23 октября по новому стилю – память преподобного Амвросия, старца Оптинского
24 октября - собор преподобных Оптинских старцев
Великим явлением в церковной жизни России в XIX веке было возрождение так называемого "русского старчества", которое с особой силой расцвело в Оптиной пустыни и стало нормой духовной жизни всей нашей Церкви. Оптину посещали тогда представители всех слоев русского общества. Среди них - известные писатели, художники, государственные деятели… Известно, что в Оптиной любили бывать Ф. М. Достоевский, Н. В. Гоголь, И. В. Киреевский и многие другие.
За советом, утешением и помощью шли к старцам со всех краев необъятной Российской Империи. После посещения этой обители паломники не только сохраняли в своем сердце неизгладимые впечатления, но и получали великую пользу.
Преподобный Оптинский старец Нектарий говорил, что от сотворения мира и до нынешнего дня было три истинных общежития: первое - в Раю, второе - в христианской общине во дни апостольские, а третье - в Оптиной при великих старцах.
И в наши дни Оптина, после открытия в 1988 г., не теряет своей значимости и притягательности, как неисчерпаемый кладезь духовности и благодати.
Одним из великих Оптинских старцев был иеросхимонах Амвросий, память которого отмечается Церковью 23 октября по новому стилю. Во св. Крещении он был наречен Александром и родился, как принято считать, в день памяти святого Александра Невского, 23 ноября 1812 года, в селе Большая Липовица Тамбовской губернии, в семье пономаря Михаила Феодоровича. Александр был шестым ребенком в многочисленном семействе, в котором было восемь детей. Он рос очень живым, веселым и бойким мальчиком, постоянно занятым детскими забавами. Ему не сиделось у колыбели младших детей, и как только мать, занятая домашними делами, выпускала Александра из виду, он мгновенно убегал порезвиться со сверстниками, за что неоднократно был наказуем.
Однажды, несмотря на замечание матери, он не переставал стегать у себя на дворе одну смирную лошадку, которая, выйдя из терпения, поранила ему копытом голову. Понятно, что за подобное поведение Александра не любили в семье. К нему не имели особенного расположения ни дед, бывший ранее священником этого села, ни бабка, ни даже родная мать, которая более всего любила старшего своего сына Николая и младшего Петра.
Как впоследствии рассказывал сам старец: «Очень раздосадованный этим, я решился отомстить брату. Зная, что дед мой не любит, когда шумят, и что, если мы, дети, бывало, расшумимся, то он нас всех без разбора — и правого, и виноватого, отдерет за чуб, я, чтобы подвести своего братишку под тяжелую руку деда, раздразнил его. Тот закричал, и выведенный из терпения дед отодрал и меня, и его. А последнее-то мне и нужно было. Впрочем, мне, и помимо деда, досталось за это порядком и от матери, и от бабки».
Когда мальчику минуло 12 лет, его отдали в первый класс Тамбовского духовного училища на полуказенное содержание, как сына многосемейного причетника. В училище начальство дало Александру фамилию “Гренков”. Учился Александр Гренков хорошо, так что из 148 своих товарищей по классу окончил курс духовного училища первым по списку и в июле 1830 года был назначен к поступлению в Тамбовскую Духовную Семинарию. Общительный и жизнерадостный Александр стал в семинарии душой общества. Эта жизнерадостность и живость ума сохранилась у него на всю жизнь. Даже в монастыре старец отличался меткостью слова и образностью мысли: “От ласки у людей бывают совсем иные глазки” или “Правда груба, да Богу люба”, “Терпел Елисей, терпел Моисей, терпел Илия, так потерплю ж и я” или другие, подобные им.
В 1835 году Александр сильно заболел и, как сам он рассказывал: «Надежды на выздоровление было очень мало. Почти все отчаялись по поводу моей поправки; мало надеялся и сам я. Послали за духовником. Он долго не ехал. Я сказал: “Прощай, Божий свет!” И тут же дал обещание Господу, что если он меня воздвигнет здоровым от одра болезни, то я непременно пойду в монастырь”.
«После выздоровления, — рассказывал потом о себе старец, — я целых четыре года все жался, не решался сразу покончить с миром”.
Однажды Александр отправился к известному затворнику отцу Иллариону, желая у него окончательно разрешить все свои сомнения. О. Илларион произнес тогда пророческие слова: “Ты в Оптиной нужен! Иди в Оптину!”
Окончательный выбор был сделан. В конце лета Александр направился в Оптину пустынь и пришел к старцу Льву (Наголкину).
Некоторое время послушник Александр был келейником иеросхимонаха Льва и вычитывал для него молитвенное правило, затем получил послушание в хлебне.
29 ноября 1842 года Александр был пострижен в мантию и наречен Амвросием в честь святителя Амвросия Медиоланского (память 7 декабря по старому стилю), а 2 февраля 1843 года он был рукоположен в диакона, после чего проходит послушание у старца Макария, являясь посредником между ним и приходящими к старцу людьми. Здесь он сталкивается с опытом духовничества, столь пригодившимся ему впоследствии.
9 декабря 1845 года иеродиакон Амвросий был рукоположен епископом Калужским Николаем в сан иеромонаха.
