Работа ночным сторожем занимает время, но бережет силы, а последних у бывшего прапорщика уже изрядно убавилось. Пятьдесят пять лет, ребята, тот самый возраст, когда не стоит и думать о том, чтобы начинать чего-то с чистого листа. Конечно, существуют и другие примеры, и их немало, но тут уже – каждый решает сам.
Итак, уволившись из вооруженных сил по состоянию возраста, Сергей Петрович решил не бездельничать, но и утруждать себя серьезными обязанностями никакого желания не возникало. Работа сторожем получилась компромиссом – вроде и без дела не маешься, с другой стороны и перетрудиться не получится. Работа не пыльная – сутки через трое охраняешь шлагбаум в гаражный кооператив, зарплата, к слову, тоже не пыльная, но вместе с пенсией – можно прожить. Конечно, и в такой работе нюансы имеются, но они есть везде – куда же без них?
В девять вечера машин поубавилось, водители сидели дома, готовясь ко сну – самое время пройтись по периметру и Плотников, вооружившись дежурным фонарем, пошел на обход. На улице все было чисто – ворота заперты, машин нигде нет. Совершив полный круг по наружному периметру, Сергей Петрович облегченно вздохнул – бывало такое, что машины бросали на улице, загораживая ворота в чей-то гараж. Такое случалось и в дежурство Плотникова, не часто, но надолго запомнился и единственный раз…
Когда с осмотром периметра было закончено, Сергей Петрович решил осмотреть трехэтажные гаражи – три широких въезда в общее здание, во внутренний муравейник с множеством ворот. Как только он пересек центральный въезд в здание, по глазам ударила пыльная полумгла, светильники не справлялись со своей задачей, пришлось воспользоваться карманным фонарем. Включая фонарь отставной прапорщик уже знал, что увидит и многочисленный шорох его не напугал - под ярким лучом разбегались мыши, крысы и прочие грызуны. На кой черт это зверье лезло в гаражи, Плотников не знал, но с их присутствием давно смирился, среди владельцев гаражей были представители и похуже крыс.
Как раз один из таких владельцев сейчас подъехал к пустующей сторожке и нещадно сигналил у опущенного шлагбаума, требуя незамедлительно поднять его. У всех постояльцев гаражного кооператива в телефоне был забит специальный номер, открывающий шлагбаум быстро и без труда, но были и такие, считавшие что шлагбаум должен подниматься автоматически, не важно кто нажмет на кнопку – сторож или швейцар, но шлагбаум должен открыться и точка, иначе паразит будет жать на клаксон.
К счастью, таких оригиналов было немного, в гаражном кооперативе Зенит их насчитывалось только два: Иван – владелец двадцать четвертого номера и Женя из номера восемьдесят пять. Иван нормальный мужик, но уж скор на расправу, к нему с вопросами лучше не подходить, Евгений с виду спокойнее, но с ним вообще лучше не связываться, что внутри, что снаружи - натуральный бандит. Оба ездят на солидных машинах и привыкли, что все в этой жизни совершается только для них…
Снова раздался громкий гудок сигнала – призывный и нервный разрубил тишину. Часы Сергея Петровича показывали уже без четверти десять, а вокруг гаражей жилые дома, того и гляди – всю округу перебудит, - и выбрали ж время, черти вас дери! Но деваться некуда, иначе так и будут сигналить, и пожилой сторож поспешил к себе.
Уже выбежав на улицу, он увидел, огни проезжающего автомобиля и протяжный скрип шлагбаума, опускающегося вниз. С таким скрипом шлагбаум опускается лишь в том случае, когда его поднимали при помощи рук, - нет, ну что ж за люди, ведь себе делают хуже! – обреченно подумал уставший старик.
Мимо сторожа пронеслись огни мерседеса и снова раздался протяжный сигнал, - стало быть Женька к себе в гараж поехал, да не просто поехал, еще и обматерил! Плотников успел удивиться, что тот ехал без музыки, но тут же раздались далекие басы, хриплый голос из мощных динамиков магнитолы пел про то, как нелегко среди уродов жить нормальному пацану…
Никакого желания проверять оставшиеся этажи гаражей у Сергея Петровича больше не было, и он обреченно направился в сторожку – извиниться перед Евгением на обратном пути, - только нельзя его называть по имени, только Жекой, иначе рассердится и будет орать.
Через пять минут сторож услышал, как противно проскрежетали дверные петли – Жека спускался в подвалы, уводящие под гаражи. Во всем здании было всего два спуска в подвалы и судя по звуку, сейчас скрипела дальняя металлическая дверь, - ну вот и ответ на вопрос – откуда берется мусор, а председатель за это кричит на сторожей каждый день.
Еще через несколько минут мимо освещенной сторожки прошел и сам Жека – бритый череп, втиснутый в спортивный костюм. Сергей Петрович попытался его поприветствовать, даже встал со стула, да так и застыл с протянутой рукой, - ни дать, ни взять, стою здесь как Ленин, а этот громила в мою сторону даже не взглянул… Разозлившись на себя за проявленную учтивость, Плотников решил проведать дальний вход в подвал, чтобы удостовериться в своей теории, - скажу председателю, пусть тогда на Жеку орет!
