Ага беспокоится о ней, это уже лучше. Ляжет в постель, а она притворится спящей, не нужна сегодня его ласка. От одного еще не отошла до сих пор ноет все тело. Что-то долго его нет, телевизор работает. Зашла в зал, а он храпит, лежа на диване. Устал, наработался, выключила телевизор и свет и юркнула в постель. Но тут уже не было никаких мыслей. Она знала, что с этим Максимом нужно расстаться. Иначе, если узнает Алексей, то он уйдет от нее. Не прощает он измены, никому.
Она изредка встречалась с Максимом, хотя он настаивал встречаться чаще. Зацепила она его. Но он жену свою не оставит, тем более детей, ради нее. И она решила порвать с ним. Он позвонил в очередной раз, и она отказалась идти с ним на встречу. А на другой день позвонила и сказала, что встречаться с ним больше не будет. Он был недоволен ее выбором и сказал, что его еще никто не бросал, обычно это исходило от него. Вот теперь нужно успокоиться и жить, как прежде, как будто ничего и не было. Она понимала, если узнает про нее его жена, она может рассказать и Алексею про их связь. И тогда будет плохо всем.
Разрыв с Максимом пережила тяжело, привыкла за столько время к нему. Ей как будто бы не хватало его. Чтобы он не названивал ей, она сменила свой номер телефона. Алексею объяснила это тем, что часто названивают с других организаций и предлагают свои услуги.
А вскоре она почувствовала тошноту и головокружение, тетка сказала, что она беременна. Это то, что ей сейчас нужно. Родить ребенка. Она не стала говорить ничего мужу. Сначала нужно удостовериться в том, что это так. Сходила к гинекологу, и он подтвердил, беременность 4-5 недель, уже больше месяца. Это уже ребенок Алексея, с Максимом она старалась предохраняться. Вот теперь можно и обрадовать отца ребенка. Она дождалась Алексея вечером с работы и сообщила ему радостную новость.
- Алеша, ты не замечаешь во мне никакие перемены, - встала она перед ним.
- Халат другой купила, я у тебя такой не видел, - сказал он не глядя на нее.
- Алеша очнись, ты где витаешь, в этом халате я каждый день тебя встречаю с работы, - сказала с раздражением она.
- Ну не злись, может я просто не замечал его, вообще он тебе очень идет, - улыбнулся он.
- Какой ты внимательный у меня, тогда больше ничего не буду говорить, - она обиженно отвернулась.
- Нет уж начала договаривай, что я должен заметить?
- Я беременна, Алеша, ты рад этому.
- Конечно рад, - он обнял и прижал ее к себе. - Дети наша радость, наше продолжение жизни.
- И все, - она подняла глаза на лоб.
- А что еще должно быть, - недоуменно спросил он.
- Ты должен был носить меня на руках за эту новость.
- А, ну тогда сейчас возьму, - он не знал с какого края подойти к ней.
- Все, проехали, вижу, ты ничему не рад, - и она ушла в спальню. – Легла на кровать и отвернулась к стенке.
- Ну не дуйся, иди ко мне. А можно в это время тебя любить, - шепотом спросил он ее.
- Даже нужно, хоть так ты компенсируешь то, что так холодно отозвался об этом.
В выходной они решили съездить к родителям и обрадовать их, что у них будет внук или внучка.
Приехали в поселок и решили заехать в магазин. Катя вышла из машины и побежала к магазину. Алексей сидел в машине, и смотрел по сторонам, как же давно он тут не был. Вдруг в одной из женщин, он увидел, что-то знакомое. Так это же Маша, он хотел выскочить из машины, но вовремя остановился. Как она располнела, беременна, догадался он и срок видно большой. Это сколько же они не виделись с ней. Чуть больше полгода, месяцев семь восемь. Значит, она была уже беременна задолго до их разрыва. А так представлялась, что любит его. А он, несмотря ни на что, сейчас пошел за ней, обнял, прижал к себе, такую родную, любимую. Жил с Катей, и постоянно думал о ней, не мог с собой ничего поделать. Но ребенок меняет все, ради него нужно забыть ее, и никогда больше не вспоминать. Но как это сделать, его сердце стонало от боли и любви.