Предуготовляя молодого духовника к великому служению, Господь попустил отцу Амвросию подвергнуться жестокой и продолжительной болезни, которая длилась с сентября 1846 года до лета 1848 года. Тогда, вероятно, отец Амвросий, как находившийся при смерти, был келейно пострижен в схиму с сохранением прежнего имени и небесного покровителя. 29 марта 1846 года иеромонах Амвросий как неспособный ни к каким монастырским послушаниям, был исключен из штата братии Оптиной пустыни и оставлен на ее призрении.
«Господь тогда начинает являть Свою силу, когда увидит, что все человеческие средства к подаянию помощи нуждающемуся в ней человеку истощены», — говорил старец Амвросий, без сомнения, по собственному опыту. Никто не мог предположить, что отец Амвросий долго проживет, но невозможное человеку возможно Богу. Летом 1848 года выздоравливающий отец Амвросий начал выходить для прогулок на воздух. С течением времени здоровье его поправилось, хотя совершенно не восстановилось. Позднее, в утешение недужным старец обычно говорил: “Бог не требует от больного подвигов телесных, а только терпения со смирением и благодарения”. “Милостив Господь! В монастыре болящие скоро не умирают, а тянутся и тянутся до тех пор, пока болезнь принесет им настоящую пользу. В монастыре полезно быть немного больным, чтобы менее бунтовала плоть, особенно у молодых, и менее пустяки приходили в голову. А то при полном здоровье, особенно молодым, какая только пустошь не приходит в голову”. “Монаху не следует серьезно лечиться, а только подлечиваться”.
С этого времени отец Амвросий начал помогать старцу Макарию в его многочисленных трудах: духовничестве, книгоиздательской деятельности и старчестве.
Постепенно вокруг старца Амвросия сложился круг ближайших учеников, продолживших начатое иеросхимонахом Макарием дело Оптинского книгоиздательства. Под руководством отца Амвросия было издано около 2-х десятков книг — творений святых отцов и книг душеполезного содержания.
Старец Амвросий особо заботился о болящих женщинах и девушках, вдовах и сиротах, и старался пристроить их к какому-либо монастырю, находившемуся под его духовным попечением. Он поддерживал целый ряд монастырей, куда направлял больных благочестивых женщин, склоняя состоятельных людей к благотворительной деятельности в их пользу. Особое место в ряду таких обителей занимает Шамординская Казанская Горская община, устроенная непосредственно самим старцем по соседству с Оптиной пустынью.
Шамординский монастырь довольно быстро наполнялся насельницами, так, что уже к 90-м годам XIX века число монашествующих там достигло 500 человек.
Господь даровал о. Амвросию дар исцелений и чудотворений. В 1882 году старец исцелил горловую чахотку у шамординской монахини, указав ей пить воду и полоскать горло водой из колодца, что за скитом. Через сутки после этого болезнь прошла. Очень часто старец Амвросий исцелял, прикасаясь рукой к больному месту.
Иногда, во время молитвы, лицо его начинало сиять небесным светом, и присутствующие при этом видели его поднявшимся на воздух. Очевидцам он строго запрещал разглашать о подобных случаях, с угрозой: “А то лишишься моей помощи и благодати”. К хибарке отца Амвросия стекался страждущий и скорбящий, верующий и неверующий, бедный и богатый российский люд. В Оптину к старцу приезжали известные писатели и общественные деятели России XIX века: Ф. М. Достоевский, Вл. С. Соловьев, К. Н. Леонтьев (монах Климент), А. П. Толстой, Л. Н. Толстой, М. П. Погодин, Т. И. Филиппов, П. Д. Юркевич, Н. Н. Страхов и многие другие. Из года в год шли в Оптину толпы народа и никто не ушел от старца Амвросия не утешенным и скорбным.
Более 40 лет нес преподобный Амвросий подвиг старчества, принимая почти ежедневно множество страждущих. Прием посетителей длился нередко с утра до позднего вечера.
Бесценным духовным наследием является обширная переписка старца с мирянами и монашествующими. В настоящее время собрания писем преподобного Амвросия и других Оптинских старцев изданы многотысячными тиражами и каждому могут принести неоценимую духовную пользу.
10 октября 1891 года по старому стилю старец закончил свой земной путь. Тело отца Амвросия было погребено у юго-восточной стороны Введенского собора Оптиной пустыни, рядом с его учителем старцем Макарием.
В 1988 г. Амвросий Оптинский причислен к лику святых, и его мощи в настоящее время покоятся во Введенском соборе.
Храм Рождества Иоанна Предтечи в д. Калистово Пушкинского г. о. Московской области нуждается в помощи. Не хватает средств для установления купола храма. Денежные средства можно пересылать на номер телефона 89647712326 (Людмила Александровна Макрецова), который привязан к банковской карте, или на расчетный счет:
ИНН / КПП
5038014869 / 503801001
МЕСТНАЯ РЕЛИГИОЗНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ "ПРАВОСЛАВНЫЙ ПРИХОД БОГОЛЮБСКОГО ХРАМА Г.ПУШКИНО СЕРГИЕВО-ПОСАДСКОЙ ЕПАРХИИ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ (МОСКОВСКИЙ ПАТРИАРХАТ)"
ПАО Сбербанк
Рас. Счет 40703810740170110034
БИК 044525225
К. Счет 30101810400000000225
/В сообщении указать, что для храма Рождества Иоанна Предтечи в Калистово/
Подробно об этом храме сообщалось в статье «В гостях у матушки Иоанны», которая публиковалась на нашем канале в прошлом году.