Город Ереван - столица Армении в 1920-х годах, в которых та во всю развивалась и строилась. Всё отстраивалось, перестраивалось и создавалось заново: от городских сквериков до внутреннего советского аппарата. Учреждения - Народный Комиссариат Земледелия, Отдел Водного Хозяйства, Хлопковый комитет, Народный Комиссариат Просвещения, Университет и Консерватория - проделывали огромную работу.
Также строилась деревня и открывались курорты, а глухие зелёные заросли превращались в дачные посёлки.
Ереван
Ереван - город, когда то воспетый в наивных стихах восточными лавочниками. Солнце, глина, тополя и никакой "экзотики". От вокзала до городских ворот сплошная каменоломня, стройка и рабочий посолок. Тоже самое на рынке, в центральной части, на бульварах, даже на площади перед Городским исполнительным комитетом и садом Коммунаров, даже в маленьких двориках.
В конце 1920-х годов Ереван перепланировывался и перестраивался по новой форме городов - садов будущего.
Внешние это южноамериканская строительная лихорадка: пыль, шум и гам, большая путаница… "анекдотические городки из литературного творчества писателя О. Генри!". Но, к счастью, не было видать генриевских тиров и кабачков. Над тоже отстраивающимися городскими воротами - Красная Звезда, больше трети бывших и будущих ереванских домов занято городскими и республиканскими учреждениями.
В час дня наполняются народом чистые столовые, с вывесками рабочего кооператива "Банкооп". К вечеру пыль спадала, и в городе становилось свободно и прохладно. И по политым мостовым начинала двигаться гуляющая толпа горожан, но нагретые солнцем за день строительные леса и кирпичи "говорили" о упорном труде - завтра, послезавтра, долго!
В это же время происходит неудержимая иммиграция в Советскую Армению. Приезжали на родину из самых непредвиденных краев, с зарубежного запада, разрушенного востока и глухого севера. Были люди приехавшие из Турции и Сибири, и не видавший Армении 20 лет.
Благодаря этому жилищный кризис в Ереване был еще острее, чем в Москве. Жилищный кризис отразился даже на гостинцах и чай-хане. С разрешения Городского исполнительного комитета, все вновь приезжие селились в центре города и городском саду Коммунаров. На окраинах города селится не разрешали из соображения гостеприимства и из-за слабости городской охраны.
Этим обстоятельством объяснялась в значительной степени быстрота городского строительства.