Всю жизнь он был пилотом. Всю жизнь в небе. На земле был только в отпуске, да в редкие выходные.
А вот теперь на аварийной посадке - как говорится, полон рот земли. Он даже не смог колеса кинуть - не хватило времени, так стремительно всё это произошло.
Но впрочем, это он думал, что стремительно, на самом деле это длилось три года. Ещё три года назад их ДымДымыч говорил, что настанет день, когда он не сможет отдать пульс. Что ему уже на пенсию надо, хватит, налетался.
- Да нормально у меня всё с сердцем, Дымыч. Я столько лет в небе. И всегда у меня четыре девятки. У меня даже знак Сутулого есть. Ну ты чего, я же свою банку одним местом чую, я же с закрытыми глазами, на ощупь там всё знаю, я ж одним взглядом штурвалом кручу. А ты хоть раз видел как я травку брею? Да весь молодняк на мне учится. Ну какое сердце не в порядке? Да оно у меня поёт когда я в небе. Ну ты чего, Дымыч? - так красноречиво тогда ответил Игорь на предупреждения их лётного хирурга.
И вот на прошлой неделе ДымДымыч сделал обещанное. И теперь Игорь Сергеевич пенсионер. По всем статьям пенсионер. Теперь он лежит на диване и смотрит в потолок. И думает, как жить.
Семьи у него нет. Жены нет. Детей нет. Неба тоже нет. Ничего нет. Игорь не знал как ему жить дальше и что делать. Ничего, ничего, говорил он сам себе, по приборам пойду. Я смогу. Месяц он провёл как в тумане...
Игорь Сергеевич неторопливо оделся и пошёл в магазин. Выйдя из магазина, он увидел стоящую в стороне собаку с обвисшим животом. Кормящая, подумал он, глядя на её мотающиеся телеса. Игорь подошёл и ткнул в неё колбасой. Собака понюхала, взяла в пасть колбасу и неторопливо побрела за угол магазина.
Игорь потихоньку, сам не зная зачем, пошёл за ней. Собака зашла за угол и послышался лай и возня. Подойдя к месту возьни, мужчина увидел три комочка, которые яростно грызли колбасу, но увидя его, оставили своё занятие и сбились в кучу.
- Ну, мать, ну ты чего-же натворила, куда ж ты столько их наделала? - обратился он к ней с человеческим вопросом. Вместо ответа собака села на траву и стала смотреть на своих щенков, периодически поглядывая и на Игоря.
Игорь присел рядом с ней и участливо спросил - А пойдём ко мне жить? Скоро зима, ну куда ты вот с ними, а?
Он вытащил из пакета бутылку, сунул её в карман, а щенков, одного даже с колбасой в зубах, аккуратно положил в пакет.
- Фрось, пойдём ко мне, - обратился он к собаке. Почему Фрося? - спросил он сам у себя вместо собаки. И сам себе и ответил - Да потому что только Фрося могла наклепать под зиму троих мальцов.
Фрося устало посмотрела на Игоря и побрела за ним. И за своими собачьими обормотами.
Переступив порог двери, Фрося сразу же села в углу прихожей у шкафа, как бы спрашивая, можно я здесь буду? Игорь положил пакет со щенками на пол и помог им вылезти. Комочки вылезли и быстренько побежали к маме.
- Фрось, а у тебя все пацаны? - спросил Игорь и не дождавшись ответа, сам стал определять кто есть кто. Обнаружив одну особь женского пола, которая была самой упитанной, он с возмущением обратился к двум оставшимся щенкам.
- Не, ну вы гляньте, они ж нас с самого мальства обижают, пацаны, смотрите какое у неё брюшко, догоняйте, не робейте. И с этими словами мужчина пошёл на кухню и налил молока в тарелку.
Быстрее всех бежала к тарелке та самая особь женского пола. Ну ты посмотри...только и сказал от удивления Игорь, сел на кухонный стул и стал наблюдать за всем этим действом.
В молоке было всё - и щенки, и пол возле тарелки. Не ну вы чё, ребята, а ну убирайте за собой, - сказал Игорь и ткнул поочерёдно щенков в молочные лужи. Через несколько секунд всё было чисто.
- Фрось, я пельмени варил, давай поедим, - сказал мужчина и прямо из кастрюли наложил пельменей в ту же молочную тарелку, что была на полу. Первой опять побежала женская особь. Ну ты прям нахалка какая-то, сказал Игорь, ловко поймав щенка и посадив в мойку. Будешь Алка. Алка - нахалка. Он поймал остальных мчавшихся к тарелке щенков и тоже посадил их в мойку.
- Мадам, извольте отужинать, - обратился он к Фросе и показал рукой на тарелку.
Ужинали они спокойно и неторопливо, правда под нескончаемый визг щенков из мойки. Фрося аккуратно всё поела и подойдя к Игорю лизнула его руку.
- Ну что вы, мадам, всегда пожалуйста, - ответил он собаке и почесал её за ушком.
Следующий день Игорь был банщиком. Первым делом он отмыл Фросю, а потом и её обормотов.
В последующие дни он занимался обустройством спальных мест и покупкой всего необходимого для свалившегося на его голову собачьего семейства.
А ещё через полгода щенки подросли и Игорь Сергеевич раздал бутузов в хорошие руки. Щенки выросли воспитанными, порядочными и умными. По другому и не могло быть. Игорь Сергеевич, привыкший к порядку и дисциплине, так вымуштровал обормотов, что впору было брать их на серьёзную службу. И они уже были совсем не обормоты.
Раздал он их недалеко - в соседние дворы отдал хорошим людям. И частенько гуляя, они с Ефросиньей, так он теперь стал звать бывшую Фросю, потому что она хоть и была дворняжкой, но оказалась очень приличной собачьей дамой с хорошими манерами. Да к тому же невероятно умной и понимающий. Так вот, они частенько встречали своих уже хорошо подросших обормотов. Игорь расспрашивал новых хозяев о питомцах, а Ефросинья о чем-то шепталась со своими бывшими щенками.
И они с Игорем оставались всегда довольным после таких вот встреч и с улыбкой и слегка повиливая хвостиком, неторопливо шли домой, где вместе ели разные вкусняшки и вместе смотрели телевизор.
Иногда долгими вечерами Игорь Сергеевич рассказывал Ефросинье про небо, про самолёты, про важных механиков. И про красивые облака.
А Ефросинья серьёзно смотрела на своего хозяина, и думала о том, как же ей повезло. У неё самый лучший человек.
А Игорь Сергеевич удивлялся тому, какая ему досталась умная собака.