На улице было тепло и безветренно, на город уже опустилась ночь, на небе ярко горели звезды и гаражи освещала желтая луна. Доковыляв до дальнего спуска в подвалы, он потянул на себя металлическую дверь, но та не поддалась. Присмотревшись, сторож обратил внимание, что дверь захлопнули с такой силой, что она своим краем наскочила на кирпичи, - теперь ее без труда уже не откроешь, - вздохнул Плотников и вернулся в сторожку, чтобы поискать там лом.
Потратив на это не менее получаса, Сергей Петрович все-таки распечатал дверь, из подвала повеяло теплом и сыростью, запахом плесени и прелой листвой. Осторожно нащупав первую ступеньку, он стал спускаться, придерживаясь за стену рукой. Спуск в подвалы был не из легких, короткая лестница практически под прямым углом уводила вниз.
Почувствовав под ногой пол подвала, сторож замер и облегченно перевел дух, староват он уже для таких спусков, не то, что каких-то десять лет назад, - тогда бы и Жека вел себя по-другому, - удрученно подумал уставший старик. За лестницей деревянная дверь, ведущая вправо – по длинному коридору, обрывающемуся у дальней стены, обычно там и находили пакеты с мусором, за которые председатель постоянно кричал.
Нащупав выключатель за дверью коридора, Плотников щелкнул и включил свет. Вдаль побежала дорожка из лампочек, таких же тусклых и пыльных, как в гаражах наверху. У дальней стены виднелись пакеты, - ну конечно Жека, кому-же еще?! И все-таки сторож решил удостовериться, что там стоит мусор, а не чего-то еще…
Узкий коридор, но прямой, не извилистый, уводил вперед к дальней стене, из боковых стен выступали двери, закрытые на причудливые навесные замки. В этом тесном и узком пространстве, расположенном в нескольких метрах под землей, умещалось аж тридцать два подвала, все это Плотников помнил и знал. Решив совместить спуск в подвал с пользой для дела, он вынул из кармана небольшой мел, - напишу на дверях, чтобы замки внутрь врезали, не у всех владельцев врезные замки.
Пользы от такого занятия не было ни единой, но бывший прапорщик порядок знал. Тут, конечно, и красть было нечего, но все равно, - вставь внутренний замок, - выводил Сергей Петрович аккуратным подчерком на ржавой двери с номером пять. Кое-где на дверях были и номера нечитаемые, бывший военный решил и об этом хозяевам написать – «врежь замок» и «номер не читается» - вывел он на семнадцатой двери. Плотников успел добраться уже до середины прохода, когда внезапно отключился свет…
Темнота повисла угрожающая и кромешная, о такой темноте заверяют, - хоть глаз коли. Вдобавок из прохода повеяло холодом, немедленно выдавившим теплую сырость подвального помещения. Показалось это, или не показалось, но Сергею Петровичу почудилось, что он внутри уже не один – шестое чувство подсказывало неладное и он полез в карман за фонарем. Проклятый фонарь угодил за подкладку и ни в какую не желал вылезать, пришлось отрывать карман форменной куртки, - эх, и за это утром еще влетит…
Сзади послышались приглушенные звуки, и сторож обернулся, смотря назад. Он еще не успел освободить свой фонарь, застрявший под одеждой, но все же сумел его включить. Подкладка куртки заглушала луч света, но позади него маячила тень – неровная и подвижная под прыгающим светом, но все-таки это была его тень. Вопрос, последовавший за этим утверждением, заставил его разодрать свой бушлат – новая вещь и почти непоношенная, но зарождавшийся страх заставлял спешить.
Тень исчезла под ярким лучом света, - да и была ли она раньше, эта неясная тень? - если не было позади меня никакого света, откуда спереди появилась тень? Но и эти вопросы повисли в воздухе, в холодном и зябком, но уже не сыром. В таких условиях он забыл о цели своего визита и обернувшись, быстро заспешил назад, направляясь в сторону выхода из подвала гаражей.
Проход сделался немного шире, а потолок навис ниже – возможно кажется, но … и все-таки – но! До потолка без труда доставала рука отставного прапорщика, а раньше он не мог его достать, - меняли в прошлом лампочки, знаем, без табурета и до них-то мне не долезть… но тогда какого черта сейчас происходит? – подумал Плотников, в очередной раз пройдясь ладонью вдоль неровностей потолка. Да и коридор сделался значительно шире, чтобы достать до противоположных стен уже не хватало и длинны рук, а раньше он двигался по нему боком, чтобы выпирающий засов рукой не задеть… Нет, что-то неладное происходило с коридором, но этот вопрос следовало оставить на потом, сейчас было главное выбраться на поверхность, в реальный и привычный, проверенный мир.
Продолжение следует..
Не забывайте про лайк или комментарии, если понравился рассказ
Обратите внимание:
Заглянуть за Мираж
По дороге домой профессора Семенова останавливает полицейский патруль, и без всяких причин увозит в неизвестном направлении. Профессора бросают к другим задержанным, каждому из которых предстоит отправиться в другой мир - задача выжить и вернуться обратно. Пытаясь приспособиться к новым условиям, Семенов понимает страшный факт - не все происходящее является реальностью. Для возвращения к привычной жизни ему предстоит ответить на главный вопрос – кто настоящий профессор Семенов?
ПСИХУШКА (озвучено профессиональным диктором)
Мрачные стены и обшарпанный потолок, скрипучая дверь и решетки на окнах. Сквозняк и стоны в темных коридорах, и безумие видно в каждых глазах.. Нет, это не глубины ада, это больница для умалишенных, или дом скорби, как принято ее называть.