об охоте на дроздов». Балеты в то время представляли собой театрализованные спектакли, в которые входили декларация стихов, музыка, танцы и комические сценки. Людовик выступил композитором, режиссером-постановщиком этого представления и даже придумал эскизы костюмов. Он также сам принимал участие в этом шоу, появившись перед зрителями в роли крестьянина и торговки приманками.
Получается, что этот король-мастеровой на целых сто лет обогнал нашего Петра I, который тоже славился тем, что знал двенадцать ремесел.
Но все это будет потом, а пока королева-мать решила срочно женить Людовика, чтобы укрепить династию рождением наследника и обезопасить себя от возможных заговоров рвущихся к трону принцев крови.
Кошмар первой брачной ночи
В жены Луи Мария Медичи подобрала самую завидную невесту Европы того времени – Анну Австрийскую, которая была дочерью короля Испании Филиппа III. 25 октября 1615 года состоялась свадьба Людовика и Анны.
Юным супругам только-только исполнилось по 14 лет, так что никакого опыта в интимных делах ни у того, ни у другого, понятно, не было. Людовика чуть ли не насильно уложили на супружеское ложе рядом с его маленькой женой, в результате чего первая брачная ночь окончилась для стеснительного юноши нервным срывом.
После этого юный супруг не переступал порог спальни своей жены несколько лет. Единственное, что Луи выиграл от своей женитьбы, было то, что она наконец-то избавила его от телесных наказаний – его перестали пороть.
Кстати, именно в это время на горизонте двора впервые появился Арман де Ришелье, назначенный по решению королевы-матери духовником Анны Австрийской.
«Теперь я – король!»
Тем временем, наступает 1617 год - Людовику уже 16 лет, а королева-мать по-прежнему «водила его на помочах», словно младенца. Терпение юного короля лопнуло, и он решил забрать власть у матери, которая не спешила ее уступать. При поддержке группы дворян во главе с верным Люинем юным Людовиком был разработан план по ликвидации своего главного врага – Кончино Кончини. Наглый итальянец был убит, а королева-мать отправлена в ссылку в замок Блуа. Кстати, следом за ней был изгнан и Ришелье, как ее пособник.
Это был единственный государственный переворот, осуществленный «действующим» королем.
Королю пришлось учиться управлять государством самому с помощью старых советников отца, которых он вернул и ввел в королевский совет. Людовик не пропускал ни одного заседания совета, даже когда болезнь не давала ему встать, члены совета собирались у его постели.
Война Матери и Сына
Королева-мать оскорбляется, и вокруг нее начинают собираться такие же недовольные молодым королем герцоги и принцы, готовые в любой момент выйти из повиновения неумолимого Людовика.
В начале июля 1620 года под знамёна Марии Медичи поднимается весь запад и юг – от Нормандии до Лангедока. Но король не собирается ждать, пока мать развяжет гражданскую войну, и во главе 7000 армии выступает в поход на Нормандию.
При приближении королевской армии города сдавались без боя: открывать огонь по главе государства не поднималась рука. 7 августа Людовик атаковал войска матери, засевшие вокруг замка Пон-де-Се. Мария велела обороняться, но не нападать – это пахло изменой. Бой длился три часа, после чего Людовик вступил в крепость. Марии ничего не оставалось, как признать свое поражение и склониться перед венценосным сыном.
Союз с Ришелье и осада Ла Рошели
Едва покончив с бунтом матери, Людовик мчится в Беарн усмирять гугенотов. Пользуясь свободой, дарованной им ещё отцом Людовика – Генрихом Наваррским, протестанты постепенно создали что-то вроде государства в государстве: собственную республику, игнорирующую власть короля. В результате Франция представляла собой не единое королевство, а своего рода федерацию, раздробленную на отдельные провинции со своим самоуправлением.
Молодому монарху, страна которого разваливается на части, власть держится на волоске, а Европа откровенно смеётся над ним, нет другого выхода, как создавать его заново. Естественно, силой.
Королю удалось подчинить себе Гасконь, но во время осады Монтобана в 1621 году неожиданно умирает его верный Люинь, и Людовику, который разрывался между подавлением мятежей гугенотов, непокорных аристократов и интриг собственной матери, приходится срочно искать ему замену – надёжного человека, которому он мог бы полностью доверять.
И как ни странно, находит очень неожиданную фигуру – епископа Люссонского, Армана Жана де Плесси де Ришелье, того самого, что служил королеве-матери и ее фавориту! Ришелье 36 лет и он на 16 лет старше Людовика.
