Наследство

- Дом отца мы с вами делить не будем! Он – мой! – Кирилл встал. Сжав кулаки, он уперся ими в стол, глыбой нависнув над своими сестрами и братом. – Или вы будете со мной спорить?

Ответа не последовало, так как все трое молча смотрели на Кирилла и видимо пребывали в неком шоковом состоянии.

- Кирилл. Ты чего? – первой опомнилась Алинка.

Она всегда была смелой девочкой и никогда ничего не боялась. Огонь-девка, так называл ее их отец. Она всегда дружила с мальчишками и постоянно получала различные травмы и ссадины.

Ира была полной противоположностью сестры. Молчунья, никогда лишнего слова не скажет. Ее голубые, как ручей текущий за отцовским домом, материны глаза, были безумно красивые. Ее ругают, а она молчит и о чем-то думает. Но если она что-то говорила в свое оправдание это всегда воспринимали в серьез, так как знали, что она обманывать не будет. Она хоть была и младше Романа, но имела больше авторитета в семье.  Обидно… Он все же старше, да еще и мужчина. А прислушиваются всегда к младшей сестре.

Вот и сейчас она Алинку за руку дернула и усадила на место. Не время…

- Говори, Кирюш.

Голос у нее был нежный и тихий, такой же, как у их мамы. Ее Кирилл уже почти забыл. Только голос да глаза застряли в его памяти. А еще ее жесткие, натруженные, но в тоже время такие теплые руки. 

У Иры руки другие. Нежные, ухоженные. А как иначе, ведь не в земле ковыряется. Теперь она городской житель. Трудится в какой-то фирме бухгалтером. Чистенькая вся такая, ухоженная. А когда-то мама работала за пятерых в колхозе, чтобы ее выучить. Очень тяжело ей пришлось. Алинка маленькая, муж только умер. Ну ничего, выжили.  А тут эта учеба! И зачем это нужно было? Вышла бы замуж в своем поселке и делов то. А чем плохо-то? Нарожала бы детей и жила бы как все. А так родила одного сынишку и больше не захотела. Вот и ходит теперь этот мальчишка один, как сиротинушка.

Даже у Алинки уже двое. А чего ей не рожать? У Алинки не муж, а скала! Своя огромная ферма, куча земли. Очень хозяйственный мужик. Знает свое дело. Сидит в углу и молчит, видимо не поддерживает. Ну и Бог с ним! Главное, что Кирилл знает – он поступает правильно. Он старший сын и родительский дом – его. А как же остальные? Ничего…. У всех давно свои семьи, все живут припеваючи, зачем он им? Даже Ромку после армии переманили в город. Ира полностью оплатила его обучение и все материны долги закрыла. Конечно молодец, но это же не значит, что теперь ей должен достаться отчий дом?

Ромка выучился и нашел хорошую работу. Вот так и остался в городе.  Потом открыл свое дело. А позже и квартиру купил. Пусть небольшую, но свою. Полтора года назад женился. Ой какая же веселая была свадьба. Алинка с Ирой все каблуки сбили так плясали. Очень сильно они любили Ромку, больше чем Кирилла. Да и мать всегда любила младшего больше, чем старшего. А как так можно? Как можно любить одного ребенка больше другого? Вот правильно Марина говорит, что в их семье все не как у нормальных людей. Младшие командуют, а старшие подчиняются. 

Ну все, хватит! Теперь-то он, Кирилл, покажет своим родственникам, кто в доме хозяин!

- Хватит бестолку болтать! Я все сказал! – Кирилл посмотрел на жену, которая, как обычно забилась в темный угол, стараясь быть незаметной.

Совсем затуркали ее. То Ире что-то не так, то Алинке что-то не этак. Постоянные придирки. Хорошо Ромка молчит. Да он вообще ее не любит, даже никогда не общается с ней.

Вот и сейчас искоса посмотрел в ее сторону и сразу же отвел взгляд. Интересно, что за кошка между ними пробежала? Хотя… Это неправильное воспитание Иры. Ведь, Ромка всегда был под ее крылом и это она должна была объяснить брату, что с родственниками так себя не ведут. Так нет ведь! Молчит! Более того, кажется даже поддерживает его глупое поведение.

