Маша обречённо вздохнула, глядя на отражение в чашке остывшего чая. Отражение, впрочем, ответило тем же – бледная кожа, потухшие глаза и скорбно поджатые губы не внушали оптимизма.
– Машенька, ты чего нос повесла? – раздался за спиной бодрый, как щелчок хлыста, голос Анны Павловны, ее свежеиспечённой свекрови.
– Да вот, Саша… – начала было Маша, но свекровь, энергично водрузив на стол тарелку с пирожками, авторитетно заявила:
– Знаю, знаю! Мужики – они такие! Сама с твоим отцом намучилась. Но ты не переживай, у меня есть решение!
Маша вопросительно изогнула бровь, гадая, какое "решение" могла предложить женщина, умудрившаяся за двадцать лет брака довести мужа до состояния перманентного нервного тика. Анна Павловна, уловив сомнение в глазах невестки, поспешила добавить:
– Я ведь, Машенька, не просто так. Я психологией увлекаюсь! Читала, знаешь ли, труды одного австрийского товарища… Фрейда его фамилия! Так вот, он там много интересного пишет про подсознание, манипуляцию…
Маша подавила тяжкий вздох. Вот и пригодилась Анне Павловне её диплом о высшем педагогическом образовании – решила, видимо, на невестке свои "психологические" таланты отточить.
– Так вот, – продолжала Анна Павловна, понизив голос до драматического шепота, – я тут вычитала один приёмчик… называется "Сладкая ловушка". Суть в чём – ты начинаешь с Сашей сюсюкать, как голубком…
– Сюсюкать? – ошарашенно переспросила Маша.
– Ну да! "Сашенька", "зайчик", "пупсик" – всё в таком духе! – с энтузиазмом подсказала Анна Павловна. – Он, значит, расслабляется, думает, что ты растаяла, а ты ему – бац! – и свою просьбу!
Маша представила, как называет своего двухметрового, мускулистого мужа "пупсиком", и едва сдержала смешок.
– А если… не сработает? – неуверенно спросила она.
Анна Павловна многозначительно улыбнулась:
– Тогда у нас есть план "Б"! – она наклонилась к Маше и прошептала: – Валерьянка!
В течение следующих недель Машина жизнь превратилась в фарс. Следуя советам новоявленного "психолога", она то пыталась влить в чай мужа валерьянку под видом "нового травяного сбора", то сыпала ему комплименты, от которых у самой сводило скулы.
Эффект, как можно было ожидать, был далёк от желаемого. Саша, привыкший к спокойному и сдержанному характеру жены, сначала озадачивался внезапными всплесками нежности, а потом и вовсе начал подозревать неладное.
– Маш, ты чего это… как с цепи сорвалась? – спросил он однажды, с подозрением косясь на чашку с "травяным сбором". – Может, ты чем-то болеешь?
– Да что ты, милый! – зачирикала Маша, судорожно пытаясь вспомнить ещё какой-нибудь "психологический" трюк от Анны Павловны. – Просто я… я поняла, какой ты у меня замечательный!
Саша, закатив глаза, простонал:
– Маш, ну хватит! Я же вижу, что ты не своя! Говори уже, что случилось!
Терпение Маши лопнуло.
– Да твоя мама тут психолога из себя возомнила! – взорвалась она. – Вот и пичкает меня своими бредовыми советами!
В этот момент в комнату, как по заказу, вошла Анна Павловна с очередной порцией "мудрых" советов.
– О, как раз вовремя! – просияла она. – Машенька, я тут подумала, может, нам попробовать…
Дальше Маша уже не слушала. В ней словно проснулся вулкан, годами копивший в себе лаву негодования.
– Да хватит уже! – крикнула она, не обращая внимания на ошарашенные лица мужа и свекрови. – Не психолог вы вовсе! Шарлатанка, вот вы кто!
Анна Павловна, по-рыбьи раскрыв рот, отшатнулась, словно её ударили. В на
ступившей тишине было слышно, как тикают настенные часы. Первым опомнился Саша.
– Мам, – обратился он к матери, и в голосе его не было и тени упрёка, только усталость, – иди, пожалуйста, к себе. Мы сами разберёмся.
Анна Павловна молча развернулась и вышла из комнаты. С тех пор тема "психологических" советов в семье больше не поднималась. Саша с Машей помирились, а Анна Павловна, к облегчению всех, переключилась на разведение фиалок и изучение английского языка.
Как-то раз, за ужином, Маша, не сдержавшись, рассмеялась, вспомнив недавние события.
– Прости, мам, – сказала она, вытирая выступившие от смеха слёзы. – Просто… это было так…
– Абсурдно? – подсказал Саша.
– Именно! – подтвердила Маша.
– Ну что ж, – усмехнулась Анна Павловна, – зато теперь у нас есть отличная история для семейных посиделок!
И все трое дружно расхохотались, понимая, что даже самые нелепые ситуации можно обернуть в шутку, если в семье царят любовь и взаимопонимание.