Он стоял на пороге, не решаясь открыть дверь. Серые стены коридора давили на него, словно призраки прошлого, которых он так долго старался забыть. Ему казалось, что воздух здесь стал тяжелее, даже дышать было трудно. Страх подступал с каждой секундой, как вода, поднимающаяся по шее, медленно, но неумолимо. Всё, что ему нужно было сделать — всего лишь шагнуть вперёд, повернуть ручку и войти. Но этот шаг казался непреодолимым.
В голове Артёма, словно старый механизм, крутился один и тот же вопрос: «Что, если я ошибаюсь?» Он повторял его снова и снова, пока это не стало навязчивым звуком, как пульсирующая боль. Артём всегда гордился своей способностью принимать быстрые решения, но в этот раз всё было по-другому. Здесь, на пороге нового этапа жизни, он впервые не мог довериться ни себе, ни своему разуму.
За дверью была его будущая работа — проект, который мог изменить всё. Вложенные годы, время, деньги — всё это зависело от одного разговора, от подписания одного контракта. Окружающие говорили ему: «Ты готов, всё будет хорошо», но внутри всё сжималось от страха. Страх не перед провалом, а перед тем, что это решение будет последним камнем в стене, которую он сам выстраивал вокруг себя.
Артём вспомнил, как в детстве его отец твердил: «Главное — не колебаться». Эти слова стали для него жизненным кредо. Но теперь, перед этой дверью, он чувствовал, что его внутренний компас сломан. Как будто жизнь разом потеряла свои чёткие ориентиры, а решения, раньше казавшиеся простыми, теперь разрывали его на части.
Он глубоко вдохнул и прикрыл глаза. В памяти всплыли лица коллег, партнёров, друзей, все те, кто ждал от него этого решающего шага. Все те, кто верил, что он способен это сделать. Но почему же внутри такая пустота? Почему кажется, что в этом решении он потеряет не только себя, но и всё, что было раньше?
«Что, если я ошибусь?» — вопрос вспыхнул в голове снова, но на этот раз за ним последовало другое: «А что, если я уже ошибся?»
Вспомнилась их последняя ссора с Анной. Её слова, будто меч, вонзились в сердце: «Ты стал чужим для себя. Ты не знаешь, чего хочешь!» Он тогда отмахнулся, обвиняя её в непонимании. Но сейчас, перед этой дверью, слова Анны звучали с пугающей ясностью. Может быть, он действительно потерял себя в бесконечных гонках за успехом? Может быть, эта дверь вела не к новому этапу, а к окончательной потере чего-то важного?
Он прислонился к холодной стене и почувствовал, как по телу пробежал холод. В ушах шумело, как перед падением в пустоту. «Что я делаю?» — спросил он себя, как если бы это могло дать ответы. В ответ пришла тишина, тягучая, тяжелая.
Но потом, сквозь эту тишину, прорезался другой голос — не тот, который звучал в голове все эти годы, а тихий, почти забытый шёпот детских мечтаний, того мальчишки, который верил в чудеса и рисовал будущее без страха. Он вспомнил, как когда-то хотел стать художником, путешественником, искателем приключений. Но жизнь повернула его в другую сторону. Где-то на этом пути он потерял ту невинную смелость, которую имел в юности.
Резкий звук шагов за спиной вывел его из мыслей. Кто-то прошёл мимо, даже не взглянув на него. Для остальных эта дверь была просто очередным этапом их дня. Никто не знал, какая буря разворачивается в его голове, никто не видел его внутренней борьбы. И вдруг Артём понял: за дверью не было никакого решения. Оно было здесь, внутри него, в этом моменте.
Он открыл глаза и посмотрел на дверь с новым ощущением. Страх был всё ещё там, но вместе с ним появилась какая-то странная ясность. Вопрос был не в том, что лежало за дверью, а в том, каким он станет, когда через неё пройдет. И может быть, впервые за долгое время, ему нужно было принять не идеальное решение, а честное.
Артём сделал шаг вперёд, дотронулся до холодной металлической ручки и вдруг замер. За дверью могла быть его карьера, успех, но что, если он больше не хочет этого? Что, если его путь давно отклонился от того, о чём он мечтал?
Он убрал руку с ручки и медленно повернулся. Шаги эхом раздались по пустому коридору. Каждое его движение было словно освобождением. Он не знал, куда идёт, но впервые за долгое время ему было всё равно. Артём понял, что иногда важнее не то, какую дверь ты открываешь, а то, какие двери ты оставляешь позади.
Финальная мысль осела в его голове, как лёгкий туман: «А может быть, свобода в том, чтобы не выбирать?»