Ирина взяла Ромку за руку и что-то шепнула на ухо. Потом встала и спокойно сказала:

- Как скажешь, брат!

Затем она опустила голову, медленно погладила столешницу, как будто прощаясь, и вышла из дома. За ней вышли и остальные. Лишь только Ромка остановился на минутку, сжал плечо брата и вышел вслед  за сестрами.

Кирилл молча застыл. Он ждал, что будет по-другому. Скандал, слезы, истерики, упреки, оскорбления…Все что угодно, только не это.

Ноги подкосились и Кирилл сел обратно. В голове одна мысль перебивала другую. Он пытался понять, что сейчас произошло.

Кирилл положил руки на стол и вспомнил отца. Стол крепкий, добротный, отец сделал своими руками.

- Прекрасный стол! Теперь всем места хватит! 

Мама, еще молодая, красивая, весело хохотала.

- Да кому места не хватает? Ты да я, да мы с тобой. Ну и Кирюшка. Зачем такой большой смастерил?

- А ты думаешь, что я на одном сыне остановлюсь? А еще сынишку, а дочурок?

- Да тут целый десяток детишек усядется.

- А внуки пойдут? Вот все и будем здесь сидеть!

Стол действительно получился хороший. Он стоял посреди гостиной и занимал ее почти целиком. И как-то быстро определились с местами. Мама сидела у входа на кухню, отец сидел напротив, у большого резного шкафа. Кирилл хорошо помнил, как в конце обеда отец всегда открывал дверцу шкафа и доставал конфеты.

- Подкрепились, а теперь сладенькое!

И хотя конфеты детям никогда не запрещали брать, этот момент был каким-то волшебным и особенным.

Кирилл повернул голову и уставился в пустую стену. Марине очень не нравился этот резной шкаф и она все-таки добилась того, чтобы Кирилл его убрал. А потом Алинка забрала его к себе в дом.  

- Не хочу, чтобы так обращались с памятью. Лучше заберу, пока вы его не выбросили!

Кириллу показалось это странным, так как ей из этого шкафа отец конфеты не выдавал.

Конечно же Ира очень обрадовалась, когда узнала, что Алинка забрала шкаф. Она бы и сама его забрала бы, но у нее маленькая квартира. Теперь же она могла приезжать к сестре и долго любоваться этим громоздким резным шкафом и думать о чем-то своем. 

Кирилл никогда не знал о чем думают и переживают его младшие сестры. Старался казаться жестким и сильным. Захотят, сами расскажут. Он же старший!

А сестры и не собирались делиться с братом своими переживаниями. С Ромкой да, а с Кириллом нет. Алинка и Ромка тянулись к Ире как птенцы, а Кирилла сторонились и побаивались. Они то практически не получили отцовской любви, видимо поэтому и тянулись к старшей сестре, а мужчин сторонились. Они постоянно просили Иру рассказать им об отце. Кирилла о током и не допроситься. 

А Ира очень хорошо помнила, как отец весело сажал ее на колени и показывал на резную дверцу шкафа.  

- Смотри, Иринка. Видишь? Это густой лес, а в нем спрятались малюсенькие медвежата. Плачут, мамочку ищут. Их мама за медом пошла, а медвежатам сказала сидеть тихо-тихо. Но они ее не послушались, пошли в лес и заблудились. Начали ссориться и ворчать друг на друга…

- Почему? 

- Потому что глупенькие еще и не понимают, что пока будут ссориться, дело с места не сдвинется. Им бы глупышкам помириться и звать маму вместе, а они ворчат друг на друга. А может быть мама взяла бы и услащала их зов. Вместе кричать будет громче, чем звать поодиночке.

- И что? Они догадаются кричать вместе?

- А как же! Они же родня!

