К 35-летию выхода картины Петра Тодоровского – обозреватель «Абзаца» Филипп Фиссен.
Автор Филипп Фиссен
Сколько уже сказано об этой киноистории 1989 года, а всегда найдётся что добавить. Вот и в Госдуме припомнили фильму разлагающее действие, которое он оказал на общество и государство.
Напомним сначала положительную сторону картины. Это настоящий советский фильм на широкой плёнке. С блестящей игрой великолепного актёрского состава, умелой работой оператора, внимательной режиссурой, талантливой драматургией. Снят очень профессионально.
Именно поэтому зритель когда-то принял «Интердевочку» близко к сердцу – и обманулся, истолковал послание по-своему, упустив из виду его жанр.
Давайте разберёмся. В фильме нет героя, меняющегося в ходе преодоления препятствий. Неплохой человек – медсестра Таня, выбравшая меркантильный путь низкой социальной ответственности, – никак не тянет на положительную героиню. Если не брать в расчёт положение, которое она занимает во время своих занятий.
В фильме никто никого не любит, кроме хлопочущей матери. Звучат филиппики главного персонажа в отношении Родины, которая её не устраивает. Не любит она своего суженого, подруг, работу, хоть и исправно выполняет сразу две.
Тема фильма – неустроенность. Кто-то недоучился, кто-то сидел, кто-то просто напуган. И все сетования персонажей сводятся к желанию излишеств. Необходимое у них есть, но Тане и подружкам нужна роскошь. Они уверены, что где-то её найдут, потому что её достойны.
Жанр фильма, таким образом, – памфлет. Авторы намеренно нагромоздили нелепые заблуждения персонажей. И старательно, в духе советской агитации их развенчали.
Блистательная заграница, о которой мечтает Таня, на поверку оказывается миром скупости, давящей экономии, нервного напряжения. Советские условия на этом фоне оказываются уже не так отвратительны, как виделось незамутнённой Тане.
Но зритель наш отмёл это явное послание авторов и принял сюжет как руководство к действию.
Виновны ли режиссёр Пётр Тодоровский и Владимир Кунин (автор повести, взятой в основу) в том, что горько плакавшая в финале Таня вызвала у зрителя желание повторить её ошибку? Поменять судьбу, образ мыслей, нравственные установки? А не, наоборот, укрепиться в них.
Почему в этом фильме режиссёр, известный чуткостью к любовным линиям, отрёкся от своей темы?
Таня у Кунина – совершенно классический для русской литературы персонаж: Родион Раскольников, живущий иллюзорной жизнью. Почему она не предчувствовала, что с ней случится? «Тогда не было бы кина», это понятно.
Но научило ли горькое разочарование Тани нашего зрителя ценить то, чем он обладал? Чтобы не плакать, как Таня, уронив мячик в Лету?
Что было упущено художником? Почему зритель, вместо того чтобы прозреть, бросился вслед за Таней петлять в поисках второстепенных обывательских благ? Бросив в грязь истинно важное – возможно, вечное.
К 1989-му фальшивая массовая культура уже вовсю продвигалась у нас, подтачивая разумное, доброе, вечное, которому нас учила культура настоящая. Авторы «Интердевочки» попали в ловушку, слишком ярко показав мир, который формально осуждали. И зритель поверил этикетке, не вникая в суть.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.