Я быстро шла на поправку, врачи сначала не понимали почему была длительная кома, а теперь не понимали стремительного выздоровления. Дедушка передал с гостинцами от бабы Житы ещё и мазь, сказал наносить на шрамы, но никому не показывать, хранить в строгой тайне. И за несколько дней от шрамов не осталось и следа, что ещё больше повергло в шок медиков.
-Какая уникальная девушка, – бубнил врач, рассеяно почёсывая лысеющий затылок.
Первые дни было неловко оставаться с мамой один на один. Мы долгое время не общались и как рассказать ей о произошедшем, я не понимала. Мама в свою очередь иногда бросала на меня пронзительные взгляды и вздыхала. В итоге у меня сдали нервы:
-Мам, такое дело... Я даже не знаю как сказать – то, – руки мяли больничный пододеяльник.
-То что ты ведьма? Знаю.
-Как? Откуда? – я подскочила на кровати.
-Думаю, пришло время поговорить.
Из долгого разговора, блуждающего вокруг, да около горячей темы, я кое-как выпытала, что мама ведунья, и что передаётся дар последнему ребёнку женщины. В дуэте с силой отца получилась моя гремучая смесь, которую даже дед не мог разгадать. Маме не нужно было общаться со мной, чтобы знать о моей жизни.
-То есть ты и про этого знаешь?...
-Знаю, доченька. И знаю, что ты себя винишь, но напрасно. Ты не виновата, что он юродивый. В другой раз выбирай мужчину более внимательно. Кстати, а вот Итья, очень хороший мужчина!
-Ма-а-а-а-а-м! – я залезла с головой под пододеяльник, чтобы мама не увидела раскрасневшихся щёк. Говорить с ней на темы любви, отношений и чувств всегда было тяжело, поэтому я с детства выбирала тактику молчания.
В палате всегда были близкие, только Шах, Баюн и домовые не посещали меня. Одних не пускали, вторые избегали лечебницы десятой дорогой, поэтому шебутной квартет ждал меня в доме дедушки.
Шишма приходила с бабой Житой. При чём даже не пряталась особо, пришли старушки – подружки проведать внучку, что в этом такого?
Итья носил букеты каждый день, в конце концов врачи не выдержали ароматов, разносящихся на весь этаж и сказали, что я готова к выписке.
О том, что случилось после моей отключки, никто не говорил. Но когда я пыталась начать разговор на тему Эгины и её семьи, старушки прятали глаза, мама прикрывала рот рукой, Итья хмурил брови, а дед поджимал тонкие губы и цедил:
-Оставим этот разговор до приезда домой.
Первое, что удивило, когда я вышла на крыльцо больницы – промёрзшая земля. Итья, встречающий меня, сказал, что заморозки стоят уже пару недель. Мы молчали всю дорогу, большая ладонь мужчины то и дело ложилась на мою руку или гладила щёку, а я глупо улыбалась и прятала глаза. Подъезжая к дому, он напрягся:
-Ты только прими всё спокойно, пожалуйста. Надо будет обсудить многие моменты, уже долго ждём и судьбу человека нужно решить.
-Какого человека?
-Сейчас всё узнаешь.
Дом встретил аппетитными ароматами еды, накрытым столом и огромным количеством улыбок. Квартет подбежал ко мне, Хал целовал в щёки, забравшись на вешалку, Будяй дёргал за пальцы, Баюн тёрся об ноги, а Шах уткнулся в колено и поскуливал. Меня смутило то, что присутствующие говорили на полутонах:
-А вы чего шепчетесь? – я была так рада возвращению и тому факту, что мой план по спасению сработал!
-Чтобы человека не разбудить, – сказала мама, приложив палец к губам. Она повела меня в спальню.
В старой кроватке отца, которую я видела раньше в сарае, безмятежно спал малыш, посасывая большой палец. Густые ресницы чуть дрогнули при моём приближении. От крошки сладко пахло молоком.
-А где его родители?