Эту сказку Ира всегда рассказывала Ромке и Алинке. Да и Кирилл не раз ее слышал, но видимо так и не понял ее смысл…

Ира молча вела машину. Все были в ужасно подавленном состоянии. Даже Алинка не поехала в машине с мужем, а поехала с сестрой. Теперь сидит рядом и вздыхает. То ли от досады, то ли…

- Алин, тебе плохо? Остановиться? 

- Нет! 

Алинка очень сердито ответила, значит злится. Ну ничего! Ее можно понять. У Иры сейчас на душе тоже метель и вьюга, но она держится, потому что мама ее учила всегда быть теплой как печка.

- Ты, Ириша, сердце семьи. Ты старшая женщина, а значит к тебе все и будут тянуться, когда меня не станет. 

- Мама, прекрати! 

- Не спорь, а слушай! И запомни все что я тебе говорю! Я хочу знать, что без меня Ромка с Алиной не останутся одни в этой жизни. В жизни всегда должны быть люди на которых можно положиться и к которым можно обратиться. Ты думаешь мне было легко, когда вашего отца не стало? Да если бы не соседки, да не сестрички мои, не вытянула бы я все это. Запомни Ириша - пока с тобой родные люди рядом – все переживается легче и крылья снова вырастают. Ты меня понимаешь? Именно ты для них станешь опорой и поддержкой. Если будете все друг друга держаться вас никто и ничто не сможет сломить. Ты всегда росла теплым и добрым ребенком, не то что Кирюшка. Даже не знаю, где мы с отцом могли его упустить. Вроде бы мы всех любили одинаково, но он какой-то не такой. Сторонится, уединяется… Ой, а ведь все надежды должны быть на него. Старшенький! Первенец…

О чем тогда говорила мама, Ира конечно поняла, когда сама родила сына. Из рук не выпускала. Надышаться им не могла. Ну а как иначе-то?

Вот и Ромка это скоро поймет, когда впервые станет папой. У него сейчас жена лежит на сохранении. Юля почти всю беременность по этим больницам. Угроза за угрозой. Ромка уже весь извелся. 

Вот и Алинка, хоть сейчас и сильно сердится, но все равно взяла руку брата и стала успокаивать его. 

- Прекратите злиться и переживать! Выдохните!

Ира говорила голосом мамы. Бывает же так, когда ребенку передается голос и все манеры родителя. В детстве, Ира становилась перед зеркалом и пыталась копировать маму. Мама смотрела на нее и мило улыбалась…

В детстве не очень получалось, а с годами все само пришло, и интонация, и твердость. Вот и сейчас после ее слов и Ромка и Алинка выдохнули и чуть поуспокоились.

- Чего вы занервничали? Я понимаю, нам всем обидно, потому что Кирилл нехорошо поступает. Не по-людски это все. Но это его выбор и от этого он нам братом быть не перестанет, ясно? Хочется ему заполучить родительский дом – пусть забирает. Самое страшное в этой истории то, что он пока ничего не понимает.

- Чего он не понимает? – с ухмылкой спросил Ромка, который всю дорогу не произнес ни слова.

- А того, Ромочка, что дом – это не стены и ни крыша. Не земля на которой он стоит и не огород с садом. Дом - это мы, его семья. Вот пусть посидит один в этих пустых стенах, может и поймет что. Мы с вами прекрасно понимаем, кто там так старается, чтобы он от нас отвернулся. Как можно делать вот так, мужа от его семьи отвадить?

- Ира и что нам делать? – с обидой произнесла Алинка. 

- Да ничего! Ничего не делать! Ждать! 

- Почему? – Алина удивленно посмотрела на сестру. – Почему мы должны сидеть и ждать? Это же и наш с вами дом!

- Да! Наш.

- Тогда почему мы должны так просто от него отказаться?

- А мы и не отказываемся от него. Мы отказываемся от скандала. Вот что мне сейчас сделать? Сказать ему что у него в суде шансов ноль? Ведь он просто пока этого не понимает. Он уверен, что его решение для судьи закон, а нет. Конечно мы все наследники и делить этот дом нужно на нас всех. Но что мы выиграем от того, что будем засуживать друг друга и разругаемся в пух и прах? Весело нам всем будет? Хорошо ли?

