Звон ключей эхом разнесся по прихожей, возвещая о прибытии Анны домой. Она устало скинула туфли на пол, предвкушая чашку ароматного чая и тихий вечер в компании любимого сериала. Но планам этим не суждено было сбыться.
Едва переступив порог гостиной, Анна остолбенела, словно наткнувшись на неведомого зверя. Стены, ещё вчера степенно-бежевые, сияли ядовито-зелёным, словно кто-то вылил на них ведро краски для граффити. Диван, верный спутник семейных вечеров, красовался теперь не у стены, а посреди комнаты, превратившись в подобие острова в море безумия.
— Мама? — неуверенно позвала Анна, опасаясь услышать в ответ что-то вполне соответствующее этой феерии красок.
— Анечка, ты вернулась! — из кухни, словно весенний ветерок, выпорхнула Маргарита Ивановна, тёща Анны. На ней красовался цветастый халат, подозрительно напоминающий театральный занавес, а на голове гордо возвышался тюрбан из полотенца. — Как тебе? Я решила немного освежить интерьер!
"Немного" — это мягко сказано, подумала Анна, с трудом сглатывая подступающий к горлу нервный смех. Она вспомнила, как несколько недель назад Маргарита Ивановна вдохновенно объявила о своем желании стать дизайнером интерьеров. Тогда вся семья восприняла это как очередное милое увлечение, вроде вышивания крестиком или разведения кактусов на балконе. Никто и предположить не мог, что Маргарита Ивановна подойдёт к делу с таким размахом.
Правда, Анна уже сталкивалась с "творческими порывами" тёщи. Несколько лет назад Маргарита Ивановна решила порадовать семью собственноручно сшитыми летними нарядами. В итоге Анна получила балахон из старой простыни, в котором больше походила на беженку, чем на стильную даму.
— Мама, это… очень… оригинально, — промямлила Анна, пытаясь придумать, как бы потактичнее сообщить тёще, что гостиная теперь напоминает пещеру сумасшедшего художника.
— Правда? — глаза Маргариты Ивановны засияли ещё ярче, чем зелёные стены вокруг. — А я ещё не всё тебе показала! Пойдём на кухню!
Кухня оказалась не менее экстравагантной. Розовые обои с изображением танцующих лягушек вызывали лёгкое головокружение, а люстра, собранная из старых дисков и ложек, отбрасывала на стены причудливые блики.
— Ну что ты молчишь? — спросила Маргарита Ивановна, заметив странное выражение лица невестки. — Тебе не нравятся лягушки?
— Лягушки... милые, — пробормотала Анна, осторожно прикасаясь к одной из них. На ощупь обои оказались такими же странными, как и на вид.
Следующие несколько часов прошли как в тумане. Анна осматривала обновлённый интерьер, стараясь не уронить челюсть на пол от удивления. В спальне появились тяжёлые бордовые шторы, напоминающие театральный занавес, а в ванной комнате красовался коврик в виде гигантской розовой панды.
— Ну что ж, — сказала Анна, когда экскурсия по дому была окончена. — Мама, ты проделала колоссальную работу. Но… — она замялась, не зная, как бы помягче выразить свои мысли.
— Но что? — спросила Маргарита Ивановна, с тревогой глядя на невестку.
— Но мне кажется, что… это немного… слишком, — выпалила Анна. — Может быть, стоит что-то убрать или поменять?
Лицо Маргариты Ивановны омрачилось. Она ожидала восхищения, а не критики. В конце концов, она вложила в этот ремонт всю свою душу!
— Слишком? — переспросила она, и в её голосе прозвучали обиженные нотки. — А что именно тебе не нравится?
— Ну… — Анна обвела рукой гостиную. — Например, этот зелёный цвет… Он такой… яркий.
— А мне кажется, он очень жизнерадостный, — возразила Маргарита Ивановна. — Он напоминает мне весну!
— Весну? — удивилась Анна. — Мне скорее о болоте.
— С болотом? — Маргарита Ивановна окинула взглядом стены, словно видя их впервые. — Хм… А знаешь, пожалуй, ты права. Что-то в этом есть…
В этот момент с работы вернулся муж Анны, Сергей. Увидев его, Маргарита Ивановна сразу же бросилась к нему, пытаясь узнать его мнение о своем творении.
Сергей, будучи человеком не конфликтным и любящим свою тёщу, постарался найти в новом интерьере хоть что-то положительное. Он похвалил новую люстру, сказал, что лягушки на обоях выглядят весьма оригинально, а коврик в ванной комнате вызвал у него улыбку. Однако, когда он увидел зелёные стены в гостиной, то не смог сдержать удивлённого восклицания.
— Мама, — сказал он, стараясь не засмеяться. — А что это за цвет такой? Выглядит так, будто наши стены атаковала стая светлячков.
Маргарита Ивановна понимала, что перегнула палку. Её мечта стать дизайнером интерьеров разбилась о стену непонимания. На глаза навёртывались слезы.
— Ну вот, — сказала она, едва сдерживая слезы. — Я же говорила, что у меня нет никакого вкуса!
Анна подошла к тёще и обняла её.
— Мамочка, ну что ты, — сказала она. — Не расстраивайся. Просто этот стиль не для всех. Но ты не переживай, мы всё исправим. Правда, Серёжа?
Сергей, чувствуя себя виноватым, поспешил согласиться.
— Конечно, мама, — сказал он. — Мы с Аней поможем тебе создать уютный и стильный интерьер. У нас же есть ещё две недели до приезда тёти Клавы? Уверен, мы успеем.
Тётя Клава была сестрой Маргариты Ивановны и славилась своим язвительным характером и любовью к критике. Поэтому её визит всегда был для семьи настоящим испытанием. А учитывая новый интерьер… В общем, было от чего впадать в панику.
Следующие две недели прошли в бешеном ритме. Анна с Сергеем работали как пчелки, перекрашивая стены, переставляя мебель и избавляясь от самых экстравагантных деталей интерьера. Маргарита Ивановна, хоть и была огорчена провалом своих дизайнерских идей, старалась не мешать. Более того, она даже начала входить во вкус и предлагать вполне разумные идеи.
В итоге, к приезду тёти Клавы квартира преобразилась. Зелёные стены в гостиной сменились на спокойный бежевый цвет, диван вернулся на своё законное место, а танцующие лягушки на кухне скрылись под слоем новой краски. Конечно, некоторые элементы "авторского стиля" Маргариты Ивановны всё же сохранились — например, люстра из дисков и ложек теперь украшала балкон, а коврик с пандой переехал в детскую. Но в целом интерьер получился стильным, уютным и, главное, не вызывающим нервного тика у гостей.
Тётя Клава, приехав в гости, осталась довольна. Правда, она не упустила возможности отметить, что "раньше здесь было намного лучше", но это уже были мелочи. Главное, что обошлось без скандала.
А Маргарита Ивановна, хоть и похоронила мечту стать дизайнером интерьеров, обрела новое увлечение — она начала писать картины. И кто знает, может быть, когда-нибудь её работы будут выставляться в лучших галереях мира. А пока вся семья с удовольствием любовалась её "шедеврами", украшавшими стены их необычной, но такой родной квартиры.