На днях моя коллега, а ранее студентка, попросила супервизию, а я, пока мы беседовали и разбирали сложные моменты, вспомнила свою историю, которая произошла несколько лет назад, но в памяти осталась навсегда. Такие истории - профессиональная удача и человеческая боль.
(! Конфиденциальность сохранена, некоторые факты изменены)
***
Дети знаменитых родителей, чаще всего, невероятно одиноки. Ведь родители принадлежат миру, обществу. Можно читать их книги, смотреть на них по телевизору, подглядывать в щель двери, когда они общаются с такими же знаменитыми людьми.
Даже можно фантазировать на тему родительской любви, что когда-нибудь немного этой любви случайным образом перепадет и им, детям. И тогда можно будет бережно хранить эту бесцветную капельку родительского внимания, любоваться ею, когда никто не видит и в своем воображении раздувать ее до необходимых размеров, красить в желаемые цвета, - в теплые, солнечные, чтобы чувствовать, что она, любовь эта малюсенькая, есть на самом деле.
Дети знаменитых и авторитарных родителей несчастны вдвойне. Потому что они еще и должны соответствовать статусу, имени, заслугам великих предков и пытаться подняться хотя бы до 1/50 их уровня, пробираясь сквозь презрительный взгляд: «Ты считаешь, что с этим справишься?»; продираясь сквозь больно ранящие шипы критиканства и, истекая кровью невыносимой физической и душевной боли, жаждать, желать, мечтать больше всего на свете о единственном: «Какой ты молодец! Ты смог. Я в тебя верю, ведь ты – мой ребенок!».
Но вместо этого, проходя мимо всегда закрытой двери родительского кабинета, вдруг услышать: «В кого уродился этот ни к чему не приспособленный ребенок? Стыдно сказать, что в нем моя кровь. Сейчас позвоню Сидору Петровичу, пусть все уладит».
Эффект ложной уникальности в действии: только мое мнение единственно правильное. Все, кто с ним не согласен – плохие людишки, не достойные моего внимания. Очень часто за этим эффектом стоят либо сломанные жертвы, прошедшие через всевозможные зависимости, либо бунтари, либо высококлассные манипуляторы.
Напротив меня сидит человек с такой знаменитой фамилией и такой невероятной внешней схожестью, что я собираю всю свою волю в кулак, что бы ни съехать на вопросы «желтой прессы», которые настойчиво транслирует мой активизирующийся Внутренний Вождь Краснокожих:
«Ты представляешь!!! Офигеть! Дотронься хотя бы! А как похож-то! И жесты, и взгляд… А какой тембр голоса. Пусть говорит, не переставая».
Мне приходится встать, налить воды и себе, и человеку, глубоко вздохнуть, посмотреть в окно, чтобы дать время своему неугомонному Внутреннему созданию закончить свой «громкий» и сверх эмоциональный монолог.
Тем временем Человек с невероятным тембром голоса продолжает:
- Я рядом с ними (родителями) – планктон. Бездарь. Серость. Грязь. Ничтожество. Это невозможно вынести. Поэтому у меня случаются боли, даже приступы, а терапевт сказал, что мне нужен психолог. Даже врач меня отвергает. Вы мне поможете?
Красивого лица больше нет, в голосе жертвенная дрожь, во взгляде - мольба. Психосоматическая симптоматика вдруг начинает проявляться очень ярко и чересчур демонстративно. Вместо красивого человека рядом со мной - почти инвалид.
Вторичная выгода от психосоматического заболевания делает из демонстративной жертвы Гамлета в исполнении великого Иннокентия Смоктуновского.
*
- И что было дальше после того, как это произошло? – Вопросом приглашаю к продолжению рассказа.
«Жертва» замирает, несколько минут удивленно смотрит, брови поднимаются. Человек делает глубокий вдох для бОльшего драматизма:
- А потом я решил, что надо заканчивать свою жизнь. Документы и все необходимое подготовлено, самые приближенные осведомлены… Быть в таком состоянии, как сейчас, разбитом, больном… Невыносимо и невозможно.
-Да, понимаю Вас. Раз Вы уже все подготовили для ухода из жизни, чем же я могу Вам помочь? Вы уже выбрали способ ухода из жизни?
Он удивленно посмотрел на меня, сделал глубокий вдох и на выдохе истерически выкрикнул:
- Вам меня не жаль???!! – Сколько в голосе разочарования и отчаяния!
«Зрители» в этот момент должны были украдкой вытирать слезы, кто-то всхлипывать в заранее приготовленный платочек, и все ненавидеть бесчувственного психолога.
- По-человечески жаль. Но я понимаю и принимаю ваше решение и выбор, уважаю ваши эмоции и чувства.
- Боже! Зачем я только пришел к Вам! - Стул с грохотом летит в одну сторону, чашка – в другую, человек вскакивает, театрально хватается за голову, и далее сцена, отвержения, обесценивания и детских угроз: «Если что-то со мной… То вы…».
«Зрители» в его воображаемом театре рыдают навзрыд и, простирая к нему руки, умоляют этого не делать, посылая всевозможные проклятия жестокому специалисту.
*
Зато от психосоматической симптоматики не осталось и следа. Человек был здоров и очень активен, пока не увидел себя в зеркале. Далее продолжился процесс жесткой манипуляции: «Я заставлю себя любить!». И продавливание моих профессиональных границ, не увенчавшееся успехом.
«Отыграв сцену» и поняв, что сегодня она не работает на главного «зрителя», Человек спокойно попросил кофе, и разговор вернулся в спокойное русло.
- Вы со всеми так жестко работаете?
- Только с избранными, у которых есть возможность личного роста. Вам понравилось Ваше отражение в зеркале без маски?
- Я с ним незнаком, - слишком быстрый ответ для такого серьезного вопроса.
- Хотите начнем знакомиться?
- Не знаю, - ответил по-честному, что уже радует, - мне в маске привычнее. Как это у вас называется, - задумался. - А, вторичная выгода. Да. Мне так выгодно.
Иногда мы общаемся, но уже без его демонстративной Жертвы и почти без манипуляций. Хотя, конечно, сложно биологически взрослому человеку, с детства привыкшему быть в «маске» с собственными родителями и близким окружением, начинать свое общение без нее. Своего-то «лица» у него нет.
*
Оборотная сторона родительского отвержения и холодности страшна. А эффект ложной уникальности травматичен настолько, что может запросто заблокировать рост здоровой взрослой личности, давая обильную «пищу» для развития личности невротической и незрелой, а это приводит к жизненной трагедии в целом.
«Если Вы скажете, каким образом добиваетесь собственной значимости, я скажу, кто Вы такой». (Дейл Карнеги)
Психолог Ирина Кураж
___
Для конструктивного общения приглашаю в свою группу ТМ «Записки практикующего психолога».