- Маринке будет хорошо…

Ромка буркнул это так тихо, что сестры с трудом расслышали его слова. 

- Ром, что эта Маринка тебе такого сделала? Я же вижу, как ты к ней относишься. Ну расскажи уже нам…

Рома молча смотрел в окно. Он наблюдал за стройными соснами мелькавшими одна за другой. Но иногда среди них попадались и кривые деревья. Рома подумал о том, что ведь и среди людей так же. Кто-то стоит прямо не согнется, а кто-то весь изовьется из-за своих проблем. А людям такие не нравятся. От таких сразу взгляд отводят. Жалеют. 

Что ему сделала Марина? Да странная она какая-то, не получается с ней общаться по людски. Вроде бы ничего такого особенного и не сказала, а сердце теперь рвется на части. А ведь только спросила:

- Ну как там Юля? Слышала она совсем плоха. Снова в больнице? Ох, Рома, больного ребенка растить очень трудно… Силушки сколько нужно….

Так ведь никто не говорил, что у малыша есть какие-то патологии.  Даже врачи до конца ничего не знают. Вот и выходит, что вроде бы ничего страшного не сказала, а душа рвется на части… И мысль дурная закрадывается…Мало ли… И вот не поделишься этой мыслью ни с кем, только лишь с сестрами. 

Ира резко свернула с трассы и остановила машину на заправке.

- Пошли!

- Куда? – Алина удивленно отстегнула ремень. – Хотя…нам действительно нужно размяться.

- Посидим, чай попьем и поговорим спокойно.

Они молча сидели за столиком и пили чай. Первым начал Рома:  

- Ир, а если… Ну, вдруг… Все же бывает….Вдруг, малыш родится больным?

Последнюю фразу парень произнес очень резко, не глядя на сестер.

Алинка взяла его руку и крепко сжала. 

А Ира строго посмотрела на брата. 

- Ты у нас  бабка-кликуша или мужик? Тебе что заняться больше нечем? Ты должен готовиться к рождению малыша, покупать кроватку, коляску, переклеить в детской обои…А ты сидишь и сопли на кулак наматываешь! Не хандри! Юлю через три дня домой выпишут. 

- Правда? А ты откуда об этом знаешь?

- Звонила врачу. Он сказал, что ей уже гораздо лучше, поэтому ее будут выписывать. Вот она приедет домой, а там конь не валялся. Возьми себя в руки и займись делом!

-  Я обои уже купил. Завтра начну и думаю за пару дней все закончу. Ириш, не ругайся на меня.

- Ты же знаешь, что я еще даже и не начинала. Ром, вот ты вроде взрослый мужик. Свой бизнес, руководишь двумя десятками подчиненных. Вот не брат, а гордость сестер! А сейчас прям хочется тебе в лоб дать, чтобы привести тебя в чувства.

- Ир… За что?!

- А что, Ир?! Чего ты ведешь себя, как размазня? Неужели ты думаешь, что Марина все это тебе наговорила от большого ума? Уж у нее его точно нет. Да и ты оказался полным балбесом. Вспомни, когда я Мишку родила и первые полтора года из больниц с ним не вылазила. Ты тогда мне что сказал?

- Я уже и не вспомню.

- Зато я помню. Ты мне сказал, что он наш и мы его не бросим никогда. А потом возил нас по больницам, потому что Игорь был постоянно на работе. Ведь это ты заставлял меня есть, пить, дышать….Я уже и жить не хотела. А ты меня поддержал. Не помнишь?

- Это давно так было.

- А какая разница? Давай я тебе сейчас скажу, что Алинкины дети не такие. Что ты мне скажешь? Правильно, обидишься и назовешь плохим словом, потому что это наши родные дети. Как и тот, который скоро появится на свет. И, Рома!

- Что?

- А ничего. – Ира вдруг улыбнулась и положила свою ладонь на руку Алины, которая в свою очередь лежала на руке Романа. – Мы всегда рядом с тобой! Чтобы в этой жизни не случилось, ты должен знать, мы всегда рядом! Думай только о хорошем и все будет именно так!

