Уполномоченный по правам ребёнка в Свердловской области Игорь Мороков предложил учить детей мигрантов по отдельным программам и в особенных школах.
Омбудсмен по правам ребёнка в Свердловской области Игорь Мороков в эфире местного телевидения заявил, что к школьникам из семей мигрантов в России должно быть отношение не такое, как ко всем остальным ученикам. По мнению чиновника, детей из семей мигрантов, которые плохо разговаривают по-русски и тормозят процесс обучения в смешанных классах, нужно приравнивать к категории детей-инвалидов. Например, таких, как больные шизофренией и с умственной отсталостью, которую ещё называют олигофренией. По его мнению, это позволит сделать классы с меньшим количеством учеников и доплачивать преподавателям.
"У нас сегодня существует категория детей с особенными образовательными потребностями. Это дети с ограниченными возможностями, дети-инвалиды. Я думаю, что вот этих детей (детей мигрантов) тоже нужно приравнивать к этой категории",
— заявил Мороков.
По его словам, в Екатеринбурге есть две школы подобного профиля с "достаточно большим количеством этих ребят".
Игорь Мороков вспомнил школу №149, где 90% учеников – это дети мигрантов.
"Они все поют гимн РФ по понедельникам, они его знают, даже толком не говоря на русском языке", - добавил Мороков, отметив, что эта информация у него от директора школы.
В уральских СМИ это предложение омбудсмена молниеносно получило весьма бурное обсуждение.
"Правильно! Только так! Если их признать инвалидами, так ещё и пособия будут получать по инвалидности. Во как закручено!";
"Может им и пенсии по инвалидности платить?";
"А почему они вообще получают бесплатное образование? Если его для неграждан сделать платным, то и классы придут в норму";
"Кто-нибудь из чиновников (заменено с оскорбительной формы - прим. автора) может внятно пояснить, что здесь делают дети и жёны мигрантов? Вам нужна рабочая сила? Ок. С чего вдруг рабочая сила должна привозить с собой всю родню?";
"Вроде бы уже была отличная инициатива, просто перестать пускать трудовых всей семьёй с бабушками и дедушками, которая как бы снимает проблему обучения детей, которые русский вообще не понимают";
"То, что он делает в своей должности в части защиты детей в рамках получения общего образования должно быть поводом либо к принудительному лечению, либо к возбуждению уголовного дела о предательстве родины. Прокуратуре и ФСБ стоит очень внимательно изучить все изречения данного персонажа. У меня лично остатки волос дыбом встали";
"Хватит уже сюсюкаться с мигрантами. Знаешь язык — учись. Не знаешь — езжай на историческую родину", - написали люди в комментариях на сайте Е1.ru.
***
Если же рассмотреть сказанное без эмоций, а более рассудительно, то идея Морокова, скорее всего в том, чтобы снизить нагрузку на преподавателей, которые вынуждены тратить много времени не на то, чтобы обучать школьников своему предмету. А на решение проблем с детьми мигрантов, которые часто плохо понимают по-русски.
Только, как это часто бывает с чиновниками, обёртка у этой мысли получается психоделическая и, по сути даже оскорбительная. Причем для всех. И для коренного населения, и для приезжих. Ни тем, ни другим такие сравнения явно не понравились – это отлично видно по обсуждениям в соцсетях.
Игорь Мороков потом попытался оправдаться за предложение приравнять детей мигрантов к инвалидам.
Я просто донес более доходчивым языком методические рекомендации, которые были выпущены Минпросвещения России в июле 2024 года, о том, как нужно строить работу с детьми-мигрантами,
- цитирует его URA.RU.
Мороков уверен, что детей мигрантов можно отнести к категории "с особенностями развития", так как 40% (пускай даже больше) из них не знают русский язык. Исходя из этого процесс обучения должен строиться соответствующим образом, уверен чиновник.
Только вот в очередной раз мы почему-то пытаемся подстраиваться под приезжих. Создавать им какие-то дополнительные условия. Хотя совершенно непонятно, зачем нам это, простым людям. А чиновникам нужно для статистики. Раздать новую партию русских паспортов и отчитаться о борьбе с демографическим кризисом.