"Черт возьми, гореть всему!" - прошептал я, стиснув зубы. Дым щипал глаза, а жар, казалось, проникал под кожу. Вокруг меня царил хаос. Крики, плач, звон разбитого стекла - какофония ада, разыгравшегося в тихом, уютном "Золотом Коте". Всего полчаса назад этот трактир, с его запахом жареной рыбы и крепкого пива, был для меня домом. Теперь же он превращался в пепелище.
Я, Элиас, всего лишь скромный повар, но эта адская кухню я знал лучше своей собственной спальни. Знал, где хранятся специи, где прячутся самые сочные куски мяса, где всегда можно найти кастрюлю с горячим супом. Сейчас, сквозь дым, я видел, как пламя пожирает мою любимую печь, где я творил чудеса.
Внезапный хруст. Откуда-то из-за груды обломков послышался детский плач. Я бросился к источнику звука. В провале между упавшими балками увидел маленького мальчика, едва ли старше пяти лет, закутанного в тряпье. Он был в панике, его глаза расширились от ужаса.
"Не бойся! Я здесь!" - крикнул я, но дым заглушил мой голос. Я пытался пробраться к нему, но обломки загораживали путь. Я толкал их ногами, но все безрезультатно.
"Ты не знаешь, где твоя мать?" - спросил я, тяжело дыша. Мальчик только тряс головой. Я увидел среди пламени кусок деревянной доски. Она была толстой, но горячей. Я схватил ее и бросил в огонь, пытаюсь продолбить проход к мальчику.
"Держись!" - прокричал я. Дым еще сильнее щипал глаза, а жара проникала все глубже, как ядовитый дым. Я вновь схватил доску, но в этот раз остался на месте.
"Не здесь!" - прокричал я, указав на свободную стену, "Беги к реке!"
Мальчик, как будто понимая мое послание, схватился за мою руку, но я резко отдернул ее.
"Беги!" - прокричал я в последний раз.
Он убежал.
Я с хрустом упал на землю. Огонь охватывал меня со всех сторон. Я закрыл глаза, вспомнив вкус свежеиспеченного хлеба, запах трав в саду и улыбку маленького мальчика. Я умирал, но хотя бы спас еще одну жизнь.
Я открыл глаза. Холодная вода струилась по лицу, отгоняя жар, что до сих пор еще жужжал в моих ушах. Я лежал на берегу реки, на мой голос кто-то отвечал волнением.
"Элиас! Ты в порядке?"
Я увидел перед собой пожилую женщину, ее лицо было искажено тревогой. Я пытался вспомнить, что произошло, но в голову летели только фрагменты пламени, дыма и криков.
"Где он?" - спросил я, ощупывая свои порезанные руки.
"Кто?" - спросила женщина, не понимая моего вопроса.
"Мальчик, маленький!" - прокричал я, пытаюсь встать, но ноги не слушались.
"Какой мальчик?" - спросила женщина, ее глаза были полны недоумения. "Ты был в бессознательном состоянии не менее часа. Не знаю, как ты выбрался из того адского пламени".
"А как же мальчик?" - спросил я снова. "Маленький, он был там, в развалинах, я видел его!"
"Элиас," - женщина взяла меня за руку, "Тебя спасла группа местных рыбаков, они увидели дым и бросились тебе на помощь. Ты был один. Ты был в бессознательном состоянии".
Я закрыл глаза, пытаясь осознать происходящее. Все было как в тумане. Я увидел его улыбку, услышал его крик. Я не мог поверить, что все это было галлюцинацией.
"Я видел его!" - прошептал я, чувствуя как в душе оседает холодная пустота.
Я отвернулся от женщины. Холодный ветер проник под мою одежда, заставляя дрожать. Я понял, что внешний холод ничего не значит, по сравнению с холодом, что заполнил мою душу.
Я был спасен, но в тот же момент я потерял что-то еще важнее.
Я потерял веру. Веру в то, что я сделал что-то хорошее, что я помог бедному мальчику.
"Элиас, ты герой! Ты рискнул жизнью, чтобы спасти незнакомого ребенка!" - спросила женщина, но ее слова звенели в пустоте.
Я не мог ответить. Я почувствовал пустоту и безысходность, что похоронили мою надежду на справедливость.
В тот момент я понял, что пожар уничтожил не только "Золотой Кот", но и частичку меня самого.