В зарослях Донского кладбища Москвы притаился гранитный памятник с несколькими фамилиями - внизу весьма знаменитая: Таривердиев. Присмотревшись, можно разглядеть и имя: Карен Микаэлович. Здесь похоронен сын знаменитого советского композитора Микаэла Леоновича Таривердиева, написавшего музыку ко многим фильмам и спектаклям: «Семнадцать мгновений весны», «Ирония судьбы, или «С легким паром», «Мой младший брат», «Король-олень», «До свидания, мальчики», «Старомодная комедия», всего он создал музыку к 132 фильмам. А его единственный сын выбрал профессию войскового разведчика и служил в частях специального назначения ГРУ.
Карен родился в апреле 1960 г. в семье солистки филармонии Елены Андреевой и композитора Микаэла Таривердиева. Родители развелись, когда мальчику было около 11 лет. Но с отцом мальчик виделся каждое воскресенье, а также ездил жить к нему на каникулы. Отношения у них были сложные. Друг и однополчанин Карена, известный историк советского спецназа в Афганской войне С.В. Козлов вспоминал: «Карик был человек неординарный. Поэтому и «заскоков» у него было более чем достаточно. Один из них — комплекс сына великого человека. Карен постоянно пытался доказать, что он и без отца, кое-чего стоит».
На вопрос— Как вы попали в военное училище? – Карен отвечал так: «Да, в общем, случайно. Отец сказал матери: «Не трогай его. Он сейчас в таком состоянии, что или в тюрьму сядет, или в армию должен пойти». Мы все в определенном возрасте изрядные обалдуи. Я бросил МГУ, философский … Собственно, и поступал туда только для того, чтобы себе доказать, что смогу поступить на самый престижный факультет. Но на втором курсе окончательно скис от тоски, несмотря на повышенную стипендию. Захотелось мужского экстрима. Мужской экстрим по тем временам — это что-то этакое сибирско-таежное. Уехал в Западную Сибирь, в нефтеразведочную экспедицию. Нахлебался таежной романтики выше крыши. Все нормально, только смысл? Я же на домик в деревне зарабатывать не собирался. Вернулся в Москву, отправился в родной черемушкинский военкомат и попросил, чтобы меня призвали в армию, несмотря, на имеющуюся бронь. В военкомате удивились, но в армию призвали».
После полугода службы в ВДВ Карен поступил в Рязанское высшее воздушно-десантное училище. Там, в одном подразделении, готовили офицеров-разведчиков. Они изучали иностранные языки — английский, немецкий, французский, китайский. Карену дали учить фарси, поэтому, когда ввели войска в Афганистан, знания ему очень пригодились. На войну пошел добровольно. Воевал в составе 177-го отдельного отряда специального назначения, который стоял в Газни. Его должность - начальник разведки отряда, по сути, штабная. Было немало офицеров, которые именно так ее понимали и так ее исполняли. У Карена же за плечами более шестидесяти боевых выходов и два тяжелых ранения. Однажды ехал с колонной, которая попала в засаду. Таривердиев пытался совершить обходной маневр, чтобы зайти "духам" во фланг, но получил ранение в ногу.
Ему часто задавали вопрос — Почему отец не расстелил перед вами красной ковровой дорожки? Ответ звучал так: «Наоборот, он всегда говорил: «Ты давай сам, парень, вперед!» А когда знакомые отца спросили: «Микаэл Леонович, вы что, не можете своего родного сына от Афгана отмазать?», он ответил: «А что я скажу? Не посылайте моего сына на смерть, а пошлите сына уборщицы?» Когда я первый раз был ранен и лежал в Бурденко, отец каждый день ко мне приходил — я видел, как он переживает. А потом мы стояли на лестничной клетке, курили, и я сказал: «Папа, я хочу вернуться обратно». — «Тебе что, мало?» Ты еле с костылей слез». — «Нет, за пять месяцев я кое-чему обучился. Если я не вернусь, у моих ребят будет новый лейтенант, которого пришлют из училища и который еще не имеет моего опыта. Кто даст гарантию, что он их не угробит?» И отец сказал: «Возвращайся». Я вернулся. И у меня в боях почти ни одного покойника за плечами. Ранеными терял, а убитыми — нет. «Почти» — это потому что в последнюю свою боевую ночь одного солдата я все-таки потерял. Мы подорвались на минном поле. Осколки пошли понизу. К этому моменту все по моей команде встали, а он — нет, сидеть остался. Устал сильно, а потому задержался. В итоге все получили в основном по ногам, а он точно в лоб. Рядовой Алексеев его фамилия».
