События 567-568 гг. полностью изменили геополитический расклад в Евразии. Авары, обосновавшиеся в центре Европы, наконец-то смогли вздохнуть полной грудью. Они начали обживать свой новый дом, не опасаясь внезапного появления тюрок на горизонте. И сам каган, и его народ стали чувствовать себя гораздо увереннее, что нельзя сказать о их соседях. Кутригуры превратились в цепных псов кагана. Едва лишь захватив гепидские земли, Баян сразу отправил 10 тыс. кутригуров грабить Иллирик и Далмацию. Гепидов оставалось слишком мало, чтобы обеспечивать аварских господ и самих себя всем необходимым. Ряды податного земледельческого населения в сложившихся условиях можно было пополнить лишь за счет славян, которые оказались в постоянной опасности. С каждым годом число покоренных каганом славян, игравших роль телесцев и татов из оазисов Восточного Туркестана в Европе, росло. Империя ромеев на долгие годы оказалась в состоянии постоянного стресса, сражаясь на 3-4 фронта – против персов, против аваров, против словен и против лангобардов. Это истощило силы Второго Рима, сделало возможным невероятный исторический успех арабов в следующем столетии, и привело к перерождению последнего оплота античности в средневековую Византию. Но, в самой двусмысленной ситуации оказались виновники всего этого – лангобарды.
С одной стороны, последнее германское королевство к востоку от Альп, не подчинявшееся франкам, связывал с аварами «вечный союз». С другой стороны, Альбоин довольно быстро понял с кем именно он имеет дело. Вопрос расширения пастбищ и податного населения должен был встать между двумя народами рано или поздно. При этом решение лангобардского короля сделало невозможным восстановление прежних отношений с ромеями. При этом, Паннония была открыта для нападений аварских всадников, а вот лангобардам было затруднительно что-то противопоставить мобильности потенциального противника. Недавняя история, конечно, научила Альбоина, что, когда авары хотели, им не составляло труда сделать так, что союзники сами объявляли им войну. Наверняка, у Баяна в это время в голове крутилось примерно тоже самое. Поэтому, когда в следующем году лангобардам представилась возможность сменить место жительства на более теплое и подальше от дорогих союзников, они приняли решение очень быстро.
На службе императора Юстиниана, а после его смерти – Юстина II находился престарелый полководец Нарсес, эдакий Серый Червь – боевой евнух. Именно он в свое время завершил «возвращение» Италии в лоно Римской империи, сокрушил последних королей готов и объяснил франкам, что сейчас не их очередь захватывать Италию. Думаю, лишним будет говорить, что старый евнух пользовался при прежнем императоре большим доверием и авторитетом. Новый император был другим человеком. Что-то у него было с головой, а вот жена его – племянница Феодоры, супруги Юстиниана, сделавшей головокружительную карьеру от кабацкой шлюхи до великой императрицы, верной супруги и помощницы великого мужа, - София была женщиной властной, как тетка, но обделенной ее талантами. Взбалмошная дама вдруг решила, что в главе солнечной Италии было бы неплохо поставить своего человека. Императрица оскорбила Нарсеса и дала ему понять, что пора на пенсию – отправила ему моток шерсти для пряжи. Павел Диакон рассказывал о том, чем ответил евнух: «Он же на это дал ответ, что хочет прясть такую пряжу, которую не сможет закончить при ее жизни. После этого он из страха и ненависти уехал в Кампанию, в город Неаполь и выслал вскоре после того посланцев к народу лангобардов с приглашением покинуть свои бедные поля в Паннонии и войти во владение Италией, обильной всеми богатствами, одновременно послал он различные виды фруктов и других изделий, которыми богата Италия, дабы еще более раздразнить их желание прийти. Лангобарды радостно приняли доброе и желанное приглашение и строили большие планы и надежды на будущее». Случилось это уже в 568 г., когда не успели остыть угли Гепидского королевства.
Рады были все – Нарсес отомстил неблагодарным работодателям, лангобарды сменили соседство с аварами на Италию, озеро Балатон (болото, по-русски) на Средиземноморье, авары на халяву получали ту самую Паннонию! Печален был только Юстин и его правительство. Не успели придумать, как решить аварскую проблему, как на голову упали лангобарды, захватившие Италию. Относительно романизированное Остроготское королевство сменилось Лангобардским, не слишком испорченным римским влиянием. Несколько десятилетий невероятных усилий императора Юстиниана стоили клока шерсти для пряжи. Покидая Паннонию, Альбоин и его народ демонстративно отказались от православного католичества и приняли арианство, окончательно порывая с прошлым, в котором остался лангобардско-римский союз. На многие века лангобарды стали непримиримым врагом Империи.
Надо отметить, что далеко не все гепиды и не все лангобарды были довольны сложившимся положением вещей. Археологами отмечается миграция группы смешанного германского населения (гепидов и лангобардов) из Среднего Подунавья в Мазурский край. Переселение это было запечатлено также в прусских преданиях. Если с гепидами все понятно, то участие лангобардов в этом совместном предприятии вызывает удивление. Между тем, такое тесное сотрудничество двух народов мы уже встречали. Речь конечно идет о дружине Ильдигиса. После убийства своего вождя верные ему лангобарды вряд ли сразу же забыли годы изгнания и встали под знамена своего злейшего врага. Среди гепидов же у них было много друзей и боевых товарищей. После крушения Гепидского королевства, после конфликта Ильдигиса с ромеями и после предательства со стороны Юстина, дружине принца – изгнанника не оставалось лучшего исхода, как эмиграция на Север.
Для Юстина следующие 5 лет были сущим кошмаром. Единственный дипломатический успех – союз с тюрками – не очень помогал скрасить будни наследника великого Юстиниана. К сожалению, среди всех родственников последнего венец василевса всея Ромейския земли достался наименее пригодному для этого человеку. К конфликту с аварами и лангобардами добавилась новая война с персами. В 573-м восточноримские армии в Сирии, Фракии и Италии примерно в одно и тоже время были разгромлены. Этого ослабленное здоровье императора не выдержало – он совсем сошел с ума. София, виновница катастрофы в Италии, отдала власть в руки Тиверия с титулом кесаря. Новый правитель Империи попытался исправить положение, заключив мир с аварами.
Баян все эти годы делал ставку именно на мирное решение Сирмийского вопроса, который стал причиной первой Аварской войны. Его посол Таргитай («Да, скифы - мы! Да, азиаты – мы! С раскосыми и жадными очами!») требовал у Юстина уступки Сирмия, тех субсидий, что получали раньше кутригуры и утигуры и выдачи гепидов, эмигрировавших в Империю во главе с Усдивадом. Грубый, но честный ответ Юстина не оставлял других вариантов кроме войны. Похожая ситуация сложилась и с персами, которым Юстиниан обязывался оплачивать защиту крепостей на Кавказе, которые защищали владения двух великих держав от нападения кочевников с Севера. Кроме того, с персами враждовали тюрки – новые союзники Юстина. В 572-м году они начали войну, в которую ромеи были вынуждены вступить. Тогда же Розамунда Гепидская устроила преждевременную смерть Альбоина в Италии, отомстив за свой позор и за свою родину. Не лучше дело обстояло и на других границах. Визиготы вернули испанское побережье, которое должно было стать плацдармом отвоевания Испании. Берберы разоряли африканские провинции.
Продолжение следует...