Приближалось время родов, я уже не работала и жила у матери, пока не было Ивана. Он хоть с трудом, но согласился на это. А свекровь и не вспоминала в это время обо мне. И не позвонит и не пригласит к себе. Не нужна я ей. Мать толкала меня туда, просила сходить, да быть со свекровью по ласковее. Она только одного не понимает, не нужно ей это, и нечего перед ней унижаться. Мне и одного месяца хватает, общения с ней, пока Иван живет здесь. Он успокаивает меня тем, что обязательно заработает на квартиру, и мы уйдем от матери. Но я же видела, что он недоволен тем, что я не живу в их квартире. А как там жить, свекровь постоянно косо смотрит на меня, как будто в чем-то меня подозревает. А может, чувствует, что я не люблю Ивана. Так и не смогла его полюбить, как не пыталась. Его перебивает образ Алексея, такого милого, родного. Сейчас бы так и побежала к нему без оглядки. Но так, к сожалению нельзя, дороги назад нет.
Не доходя до дома меня, так резанула боль, что дышать тяжело стало. Это что, рожать уже время. Но по моим подсчетам еще больше двух недель осталось. Хотя мать говорит, что она меня тоже раньше положенного срока родила, так бывает. Две недели туда, две недели сюда, ничего не значит. Я скрючилась, и так пошла до дома, совсем немного осталось. Мать увидела меня в окно и выбежала навстречу.
- Маша, что случилось, у тебя живот болит, - обеспокоенно спросила она.
- Да так сильно скрутило, что дышать нечем, это, что я уже рожать буду, - испуганно спросила я.
- Да видно роды подошли. Сейчас скорую помощь вызову, пойдем в дом. Да не волнуйся ты, все женщины через это проходили, все будет хорошо.
Меня привезли в роддом. Схватки накатывали через небольшой интервал одна за другой, и я уже ни о чем другом не думала. Боль, распирающая изнутри, не давала расслабиться.
- Дыши, как тебя учили в больнице, моя хорошая, - сказала медсестра.
- Не могу, мне больно, - кричала я.
- Кричи, тут никто не воспрещает, я понимаю очень больно, но зато потом будет хорошо. Давай повторяй за мной упражнения дыхания, и ты будешь на них отвлекаться.
Я потеряла счет времени, но к ночи с меня вдруг хлынули воды, и медсестра позвала меня на кресло. И тут же закричала, чтобы санитарка готовила воду, тут уже время рожать подошло.
- А теперь давай тужься, и сильно, чтобы вытолкнуть оттуда ребенка. Головка уже показалась, да не сжимай ты ноги, хлопнула она меня по ляжкам. Давай моя хорошая, еще чуть, чуть, осталось, Кричи, сколько тебе влезет, я понимаю больно, - разговаривала со мной медсестра.
– Скоро уже все закончится, и ты отдохнешь, давай еще рывок, да посильнее, вот так. Ох, вот она наша красавица, девочка у тебя. Ну вот, а ты боялась, все через это проходят.
- Простите, что буянила тут у вас, кричала, - сказала я.
- Это все естественно, боли то какие перетерпела, зато теперь хорошо стало. Сейчас еще одна процедура и мы оставит тебя в покое, отдохнешь. Вот она твоя красавица и положила дочку мне на грудь. – Пусть привыкает к мамке, к твоему запаху. Они уже и сейчас все чувствуют.
А я гладила дочку по головке и слезы мои стекали по лицу. Вот она моя частичка, моя и Ивана. Но он пока не знает, что я родила. Свекровь позвонит и скажет, а через три недели он и сам приедет.