- Я знаю! Спасибо…

Рома впервые за этот день улыбнулся.

Они многое прошли. Рома и Юля своего первенца потеряли. Рома тогда как будто с ума сошел. Хотел найти виноватых. Хотел мести. Ире пришлось взять его за плечи и хорошенько встряхнуть, чтобы привести в чувства.

- Зачем? Кому от этого станет легче? Рома, ты пойми, нет здесь виноватых. Так распорядился Господь. Горько, обидно, душа разрывается, но не вини никого. Рома, ты мужик и должен взять себя в руки. Посмотри на свою жену! Как ей сейчас плохо! Она уже целую неделю ничего не ест. Ромочка! Ты мужик, возьми себя в руки!

Ира хорошо помнила, как в тот момент ее брат опустил голову и заплакал от бессилия. Рома рыдал навзрыд. Так мужчина может себя вести только с самым близким и родным человеком.

Еще Ира помнила, как было тяжело и трудно вывести из этого подавленного состояния Юлю. Они прошли много специалистов, много клиник и наконец-то девушка смогла снова забеременеть.

После этого, время как будто бы снова зашагало вперед. Все с нетерпением и волнением стали ждать момент, когда Юля и Рома смогут увидеть своего долгожданного малыша. 

- Ир, вот зачем она так?  – Алина вопросительно посмотрела на старшую сестру.

Что могла тогда ответить Ира? Что можно ответить не зная, что именно пережил другой человек в своей жизни для того, чтобы в будущем так себя вести? Ира очень жалела Марину, так как считала, что ума у девушки было до хитрости, а вот сердечностью Бог ее не наделил. А как говорят, свою голову другому не приделаешь и черствое сердце не смягчишь….А Кирилл очень сильно любит ее и своих двоих деток. 

- Не знаю, Алинка. Знаю только, что так поступать нельзя. Но Кириллу знать о разговоре Марины и Ромы не стоит.

- Почему это? Наооборот, пусть знает, с какой гадюкой живет! – Алинка вспыхнула и отодвинула от себя кружку с чаем.

Ира спокойно погладила ее по руке. 

- Алин, ну вот поругаются они и кому будет от этого хорошо? Тебе станет от этого легче? Пока Кирилл сам ничего не поймет все наши замечания будут бесполезны. Этим мы только еще больше его от себя отдалим. У нас и так проблем хватает, чтобы к ним еще новых добавлять.

- Это точно! Хватает… - Алина неохотно согласилась. – Давайте выдвигаться, а то меня наверное муж уже потерял. Так, а что мы будем делать с отцовским домом?

- Да ничего. Пока подождем. Пусть все уляжется.

Ира оказалась права. Как не хотел Кирилл казаться суровым мужчиной,  а сердце у него оказалось добрым. Все произошло спустя два месяца, когда Алинка позвонила ему и сообщила, что у Ромы с Юлей родилась двойня.  

- Юля родила? А не рано?

- Рано, но так получилось. Не волнуйся, все хорошо! Врачи - герои! Да и Юля умничка! Только Ромка не выдержал и упал в обморок. Ха, слабак!

Алинка еще что-то говорила, но проснулась Марина и недовольно забубнила на мужа. Кирилл наскоро попрощался с сестрой и отложил телефон.

- Что случилось? Зачем среди ночи трезвонят? – Марина включила свет и посмотрела на мужа. – Родила? Что теперь побежишь поздравлять? Мериться надумал?

- Почему я должен с ними мириться если я с ними и не ругался? 

- Зато они на тебя видимо очень сильно обижены. А как они могли не обидеться если ты отжал себе родительский дом? Думаешь не злятся на тебя? Не бывает так, Кирюша! Каждый думает о своей материальном благополучии! Даже та же Алинка, которая в роскоши живет и та была в шоке от твоего решения. А Ромка? Сидел молча, даже не посмотрел на тебя, под столом кулаки сжимал. А эта хитрая лиса Ирина. Хочет казаться такой святой, а у самой камень за пазухой. Нравится ей власть свою над вами показывать. Увела этих ведомых, чтобы ты потом к ним на коленях приполз. Как же, они вместе, а ты один! Только не угадала эта хитрая бестия, не один ты Кирилл. У тебя есть я и наши дети! И о них ты должен теперь думать, а не о родне.