С 1986 г. на смотровой площадке ЦМВС экспонировалась небольшая мобильная 12-ти ствольная реактивная установка залпового огня (РСЗО) китайского производства, тип «63». Она была захвачена в Афганистане в провинции Газни в ноябре 1985 г. группой под командованием ст. лейтенанта Карена Таривердиева. 25 ноября 1985 года начальник разведки отряда Таривердиев получил задачу устроить засаду в месте предполагаемого появления боевиков. Группа десантировалась в горах с двух вертолетов Ми-8 и после 4-х часового марша подошла к месту засады. В третьем часу ночи разведчики услышали шум двигателя, потом появился трактор с прицепом. В нем находились шесть вооруженных людей. Уничтожив противника, разведчики обнаружили в прицепе реактивную установку незнакомого типа. Это был очень ценный трофей. Понимая, что с рассветом моджахеды попытаются отбить установку, Таривердиев связался с командиром отряда и попросил организовать поддержку с воздуха. Утром появилась наша авиация и нанесла удар по готовящимся атаковать группам душманов. Те решили в драку не ввязываться. Установку загрузили в Ми-8, но подъемной силы не хватило, и вертолет упал. Высота была еще небольшой и, к счастью, никто не пострадал. Вторая попытка оказалась успешной, и разведчики с трофеем добрались до своего отряда. Ценный трофей немедленно затребовала Москва, куда его и отправили самолетом. Командир отряда и Таривердиев сопроводили его в столицу. Вся разведгруппа была награждена орденами и медалями, Таривердиев – орденом Красного Знамени. А установку после изучения передали на хранение в ЦМВС СССР. Четверть века простояла она на открытой площадке боевой техники. К сожалению, музей не располагал никакой информацией, кем и при каких обстоятельствах она была захвачена в Афганистане. И только в начале 2010-х гг. сотрудники музея с помощью ветеранов 177-го отряда спецназа установили все подробности. Майор Карен Таривердиев несколько раз посетил музей для встречи со своим трофеем. Установку переместили с улицы в новый зал с экспозицией об Афганской войне, где развернули специальный раздел о героях 177-го отряда.
После Афганистана, где Карен находился более двух лет, он служил в различных бригадах спецназа. В 1994 г. уволился из армии, работал в МЧС, вел на телевидении передачу «Дорожный патруль». Афганистан не отпускал его душу, и Карен стал писать очень откровенные щемящие рассказы о том, что пережил на войне. Некоторые опубликованы и выложены в интернете.
Однополчанин С.Н. Козлов вспоминал: «Два ранения здоровья никому не добавляют, и он частенько болел. Позже у Карена началось воспаление поджелудочной железы. В госпитале долго не могли поставить диагноз. Потом сошлись на том, что это рак. Сделали операцию, удалили чуть ли не половину внутренних органов. Когда добрались до опухоли, та оказалась доброкачественной. А то, что вырезали, назад уже не пришьёшь. Карен и без того толстяком не был, а после операции совсем усох. Руководитель компании по разминированию, где Карен тогда работал, видя его состояние, повез в знакомую деревенскую церковь. Тамошний батюшка лишних вопросов задавать не стал, ночью отпер храм, приготовил крест, святую воду…, вообщем жизнь Карену батюшка продлил». Только, к сожалению, ненадолго. Майор запаса Карен Микаэлович Таривердиев умер 12 июля 2014 г., на 55-м году жизни.
Однажды ему задали вопрос: - В мирной жизни есть место подвигу? Кто сейчас герои? — Быть честным человеком сегодня — это уже подвиг. Честный человек у власти — подвиг вдвойне. — Вы говорили, служба в Афганистане была для вас самым счастливым временем. Почему? — Потому что я там был нужен. Потому что там не было права на ошибку. Потому что я там жил полной жизнью. Потому что тогда не было ощущения, что все, что окружает вокруг — это только суррогат. У меня вообще впечатление, что я погиб в Афганистане — тогда, на последнем подрыве. А все, что сейчас — это не со мной. Это с каким-то другим человеком.