В начале своего повествования хочу сделать ремарку о том, что данные размышления являются лишь авторским и совершенно субъективным взглядом на текст, абсолютно не претендующим на достоверность или научность.
К. Юнг ближе к концу своей жизни говорил о том, что был бы готов переписать практически все свои книги (которых у него, к слову, было отнюдь не мало!), кроме "Ответа Иову".
По сути, книга является некой попыткой анализа ветхозаветного христианского Бога с личностной точки зрения. Сам К. Юнг упоминает о том, что не говорит ни о какой божественной трансцендентности в своей работе, затрагивая лишь аспекты репрезентации божественного в человеке. Однако для меня этот вопрос спорен, ибо в процессе чтения складывается четкое ощущение, будто К. Юнг говорит не только о частях человеческой Самости, но и о самом Боге как личности.
Кратко напомню, что Книга Иова представляет собой часть Ветхого Завета, рассказывающую историю невинных (?) страданий праведника Иова. Яхве подвергает его тяжелым испытаниям, в следствие которых Иов теряет буквально все, что имел: детей, жену, скот, друзей, здоровье и т.д.. Началом сюжета служит подобие спора Яхве с Сатаной, в котором Бог желает доказать Змею истинную праведность Иова.
К. Юнг же, анализируя текст книги, множество раз ссылается на "детскую" бессознательность Яхве, на отсутствие у его личности навыка рефлексии. В этом ключе можно сказать, что "Ответ Иову" раскрывает собой тему попытки Всемогущественного и, по факту, Всеведущего существа осознать себя и свою всеведущность по средством человека. Исходя из этого, мы получаем вывод о том, что Иов был столь праведен, что удостоился такой чести (?).
Однако размышления К. Юнга, наводят меня на ряд противоречий (порожденных в моем сознании самой же юнговской теорией).
Здесь я обобщила свои наблюдения:
1. Юнг обвиняет Яхве в аффективной порывистости, малой осознанности, умышленной жестокости и тщеславии. Однако Бог и его мотивы непознаваемы человеческим сознанием и не могут трактоваться в связи с человеческим миром, человеческим чувствованием, человеческий моралью.
2. Юнг обвиняет Яхве в нарушении собственных же правил (заповедей), однако в Писании нет момента, где Яхве и сам обязуется их исполнять. Правила необходимы для человека!
3. Юнг говорит о том, что Сатана некоторым образом задел раздутое самолюбие Яхве, и тот (Яхве) поддался искушению. Однако Бог по определению Всеведущ, что Юнг не раз признает в своем же тексте. Не является ли, в таком случае, Сатана актером на божественной сцене, с помощью которого разворачивается основной, необходимый для реализации Замысла (!), сюжет?
4. Мы не знаем, и не можем знать, куда именно завела бы Иова его «идеальная праведность» (если таковая и была в действительности). Мы не знаем, и не можем знать, каким человеком стал бы Иов без испытаний Яхве.
5. История повествует о бессмысленных, со стороны человека (!!), потерях и горестях, придавая смысл, казалось бы бессмысленным случайностям. Она как бы говорит каждому из нас о том, что любые тяготы, выпавшие на доля человеческой судьбы, важны и необходимы во имя чего-то большего, нежели просто страдания ради страданий.
6. Юнг часто обвиняет Яхве в гораздо большей личностной примитивности, нежели даже некоторые, особенно праведные, представители человечества. Но можем ли мы судить о поведении Бога только по видимому человеческому глазу аспекту? Не должен ли Яхве представать перед человеком именно в том обличье, дабы научить еще неокрепшего человека, жить согласованно не только с телом, но и с душой?