Голос Марины с каждым словом становился все громче, но странное дело, Кирилл ее почти не слышал. Он вдруг услышал тихий голос своей мамы:

- Кирюша, милый, тебе плохо? Поди к Иришке, она тебя пожалеет.

 Марина испуганно замолчала, когда Кирилл резко встал и вышел из комнаты. Она с тревогой прислушивалась. В итоге входная дверь громко хлопнула. Женщина быстро вскочила, но было поздно. Кирилл сел в машину и куда-то уехал. 

До самого утра Марина просидела на темной кухне. Телефон Кирилла был дома, а звонить Ирине или Алине она не хотела. 

Проснувшиеся дети закрутили Марину домашней суетой и она не заметила, как прошел целый день.

Когда же Кирилл не вернулся и вечером, женщина забила тревогу. Куда он мог подевался-то? На что мог обидеться? 

Кирилл приехал только на следующий день. Молча прошел на кухню и положил на стол какие-то бумаги.

- И где ты все это время был? – Марина возмущенно уставилась на мужа.

- В городе. Оформлял свое наследство.

Все упреки вмиг улетучились из головы женщины. 

- Правда? И как все прошло? 

- Отлично. Дом наш.

Марина улыбнулась и обняла мужа. 

- Я всегда знала, что ты у меня умный мужчина! Ты все сделал как надо! 

- А как надо, Марин? – Кирилл отошел от жены и посмотрел ей в глаза.

Марина растерялась.

- Что с тобой? Ты старший сын – а значит тебе должен был достаться отцовский дом. А они все при жилье, зачем им этот дом. Справятся и без тебя.

- Да? А я без них справлюсь?

Кирилл подозвал к себе детей, обнял их и спросил у Марины:

- А их как будем делить?

- Ты о чем?  – Марина испуганно смотрела на мужа. 

- А что? Ты же считаешь, что братьям и сестрам не надо общаться. Так давай и этих сразу разделим, чтобы не привыкали друг к другу. А то вдруг успеют привязаться и полюбить друг друга. 

От неожиданности Марина чуть не потеряла дар речи. 

- Да ты болен! Как такая глупость могла прийти тебе в голову? 

Она схватила своих детей, прижала к себе и разревелась.

- На это меня надоумил один близкий человек, которого я слушал последние годы. Хватит! Теперь я буду думать своей головой и своим сердцем! 

Голос Кирилла загремел как гром, и Марина закрыла глаза, чтобы хоть как-то остановить поток слез. 

- Теперь, жена, слушай меня внимательно. Да, дом наш, но доли сестер и брата я выплачу им. Я так решил и с ними договорился. А если тебе такое решение не по сердцу, то можешь покинуть этот дом. Больше я не намерен жить по чужой указке! Слишком долго я тебя слушал. Слишком…

Кирилл замолчал и посмотрел на стену где стоял тот самый резной отцовский шкаф. Супруги молча стояли напротив друг друга. Всего лишь одно слово могло изменить их жизнь. Всего одно…

Марина, вытерев слезы, отпустила детей и, повернувшись к мужу, спросила:

- Ты голоден?

Кирилл тихонько выдохнул, чтобы не показать жене, что сейчас творилось в его душе.

А через пару недель в большом доме Алинки собралась вся родня, чтобы отметить ее день рождение. Дети весело резвились на площадке. Ромка жарил шашлык, когда у калитки остановилась машина и Алинка звонко закричала: 

- Ребята, Кирилл приехал! 

Выйдя из машины, Марина виновато опустила глаза. 

- Ну ты чего? Тебе страшно? – Кирилл с улыбкой обнял жену. – Пойдем! Не съедят они тебя. Не те люди.

НЕ ПОЖАЛЕЙТЕ ПОСТАВИТЬ ЛАЙК👍🏻