Мама вывела меня из спальни и дедушка поведал, присев на скрипучее кресло, что спасти его родителей не удалось. Дом они взорвали, потому что змеи разрослись до таких размеров, что в него было невозможно войти. Местные поверили в легенду, что произошёл взрыв газа, спасти никого не удалось, а моё длительное отсутствие было на руку, чтобы списать на нахождение в роддоме и восстановление.
-Да кто ж поверит! Он уже большенький! – я слушала и верила ни единому слову.
-Поверят! Пацану всего лишь четыре месяца, родственников у них нет, они выходцы из детдома. Ты предлагаешь пацана туда отправить?! – дед злился из-за моих вопросов.
-Я устрою усыновление, никто ничего не заподозрит, – в разговор включился Итья, – только есть одно но... Ты должна быть в браке...
-И где я себе мужа возьму за несколько дней?
-Итья, хорошая кандидатура! – мама ткнула мизинчиком в зардевшегося, как маленький мальчик, мужчину.
-Подождите, это какой-то бред! – я выскочила на улицу, чтобы прийти в себя, уложить по полкам все мысли и принять здравое решение.
Ко мне вышла мама и уверила, что это самый лучший вариант. Я и сама прекрасно это понимала, ребенку в детдом нельзя, пусть он будет со мной, я постараюсь стать ему лучшей мамой, а брак... Пусть будет фиктивный, штамп в паспорте не помешает нам развивать отношения дальше, если Итья этого захочет, конечно же.
После застолья все собрались в зале, малыша брали то одни, то другие. Даже Будяй поиграл с крохой, корча весёлые рожицы, только Хал не подходил к ребёнку, опасливо смотря на него из дальнего кресла. Я взяла малыша на руки и подошла к домовому:
-Не бойся, погляди как он тянет к тебе ручки.
-Акиа, не надо, я боюсь. Вдруг что-то сделаю не так, как тогда...
-Это было тогда и ты не виноват. Возьми его, когда тебе ещё удастся понянчиться?
Хал протянул руки к малышу, а когда тот схватил его за рукав футболки и радостно агукнул, домовой прослезился. Оставшийся вечер Хал не спускал ребёнка с рук и никому его не отдавал.
На утро мы отправились в ЗАГС, друзья будущего мужа постарались, нас ждали на регистрацию брака и выдачу свидетельства о рождении для малыша.
-Как же хорошо, что я оброс связями по всей стране! – Итья остановил машину около дворца бракосочетания с переплетёнными кольцами на козырьке.
Я попыталась выйти, но предвестники панической атаки не дали этого сделать:
-Итья, у меня начинается паничка.
-Давай успокоимся, дыши, глубже, вот, молодец. Что тебя беспокоит? Что испугало? – он приобнял меня.
-Всё так быстро, а вдруг я не полюблю малыша?
-Полюбишь, ты всю ночь от него не отходила. А дальше твоя связь с ним будет только крепнуть.
-Ты уверен, что тебе нужен фиктивный брак?
-А это здесь при чём?
-При том! Я не хочу портить тебе жизнь! Понимаешь?
-Ты никогда мне её не испортишь, не говори глупостей. Пойдём, нас ждут.
В будний день брачующихся было мало, всего две пары и мы. Когда сотрудник ЗАГСа увидела нас, то попросила подождать людей, пришедших раньше, а нам коротко кивнула и пригласила войти.
Росписи мы поставили в рабочем кабинете, а не в торжественном зале. Сухой голос монотонно зачитал нам торжественную речь, рука с красным маникюр проставила штампы в паспортах.
-Какое новое имя ребёнка?
Мы не обдумывали этот момент, он совсем вылетел из головы, но вспомнив последнюю встречу с отцом, я посмотрела на Итью, сглотнула комок в горле и тихо прошептала:
-Слад....
Подписывайтесь на канал, ставьте лайки и оставляйте комментарии, это будет прекрасной оплатой за мой труд 🙏
