Сообщается также, что Северная Корея может направить в Россию 12 тысяч своих военных, включая подразделения спецназа.
Военный эксперт, Заслуженный военный летчик генерал-майор Владимир Попов в беседе с журналистами пояснил происходящее и определил, почему шаг, который сделала Северная Корея – сигнал всему миру.
Почему это известие вызвало такую реакцию противника?
Корейский боец замотивирован на выполнение боевой задачи не менее, чем советские комсомольцы-диверсанты в 41 году, но при этом этот боец вооружён и обучен по нормам XXI века и напутствован лично Великим вождём корейского народа.
Началось всё с того, что разведка Южной Кореи заявила, что 1500 солдат из Северной Кореи уже находятся на Дальнем Востоке, откуда они «поедут на Украину». Украинская сторона сообщила, что имеет «неопровержимые сведения»: первые 11 тысяч солдат КНДР будут готовы вступить в бой уже 1 ноября. Всего же, по некоторым данным, в Россию прибудут 12 тысяч северокорейских бойцов.
Генерал Попов объяснил:
– Дело в том, что у нас есть возможность использовать северокорейских бойцов в охране военных и инфраструктурных объектов: железнодорожных линий, мостов, переправ, в обеспечении и обслуживании полигонов... Сейчас вот вторую ветку БАМа – Байкало-Амурской магистрали – нужно охранять от тех же украинских диверсантов, а также наши военные заводы, фабрики, стратегически важные аэродромы, арсеналы, где хранится боекомплект.
А затем генерал продолжил размышлять:
– Можно ли использовать этих солдат в боевых действиях? – неспешно строил предположения генерал. – Должен быть отработан хотя бы минимальный словарный запас слов – русских и корейских, чтобы военнослужащие обеих стран могли общаться между собой при выполнении тех или иных задач. Наверное, сейчас как раз и будут этим заниматься. Потому что бытовой язык – это одно, а военно-технический – совершенно другое дело. Кроме того, сейчас будут решаться вопросы учебно-тренировочной подготовки, боевого дежурства и обеспечения безопасности нашего государства.
Далее генерал заявил, что для решения стоящих перед Россией задач в свете сложившейся в мире ситуации прежняя военная концепция оказалась нежизнеспособна:
– Давно говорю, что у нас в идеале должна быть трехмиллионная армия. Пока же у нас есть дефицит личного состава, особенно хорошо подготовленных специалистов рядового, сержантского, офицерского составов. (Интересно, а кто ещё остаётся в избытке – генералы?)
Поэтому иностранные специалисты могут заполнить наши штатные единицы и помочь сохранить потенциал глубоко в тылу. А мы бы в свою очередь активизировались бы больше на тех территориях, которые нам приходится освобождать. Грубо говоря, северокорейских военнослужащих мы можем поставить на Дальний Восток, Сибирь, в южной части страны и снять оттуда наших специалистов. А почему бы и нет? Зачем отказываться от этой помощи, если дефицит существует.
Подразделений, где можем применить военных из КНДР, очень много. Мы их сейчас подготовим, и это будут национальные подразделения, но двойного подчинения – они будут работать как со своим, так и с нашим командованием.
А дальше генерал произнёс непростую фразу:
– Им очертят круг задач, и они будут их выполнять.
Отвечая на вопрос, будут ли задействованы бойцы армии КНДР в Курской области, генерал ответил:
– Думаю, в данный момент в этом нет особой надобности. Кроме того, как я уже говорил, должен быть снят языковой барьер, должна наработаться культура поведения. Ведь очень важно взаимодействовать с населением – а с этим на первых порах будет очень тяжело...
Генерал – хотел или не хотел – успокоил перепуганных европейцев, ожидавших корейских спецназовцев у своих границ (и не только у границ):
– Скорее всего, они будут направлены на Дальний Восток, затем в Хабаровск и в Западную Сибирь, максимум до Урала. Дальше их отправлять нет смысла – это все равно, что размазать маленький кусочек маслица по большому куску хлеба – масла даже не заметишь. После подготовки, допускаю, что в реальных боевых действиях могут участвовать отдельные военнослужащие-добровольцы, потому что для Северной Кореи все-таки это уникальный боевой опыт.
Генерал продолжил анализировать ситуацию:
– Нужно, минимум, полгода-год. Военные должны поработать, пожить в наших условиях, адаптироваться к тому же климату. А потом будет видно. 12 тысяч – это хорошее самостоятельное бригадное подразделение со своими тыловиками, арсеналом, питанием, организацией быта. Чуть больше полка, но меньше дивизии. Но для поддержания наших границ это хорошая и очень современная помощь. Более того – это сигнал всем странам СНГ.
Было бы эффективно, если бы все страны СНГ взяли на себя обязательство выделить батальоны, роты с этими же целями – не защищать Россию, она сама справится – а проводить совместное обучение уже на нашей территории и выполнять служебно-боевые задачи по охране обороне отдельных объектов. Тогда это действительно был бы альянс, который проявил бы себя не только на бумаге или словах, а на деле.
И пусть наши соседи – Казахстан, Киргизия и остальные – не беспокоятся: «за ленточку» мы их не отправим. Мы не просим проливать за нас кровь. Но военнослужащие стран СНГ могли бы также прикрыть наши тыловые подразделения в том же в Воронеже, Ростове, Туле.
Так что, корейцы – это только первая ласточка?