1994 год. Великобритания оправляется от рецессии. В эфире правят брит-поп и гранж. У власти находится Консервативная партия Джона Мейджора, которая только что приняла Закон об уголовном правосудии и общественном порядке.
Главной целью закона было подавление бурно развивающейся рейв-сцены, сделав незаконными собрания десяти и более человек на открытом воздухе для прослушивания "музыки, [которая] включает звуки, полностью или преимущественно характеризующиеся последовательностью повторяющихся битов".
Этот нелепо широкий термин охватывал весь спектр рейв-музыки, в развитии которой Великобритания играла ключевую роль. Брейкбит, хардкор, джангл, драм-н-бэйс, эйсид-хаус — все это свелось к расплывчатому эпитету, и тысячи людей, которые собирались на полях каждые выходные, чтобы танцевать, внезапно стали преступниками.
Именно на этом фоне вышел альбом The Prodigy – Music For The Jilted Generation. Как сказал лидер группы Лиам Хоулетт в интервью Melody Maker в 1994 году сразу после выхода альбома: "Потерянное поколение — это все дети, которые выросли на этой якобы развращающей танцевальной музыке. Правительство пытается выставить всю сцену в плохом свете, и они хотят, чтобы все перестали выходить на улицу и веселиться".
Выпущенный на XL Recordings 30 лет назад, в этом месяце, он до сих пор звучит свежо, как никогда, и в то же время очень соответствует своему времени, являясь моментальным снимком культурного и политического ландшафта своей эпохи.
"Поэтому я решил вернуть свою работу в андеграунд. Чтобы она не попала в чужие руки", - говорит голос во вступлении к альбому среди стука пишущей машинки и задумчивых синтезаторов. Это заявление о намерениях, которое задает тон всему происходящему.
The Prodigy Experience, безусловно, выделял их из общей массы, но все еще был очень сильно укоренен в рейве, с его пульсирующими брейкбитами, звенящими фортепианными рефренами и синтезаторами "хувер".
Однако с Music For The Jilted Generation 23-летний вундеркинд Лиам Хоулетт повел The Prodigy на более темную территорию. Он ввел рок- и метал-гитары, сэмплы из фильмов ужасов, более тяжелые басовые партии и угрожающую эстетику. Он сознательно играл на образе пугала, который правительство и СМИ создали из рейверов, и тем самым создал одну из первых великих кроссовер-пластинок в стиле дэнс/рок.
Пожалуй, лучший пример этого нового, более мясного звучания - Their Law, написанная в сотрудничестве с группой grebo Pop Will Eat Itself. Построенная на зловещем индастриал-метал риффе и вокальном хуке, вызывающе восклицающем "К черту их и их закон!", это была до тех пор одна из самых тяжелых песен, выпущенных The Prodigy, и предвестник того, что они будут делать на будущих записях.
Their Law содержит самый явный политический комментарий на альбоме и идеально дополняется обложкой. Хотя иллюстрация Стюарта Хэгарта с изображением мучительного лица, отлитого из металла, безусловно, культовая, внутренняя обложка Леса Эдвардса, пожалуй, стала более печально известной. На ней изображен длинноволосый рейвер, показывающий средний палец орущей стае полицейских, разрывая мост между ними. Идеальная визуальная аллегория этоса альбома.
Также к вайбу дэнс/рок кроссовера склоняется сингл Voodoo People, основой которого является гитарный рифф, основанный на Very Ape группы Nirvana. Хотя многие звуки на Music For The Jilted Generation были созданы Лиамом Хоулеттом путем сэмплирования и обработки звуков из других записей и саундтреков к фильмам, в данном случае он решил нанять сессионного гитариста Лэнса Риддлера, чтобы воссоздать рифф. Остальная часть трека, однако, построена на драм-лупах, разговорных фрагментах, флейтах и басовых партиях таких исполнителей, как Led Zeppelin, Simple Minds, Shaft, Jonny Pate и The Last Poets.
Хотя он сделал себе имя на рейв-сцене, а в 1994 году сильно склонялся к миру рока и металла, Лиам Хоулетт вырос, слушая и диджея хип-хоп. Сэмплирование старых записей было фундаментальной частью раннего хип-хопа, и именно пионеры той эпохи вдохновили Хоулетта на мастерское владение секвенсором/сэмплером Roland W-90, на котором была создана большая часть Jilted....
В то время как большая часть материала The Prodigy была создана в домашней студии Хоулетта (прозванной Earthbound Studios), звукорежиссер и сопродюсер Нил Маклеллан убедил его, хотя и неохотно, попробовать поработать в профессиональной студии. Они решили взять синглы Voodoo People, No Good (Start The Dance), Poison и One Love, а также Voodoo People Goa (The Heat, The Energy Part 2) в лондонскую студию Strongroom Studios. Здесь они могли обработать оригинальные записи, созданные в Earthbound, через пульты Neve и добавить дополнительную живую инструментовку.
Хотя сначала группа беспокоилась, что профессиональная обстановка сделает песни "слишком мягкими", это оказалось мастерским ходом. Хоулетт и Маклеллан смогли перенести нетрадиционный подход к записи "сделай сам", который они разработали в Earthbound, на множество дорогих и высокотехнологичных микшерных пультов, микрофонов и усилителей. Они экспериментировали с размещением микрофонов в помещении, даже помещая их внутрь рояля, чтобы уловить реверберацию струн от синтезированного баса.
В результате получился альбом, который звучит масштабно, где все доведено до предела, но при этом звучит так же четко, как и 30 лет назад.
Возьмем, к примеру, Poison с его среднетемповым нью-джек свингом, эйсид-басом и мощными ударами драм-машины 909. В основе лежит хип-хоп бит, но с фирменными студийными трюками Хоулетта и культовым вокальным хуком Maxim Reality это, пожалуй, один из самых типичных треков The Prodigy. Интересно, что это также единственный трек на Jilted..., в написании которого участвовал один из других постоянных участников группы, Maxim. Хотя в то время панк с взъерошенными волосами Кит Флинт был неотъемлемой частью концертных выступлений группы, он отошел на второй план в процессе создания этого альбома. Лишь в следующем альбоме, Fat Of The Land, он принял более активное участие в написании и сопродюсировании.
Конфронтационное отношение, смешение жанров в аранжировках и технические эксперименты принесли Music For The Jilted Generation первое место в британском альбомном чарте. Это был первый альбом The Prodigy, добившийся такого успеха, и он задал тренд для всех последующих альбомов.
Поистине революционный альбом, который три десятилетия спустя остается таким же жизненно важным и бодрящим, как и прежде.