Пользуясь перемирием с сыном, королеве-матери удалось выпросить для своего протеже кардинальскую шапку и в 1624 году пропихнуть его в королевский совет, на что Людовик, скрипя зубами, соглашается ради мира с матерью.
Ришелье во́время понимает, что ставку следует делать не на стареющую королеву-мать, а на взрослеющего короля, и начинает активно поддерживать Людовика XIII.
Ришелье оказался талантливым психологом и во́время сообразил, что молодой король хоть и нуждается в советах, но, вырвавшись на свободу, больше не потерпит, чтобы им помыкали. Осторожный политик излагал свои аргументы так мудро, что Людовик внимательно прислушивался к более старшему «товарищу», но окончательное решение всегда оставалось за ним.
В 1626 году Ришелье с риском для жизни был раскрыт заговор Гастона Орлеанского – младшего брата короля, целью которого было убить Ришелье, свергнуть Людовика и самому сесть на трон. После этого Людовик уже больше не сомневался в преданности кардинала.
Среди прочих фаворитов короля, которые рано или поздно начинали наглеть и воровать, у Людовика наконец появился человек, который смог обеспечить ему крепкий и прочный тыл.
Тем временем, главное осиное гнездо гугенотов – крепость Ла Рошель оставалась по-прежнему мятежной, которая вот-вот объявит независимость от короля, то и дело поглядывая в сторону Англии, то есть, находясь на грани измены.
В 1627 году происходит та самая осада Ла Рошели, знакомая нам по книгам о мушкетерах. В городе проживало 28 000 человек, в то время когда королевское войско насчитывало 30 000 солдат, т.е. столько же, сколько было самих ларошельцев.
12 октября 1627 года король и кардинал лично прибыли под Ла Рошель, чтобы лично руководить осадой. Людовику 26 лет, Ришелье – 42 года.
Людовик и Ришелье понимали, что брать неприступную крепость штурмом будет чистым самоубийством для королевской армии. Единственным шансом одержать победу над Ла Рошелью было взять ее в осаду, но не со стороны суши, а с моря, чтобы заблокировать кораблям вход в порт и отрезав крепость от всего мира.
По проекту гениального инженера того времени Клемана Метезо прямо в открытом море была сооружена гениальная конструкция длиной в 1,5 километра и высотой 6 метров, что по масштабности можно было сравнить только с Великой Китайской стеной. Это был настоящий технологический шедевр, опередивший свое время.
В илистое и мягкое морское дно пролива были вбиты сваи, и на этом фундаменте уже затоплены старые рыболовные лодки, набитые камнями. 59 лодок образовали одну сплошную линию от одного берега пролива до другого, полностью перекрыв доступ в порт крепости. Чтобы корабли англичан не могли пробить дамбу, Ришелье дополнительно приказал установить на затопленных судах стволы огромных деревьев, которые торчали из воды под углом 45°, словно пики – этакие «противотанковые морские ежи» XVII века, которые могли пронзить любой корабль, пытавшийся прорваться сквозь этот заслон.
Гигантская дамба полностью отрезала жителей города от остального мира. Мышеловка захлопнулась. 420 дней - 14 месяцев Ла Рошель героически сопротивлялась, но в конце концов сдалась 28 октября 1628 года.
Триумфально взяв Ла Рошель, Людовик и Ришелье заложили основы абсолютной монархии во Франции. В течение следующих 10 лет король и кардинал будут делать все, чтобы сделать из Франции сильное государство с прочной абсолютной властью короля. Не будь этого правления Людовика XIII, его сын никогда бы не смог сказать свое знаменитое: «Государство – это я!», потому что это самое государство для него подготовил его отец.
Смерть Людовика XIII
Несмотря на слабое здоровье, Людовик обладал железной волей. К 40 годам он резко сдал из-за запущенной болезни, которую придворные врачи, практически, не лечили. Он очень страдал от приступов, которые сопровождались болезненной рвотой, кровавой диареей и болями в суставах. Все это король переносил с героической стойкостью.
Возможно, его здоровье подорвала страшная болезнь, известная сегодня как болезнь Крона. Но, скорее всего, короля сгубила варварская медицина того времени. За последние два года лейб-медиком Буваром королю было сделано 34 кровопускания и 1200 клизм. Неудивительно, что его и без того не слишком крепкий организм в конце концов не выдержал этих издевательств.
После шести недель бесконечных колик Людовик XIII скончался 14 мая 1643 года в возрасте 41 года.
Каким был сын Людовика XIII - Людовик XIV, знаменитый Король-Солнце?