Сборная России сейчас, как тяжелый больной в сериале «Доктор Хаус», подключенный к медицинским аппаратам. Говорить о кончине неуместно, но и полноценной жизни тоже нет. Есть только надежда на спасеание. Что будет найдено нужное лекарство или организм сам справится с недугом.
В случае со сборной мы также ждём решения политических проблем для возвращения. А пока национальная команда ушла в тень, можно сказать в сумрак, цитируя книги Лукьяненко. О ней мало говорят и вспоминают от случая к случаю. Некоторые вообще задают каверзный вопрос – а зачем нам такая сборная?
Вот и получается, что многие не заметили важного события. У нас за последние пару лет была выстроена фактически новая национальная команда.
В первую очередь следует отметить количество «свежих» футболистов. За два «кризисных» года в нашей сборной дебютировало рекордное число игроков-новобранцев. Более «ударными» в этом плане были только сезоны после распада СССР. Но там и ситуация была особая – национальная команда «потеряла» больше половины обоймы советских времен. России, как правопреемнице пришлось строить команду заново.
У Карпина ситуация иная, он сознательно начал перестройку с акцентом на будущее.
Многие болельщики, при этом, иронизируют касательно «расширенных списков» команды. Когда Карпин вызывает, чуть ли не всех отечественных футболистов, стабильно играющих в РПЛ. Дескать, так «кто угодно» может руководить сборной.
Но сейчас мне кажется, что это единственная возможная практика. Цель национальной сборной сейчас – работа на будущее. Поэтому и надо на постоянной основе следить за максимальным числом игроков. Держать руку на пульсе. Вот мы и получаем «расширенные» списки на 30-40 человек.
Причем даже если игрок не попадёт в «окончательный состав» сборной, он все равно получит определенный знак внимания. Это опять же плюс для психологии, о чем я отдельно напишу чуть позже. А уж попадание на сборы национальной команды или выход на поле – это вообще бесценный опыт. Который может пригодится молодым футболистам в будущем.
Всё это – важнейшие вещи для формирования нового коллектива. Под возможное возвращение через N-ное количество лет. Чтобы не пришлось строить команду с нуля. Потому, что у нас уже есть целостный рабочий механизм.
Именно поэтому появился тот самый «возрастной ценз» в 30 лет (для полевых игроков). И делать из этого исключения ради «почетных ветеранов» Карпин не хочет. В этом контексте даже странно слышать претензии касательно отсутствия того же Дзюбы. Которому очень надо «набить статистику» для рекорда в сборной.
Сейчас мы в новых реалиях и строим новую команду. Которая постепенно крепнет и временами показывает очень качественный футбол. Современный, построенный на гибкости, универсальности и всеобщем прессинге.
Но, как мне кажется, главное изменение все-таки касается ментальности. У Карпина была тяжелейшая задача, крайне нетипичная для тренерской работы. Найти мотивацию для сборной, которая отстранена по политическим мотивам.
Ввиду исключительности таких ситуаций, книг и инструкций на данную тему никто не писал. Карпину неоткуда было брать «теоретическую часть» для своей работы. Все надо изучать и строить на практике. Использовать опыт той же Югославии 1990-х сложно. Там была совсем другая ситуация в рамках государства и его спортивной жизни.
Как итог, в первых матчах после отстранения витала атмосфера какой-то безнадеги и апатии. Футболисты не совсем понимали, зачем они собрались, зачем эти игры и всё в этом духе. Наши звёзды из зарубежных лиг вроде Миранчука или Головина вообще не приезжали. Ссылаясь то на травмы, то ещё на что-то. Команда выглядела откровенно плохо.
Да, для справедливости отметим, что там и соперники попались не робкого десятка. Изначально многие свысока смотрели на сборные республик Средней Азии. И слабые результаты против них воспринимали, как катастрофу. Но дальше на том же Кубке Азии мы убедились в силе этих коллективов.
Так, что ничейные исходы в тех встречах не были никаким «позором». Но общее ощущение было гнетущее, а футболистам явно не хватало «желания». Не говоря уже о том, чтобы играть «красиво». Карпин смог сломать этот негативный тренд.
Тут, как мне кажется, помогли домашние встречи. Первые игры проводились за рубежом, что вносило коррективы. Когда же на матчи против Камеруна или Кубы пришли десятки тысяч болельщиков, тут уже хочешь – не хочешь, будешь играть на совесть. И там было видно, что футболисты стараются показать себя, забить побольше и так далее.
Эти матчи психологически перезагрузили команду – факт. Но и роль тренера наверняка была огромной. Тем более, что Карпин известен, как наставник мотиватор. Который умеет зарядить команду, как следует.
А в сборной он ещё и ограничил, так скажем, резкость своего характера. Карпин – непростой человек это известно всем, но одно дело работать в клубе, другое - в национальной команде. Как сказал в свое время Черчесов, тренер сборной – государственная должность. Кто бы, как не иронизировал по поводу «Саламыча», но, по сути, он сказал все по делу.
В клубе тренер имеет право формировать состав под себя и свой стиль. Он может выгнать неудобного или неугодного игрока, сослав в дубль или выставив на трансфер. Но в национальной сборной наставник обязан работать со всеми. Вызывать лучших игроков, а не тех, кто ему «приятен».
Многие, конечно вспомнят Лёва или Луиса Энрике. Которые строили «команды-клубы», набирая исключительно тех, кто подходит под игровую модель / стиль. Но тут, как с матерными стихами Пушкина. Вы сперва напишите Евгения Онегина, а дальше материтесь сколько хотите. Вот и тут – сперва выиграйте Лигу чемпионов, как Энрике, тогда вам позволят превратить сборную в личный проект.
У Карпина такого статуса нет и он повёл себя исключительно правильно. Есть конфликт с Дзюбой – вызывай его на личный разговор, чтобы сгладить острые углы. Наболтал лишнего Глушенков про сборную и про то, что тренировки в «Зените» для него важнее. Опять же – бери его в сборную и проводи беседу. Да, Карпину не всегда удается уладить конфликты, но то, что он старается – это факт.
И это, в том числе, положительно влияет на внутреннюю обстановку в коллективе. И делает команду единым целом. Той самой «бандой», которая бьется, старается и показывает искренний футбол.